Спикер Иван О., 1 год и 2 месяца трезвости

Иван, привет. Добро пожаловать. Всем привет. Меня зовут Иван. Я алкоголик. Город Санкт-Петербург. Ещё раз всех приветствую. Спасибо за возможность быть полезным. Спасибо за возможность поделиться своим опытом. Я очень надеюсь, что мои слова сегодня кому-то откликнутся и приведут к чему-то хорошему, к выздоровлению или просто к хорошему ресурсному состоянию. Тема спикерской «Первый, второй, третий шаг». Хотел бы обратиться к тексту большой книги. Первый шаг: мы признали своё бессилие перед алкоголем, признали, что мы потеряли контроль над собой. Из моего опыта первый шаг у меня, конечно, был очень важным, он не сразу случился, потому что я не видел проблемы в употреблении алкоголя. Мне казалось, что это у меня жизнь такая плохая, это у меня просто нет другого способа, чтобы жить как-то в этом мире, не употреблять алкоголь.

Когда я пришел в программу, мне было очень больно, очень безнадёжно и очень отчаянно. И я этот момент никак не признавал, что у меня есть проблемы с алкоголем, что мне нужна помощь для того, чтобы как-то вывозить свою жизнь. Мне казалось, что у меня уже особого смысла в жизни и не будет. Постоянно брезжила мысль, что неужели это все, неужели это все, что в моей жизни случилось? На данный момент мне 31 год, а мне уже ничего не интересно. И когда я пришёл на свое первое собрание, те люди, которые там были, я услышал, что они говорили о тех же проблемах и эмоциях, которые интересовали и волновали меня, в том числе. Но у меня не было такой порушенности, и именно этот момент препятствовал, кстати, принятию первого шага. Потому что, как будто бы в социальном, экономическом плане моя жизнь была достаточно устроенной даже на тот момент уже плотного употребления. Я не потерял работу, я жил отдельно довольно давно родителей. Они в другой стране. Я никого особо не обижаю, довольно неплохой, вроде бы, человек, а люди на собрании рассказывают о том, что кто-то воровал, кто-то под забором валялся, кто-то обижал детей, кто-то бросил жену, кто-то обижал своих родителей, потерял работу, нет денег к существованию. Куча болячек каких-то, в употреблении заработанных.

Я помню, что мой первый вопрос моему нынешнему наставнику, тогда просто человеку, который впечатлил меня своим высказыванием на собрании, был таков, что «я правильно пришёл? Я в правильном месте»? Потому что я слышу, мне что-то откликается, но очень много разнится, не такой порушенный, как многие, кто пришёл, может быть, мне надо ещё до какого-то дойти края, уровня порушенности, и только потом вы меня примите. Потому что а смысл мне сейчас вступать в сообщество, делать, что вы говорите, если я и сам ещё ничего. И мой наставник задал мне первые два вопроса краеугольные: могу ли я не употреблять год с этого момента? Я сказал, что,естественно, нет, мне бы до пятницы дожить, даже до вечера. А второй: могу ли я употребить немного и остановиться, пару рюмок выпить и уйти без желания догнаться, без грусти за то, что у меня не сложился вечер. Я говорю: «Нет, естественно, я пока не упаду, буду это делать».

И наставник мой сказал: «Да, ты в правильном месте, с этим можно работать. Не парься, не размышляй, не включай мозги свои гениальные по поводу того, что есть ли тебе место в нашем сообществе, правильно ли ты пришёл». Но на этом принятие не закончилось, я начал заниматься по программе. Я в этот момент достаточно вник, очень многое мне провалилось, откликнулось, я пошёл за этим человеком, наставником, включился в сообщество, взял служение. Но проблему свою я все равно ещё не осознал, не признал своё бессилие перед болезнью. Я не оригинален в этом буду. Меня, что называется, эйфорило первыый месяц.

И тут случается поездка в другой город, по делам нужно было, я оказался в другом городе без наставника, без привычного уже на тот момент круга людей, без программы, и мне сорвало крышу, у меня случился срыв. Он был недолгим, это было маленькое вливание, но мне сразу стало понятно, что вот, вот она, моя болезнь, вот моё безумие. Вот то, о чем мне говорил наставник, вот то, что как раз мне трудно принять. Я же не хочу быть ущербным, потому что мне, мне же кажется, что признать своё бессилие - это не комильфо, это очень недостойное поведение, особенно мне, мужчине, мальчику, воспитанному в ещё на идеалах Советского союза. Я сам ответственен за свою жизнь, я должен был свою жизнь уже к 31 году ребёнка родить и дом построить, дерево вырастить. А я нифига этого не сделал. Но я ещё мыслю, что у меня ещё не все потеряно. Так, окей. Но оно, зараза же, не случается, этот план, а бессилие своё я признать не могу. Нет, нет. Я, если признаю, то я проиграл, все, уже можно с крыши шагать.

И в усечённом варианте моей жизни передо мной встаёт моя проблема, безумие, алкогольное мышление. Я созваниваюсь с наставником. И понимаю, что у меня уже все инструменты на тот момент были, мне уже много было дано, сказано, прочитано и мною испытано. Я же не зря говорю, что меня эйфорило, потому что духовный опыт, он действительно на тот момент уже случился, просто я не мог его квалифицировать как нечто, помогающее сохранить мою трезвость. Мне же это все казалось, что я такой молодец, это я сделал шаг в правильном направлении. Это я нашёл какую-то сферу своей жизни, компанию, которая мне теперь очень интересна. Про алкоголизм, про безумие мы пока не говорим, я об этом вспоминать и не хочу. И возникло алкогольное безумие. Вместо того, чтобы воспользоваться одним из инструментов программы, позвонить доверенному, наставнику, просто остановиться и подумать, что же я делаю. Как написано в книге, мне протянули рюмку, я выпил. Я сам протянул руку, потому что никого рядом не было.

И мой наставник сказал: «Ну, че, мать, обнуляемся». Ох, для меня это было жутко, странно, непонятно, самое главное, так досадно, что я так дорожил своими тогда 38 днями. Для меня это было очень важно, ценно, а, самое главное, стыдно смотреть в глаза далее кому-то. Но зато этот срыв мне дал понять, что я, где я и что есть эта проблема, что я действительно доказал своё безумие, доказал своё бессилие перед употреблением. Как в молитве первого шага, понимание моего состояния, насколько бы я хорошо не анализировал свое поведение, насколько много я не прочел и услышал о своем состоянии и совей болезни, я не мог быть ответственен за своё поведение. В какой-то момент меня просто срывает. И на тот период, естественно, неустойчивая трезвость, абстиненция, о какой-либо осознанности и здравомыслии говорить не приходится. У меня была рекомендация не посещать эти места злачные, не оказываться в этой опасной ситуации, когда рядом со мной, допустим, будет алкоголь. И в какой-то момент я не буду ручаться за свои действия, меня сорвёт, и я употреблю. Я это во внимание на тот момент не воспринял. И случился срыв, который дал мне понять, что я действительно болен. И иллюзий на этот счёт мне испытывать уже не нужно. Мне необходима помощь.

Вместе с тем, осознавая и признавая своё бессилие по отношению к алкоголю, я не признаю своё бессилие по жизни, это же очень важный момент. Я могу быть ответственным, талантливым, активным, позитивным и устроенным, состоятельным, самодостаточным во всех сферах своей жизни, кроме этой. Но мне же казалось, что если бессилие, то поводу всего раз и навсегда. И в тот момент я чуть больше, чуть сильнее начал заниматься программой, я был в «четвёрке». Мы продолжили этот процесс, анализ, инвентаризацию, звонки наставнику, общение с доверенными, собрание как можно чаще. Таким образом у меня случился первый шаг. Ещё был один смешной момент. В молитве первого шага, когдая получил, включил ее в 11 шаг на коленях. Я молюсь, и меня коробило название, что я алкоголик, потому что на тот момент я никогда не страшился этого названия, этого статуса. Да, я алкоголик, идите нахер. Это моя жизнь, что хочу с ней, то и делаю, и я не считаю это постыдным, мне это очень даже норм. Я живу в России, как в России, не пить. Одно из оправданий своему употреблению я формулировал.

А тут, в молитве, я говорю, что алкоголик, признаю, что у меня алкогольное мышление. Я никогда не был, не был и никогда не буду таким же, как другие люди. Меня это немножко коробило. Я не мог это произносить без задней мысли, честно, не мог, выворачивало меня куда-то. Я же такой умный, талантливый, гениальный, а тут я как будто бы какую-то трешанину говорю про себя. И у меня случился один момент, что меня опять в командировке накрыла тяга. Я шёл по улице, засмотрелся на двух парней, которые употребляли возле питейного заведения. И я просто не заметил, как остановился посреди улицы, вытянул шею, я почему-то за ними наблюдал, как будто бы наслаждался тем видом употребления.

И тут меня посетила мысль: «А что это я в утренней молитве стесняюсь называть себя таковым, алкоголиком, пора перестать стесняться». Это как раз было препятствием, и в этот момент мне пришло осознание, что как только я расставляю все точки, как только я не тёшу себя надеждой на то, что это проблема моего сознательного контроля, как это было раньше, как только я доверяюсь программе и доверяюсь наставнику, сообществу, многие подводные камни уже для меня не существуют, я могу со спокойной душой заниматься своим выздоровлением. Меня не будет откидывать бесконечно. Даже при том всем хорошем, прекрасном, что происходит со мной в сообществе, меня периодически откидывало недоосознание и недопризнание своего бессилия.

Второй шаг. Мы пришли к убеждению, что только сила более могущественная, чем мы, может вернуть нам здравомыслие. Пришли к убеждению. Тоже не сразу пришли. Из своего опыта. Как только я услышал про Бога на собрании, это меня не обрадовало, потому что тему Бога, как у нас написано, я старательно для себя закрывал, избегал. Я крещёный, религиозный бэкграунд у меня есть в силу конфессиональной приверженности моей семьи, но мне всегда казалось, что я не с Богом. По разным причинам. Я всегда знал, что мои родители, моя сестра, мои родственники, они-то точно с Богом, а я нет, я выломавшийся обломок, я не с семьёй, не с людьми. Когда я анализировал свою жизнь в шагах, я осознал, что никогда не был на волне с людьми, в этом и заключается моя болезнь. Что я либо самый крутой, а все вокруг дебилы, либо я самый ущербный, а все вокруг знают, как жить. И это религиозное понятие Бога для меня было таким, что либо когда у меня все хорошо, то это что-то такое недостойное, слабость людей, это упование непонятно на что. Ну, верите, ну, ладно, верьте, если вам это близко, но мне это совершенно не близко.

Если у меня все было плохо, то это означало того, что верующие люди точно знают, как жить. У них есть какая-то основа, какая-то идеология, но это уже более позднее моё убеждение, осознание, мнение. И я себя с Высшей силой или с Богом в своём понимании, в чужом понимании я не ощущал. И когда я в программе услышал эту идеологию, это направление мысли, мне оно не понравилось, потому что мне показалось, что ах, блин, я опять не в кассу, я опять не с ними, блин, потому что у меня это было точно как написано, что я понимал, что у моего наставника точно есть Бог. Или Бог для него есть. Этот Бог, про которого на собрании говорят, он есть у Пети, у Васи, Маши, но не у меня. Мне до него то ли далеко, то ли вообще невозможно.

Но мне очень понравилось, я услышал это сначала от наставника, но мне это не провалилось, я услышал это от спикера, у которого был большой срок трезвости, что мы делаем в программе действия для своего выздоровления, веря в то, что Бог есть либо как будто он есть. Это мне зашло, понравилось, потому что я думаю: «Так, окей, слава Богу, что есть хотя бы это. Потому что мне казалось, я помню, говорю наставнику: «Слушай, блин, а я вот хочу, чтобы было какое-то проявление. Я убежден в том, что как только я это произношу, мне должно что-то как то, форточка должна щёлкнуть». Он говорит: «А почему ты думаешь, что это так должно быть? Почему ты не позволяешь себе мысли, что это просто может происходить без каких-либо видимых проявлений? Ты не знаешь и не узнаешь, что такое, может быть, никогда не узнаешь». Как говорит мой дедушка. Это спонсор моего спонсора, мы так общаемся. Действия по программе - это игра в поиски Бога. Я ищу Бога в каждом дне своей жизни, в каждом действии, это такая игра, но как только я его найду, игра закончится.

Поэтому моя судьба теперь искать, искать, постоянно искать. Пока я пока я в процессе, я двигаюсь, я выздоравливаю. Как только я начинаю ориентироваться на какую-то абсолютность понимания, осознания состояния своего какого-то. Это как думать о том, что на каком-то моменте, через недельку я точно выздоровею. Так не произойдёт, я здоровее не становлюсь, болезнь прогрессирует. И моя теперь задача, моя ответственность - это идти дальше по шагам. Так и с Богом. Я в этом процессе, когда особенно начинал работать с подопечными и задавать такие вопросы, которые меня, может быть, даже не интересовали, но они интересовали спонсируемых, про Бога, про осознание. Мой наставник говорит: «Слушай, я тоже задавался этим вопросом». И его наставник ему сказал, что мы особо не понимаем, с чем мы имеем дело. И я часто это говорю, что я не знаю, как это работает, но это работает.

Эта агностическая приверженность видеть, осознавать и чувствовать какие-то формальные, вещественные, материальные проявления, конечно, меня очень сильно тормозит, но как только я оставляю на волю Бога, на волю случая, неважно на что, но, главное, не акцентирую внимание на том, что мне обязательно нужно какое-то доказательство, что это сработало, обязательно же должно сработать так, как я этого хочу. Я же лучше знаю, как должно у меня все в жизни происходить. И это мне помогает, какая-то немножко не совсем осознанность, может быть, для кого-то, может быть это и плохо, но мне так проще. Я иногда заостряю на этом внимание и думаю: «Блин, ну, тебе же проще просто вот положиться, как будет. Я делаю, делаю все, что должен, и будь, что будет. Тебе же так проще, чувак, какого х.. ты заморачиваешься».

Но нет, заморачиваюсь, конечно, периодически. Очень часто мне помогает в осознании и признании того, что мне нужна помощь Высшей силы, осознание того, как мне в самом начале наставник об этом сказал «посмотри, к чему ты привёл свою жизнь в употреблении. По-моему, ты, если я не ошибаюсь, уже показал, что не вывозишь. Так, как ты её строил, она пришла к такому финалу. Если у тебя ещё на этот счет остались сомнения, ты можешь употреблять дальше. Но если у тебя есть желание выздоравливать, то в программе есть рецепт, попросить помощи. Причем не у кого-то, а у Бога своего понимания. Сформировать с ним отношения и поддерживать эти отношения и быть уверенным в том, что жизнь будет счастливой и свободной. Я понимаю, что сам я по жизни доказал свою несостоятельность, свое бессилие, мне конечно же нужна помощь. Я понимаю, что под силой более могущественной, чем я, до принятия программы я очень много чего подразумевал. Как у нас написано в большой книге, что это на разных этапах моей жизни были отношения, это был, допустим, секс, это были деньги, это была карьера, это были путешествия, это, конечно, люди, когда я говорю про отношения. Партнёр в отношениях, как я о нём мог думать. И эти все сферы, эти аспекты обожествлял. Это сейчас я так могу сказать, тогда я об этом так не думал, но я признавал однозначно эти сферы как нечто более могущественное, чем я, во что я могу верить, потому что именно это способно меня удовлетворить, осчастливить, успокоить, гармонизировать моё состояние раз и навсегда.

Проблема в том, что этого не случалось, все, что я перебирал, меня, к сожалению, не удовлетворяло, либо удовлетворяло, но только небольшой промежуток времени. Мне это наскучивало, мне казалось в какой-то момент, что это уже не моё, мне нужно менять. И менял, перебирал, старался заполнить эту дыру своей души, которая ненасытна. Обнаружил алкоголь, который меня продолжал удовлетворять наибольшее количество времени. И, конечно, это все духовная проблема, конечно, я понимаю, мы это часто обсуждаем, что я, как алкоголик, страдаю духовной болезнью, которая отравляет мою жизнь, которая не может оставлять меня трезвым, мне постоянно что-то нужно где-то подслить, где-то подснять, где-то нормализовать, где-то удовлетворить, унять своё раздражение, злость, свои дефекты куда-то вылить. И по жизни все, что доставляет мне удовольствие, я начинаю этим злоупотреблять. И в разные периоды жизни это насыщало меня, я по жизни очень многим злоупотреблял, начиная от алкоголя, заканчивая людьми.

А теперь мне предлагается, что есть Высшая сила, Бог моего понимания, я его должен сам сформулировать, придумать, выстроить с ним отношения. Как я выстраиваю? Молитва, медитация, наращивание своего духовного потенциала. Наставник меня попросил написать мою концепцию Высшей силы. Там было две рекомендации, что это должно было быть нечто или некто, за кем я готов пойти. Это нечто должно представлять из себя такого, чтобы максимально развести все тучи надо мной, нормализовать и гармонизировать моё общение с окружающим миром. И вторая рекомендация, это было, что там обязательно должна быть трезвость. Чтобы обязательно при всем его великолепии, эта сила сохраняла меня ещё и трезвым, препятствовала моему употреблению.

Написал, периодически к ней обращаюсь, выстраиваю отношения с этой Высшей силой. Не всегда это стопроцентно, не всегда это на таком ресурсе, не всегда это получается, что на 100% я ощущаю длань у себя на плече. Бывает, вываливаюсь. На году трезвости было ощущение полнейшее, что я вывалился на 100%. С наставником обсуждали. Я говорю: «Слушай, совсем не чувствую, так досадно». Кажется, что это сейчас и навсегда, но нет. Поиск должен происходить постоянно, это работа через всю жизнь.

Третий шаг. Приняли решение препоручить нашу волю, нашу жизнь Богу, как мы его понимали. В моем третьем шаге я вставал на колени, мой наставник рекомендовал мне выбрать место, где мы с ним встанем на колени, прочтём молитву. Но вместе с тем это был первый на тот момент случай, когда мой наставник сказал мне, что если ты решишь, то завтра мы встаём на колени, делаем третий шаг а если нет, то нет, все, мы прекращаем общение. И меня это немножко выбило, потому что до этого момента мы читали БК, мы общались, мы встречались на собраниях и во многом я начал вставать на колени в третьем шаге, чтобы не потерять этого человека из своего окружения. Потому что мне очень нравилось с ним общаться, потому что найти своего человека за такое долгое время пустоты, отчаяния, грусти, отсутствия любви... А здесь это бескорыстие.

Я помню, когда мы первый раз созванивались, он с готовностью... Это же я теперь знаю, что я своим вопросом на выздоровление выздоравливаю ещё и наставника или просто человека из сообщества, но тогда же мне казалось, что это же мои проблемы, как я могу грузить кого-то? И тут такое бескорыстие. Человек, который на данный момент больше всего обо мне знает, как я могу от него отказаться? И я очень тужился. Я помню этот вечер и день перед тем, как мы вставали на колени, я так тужился, чтобы принять это решение, что оно должно быть осознанным. Краеугольный камень. Ничего не родилось у меня нового на тот момент, я просто понял, что окей, хочу. Да, наверное, хочу. Понимаю, в чем тут суть? Нифига не понимаю, но пойду. Я очень рад, что это произошло именно тогда, потому что я вижу по спонсируемым, когда люди терзаются, мы дочитываем до третьего шага, я говорю, что мы выбираем место, встаём на колени, и человек потом пропадает на какое-то время. Я понимаю, что происходит в его душе, что это невозможность с наскока взять эту ступень, этот этап, очень многих это страшит.

Но я так рад, что у меня это получилось. И я препоручаю. Это слово до конца не понимаю, но долгое время не обращал внимания, что это пре-, а не пере-. И мне казалось, что это упование, все проблемы на него. Такая система. Но мне кажется, что препоручить - это какое-то содействие, товарищеская рука теперь со мной, которая всегда рядом, которая мне во всем помогает. Это какой-то такой большой брат, который содействует, сопутствует мне, и моя ответственность, то тут тоже очень такая большая. Только вчера обсуждал с спонсируемым о том, что когда отсутствие силы было главной нашей дилеммой. Когда я лежу на диване, не могу поднять себя, чтобы что-то сделать, неважно, служение, снять трубку или сварить суп, я знаю, в моем опыте именно так, что этот шаг ногой с кровати, он мой, это моя ответственность.

Я, конечно, молюсь, чтобы мне дали сил, ресурса, возможность: «Боже, помоги, прямо не хочу»! Но, как раньше я это понимал, что будет чудодейственная таблетка, луч, разверзнутся небеса. Но нет. Таблетки нет, чудодейственного нет ровно до того момента, пока я не сделаю этот первый шаг. Эта ответственность, пипец, какая тяжелая! Я же думаю, что сделаю первый, второй, третий, пятый и десятый, я дойду до конца и помощи не будет. То есть, я опять сам за себя в ответе, я в процессе сознательного контроля, я снова бессилен. У меня на эти десять шагов нет сил, мне нужна помощь. Но для того, чтобы сделать первый шаг с кровати, мне нужно поверить, что после моего первого шага мне будет дана помощь, мне будет дан ресурс, я осуществлю в том формате это действие, в котором мне это нужно. Очень часто у меня не совпадает то, как я хочу и то, как мне нужно. И это меня выбивает. Ах, вот, все-таки не было помощи, когда я молился. Была, просто это получилось в том варианте, в котором мне надо. А как надо, знает только он, но не я. А я себя очень часто обожествляю в этих историях и стараюсь переломить эгоистичную историю на себя.

Это препоручение во всех делах. Изначально было так, что я препоручил только свое выздоровление, в какой-то момент ужаснулся и озадачился, потому что очень многое начало сыпаться и валиться из рук. Я трезвый, в сообществе, в служениях, но жизнь у меня не складывается. Я помню, делал упражнение по второму шагу, препоручение. Что я подразумеваю под препоручением, какие сферы жизни. Оказалось, что нифига, что кроме алкоголизма, употребления, я ничего не препоручил. И потихоньку я начал все это двигать, рассматривать, где-то пишу, где-то звоню, консультируюсь, максимально стараюсь успокоиться, чтобы не заморачиваться. Финансова сфера, например. Всегда у меня с ней были проблемы. Не задумываясь об этом я просто делал, ходил на работу, делал все, что в мои силах, чтобы у меня были средства к существованию. У меня поразительно наладилась финансовая сфера. При всех тех же исходных, моей зарплате, ровно год назад в моей трезвости у меня были финансовые дыры, а сейчас я могу много себя позволить, позволить то, что я хочу, заботиться о своих близких, тратить на это деньги. Я могу путешествовать и на заморачиваться, хватит ли мне.

И так везде, и так потихоньку. Конечно, временами откатывает, моменты разочарования присутствуют. И с наставником мы это обсуждаем. Он говорит: «Началось самое сложное, самое интересное. 12 шагов теперь в каждом действии, в каждой сфере своей жизни». Привнести это очень непросто, это работа. И препоручить тоже непросто, это тоже большая работа, но выбора нет. Я недавно спонсируемому говорил, что я бы рад всем этим не заниматься, но у меня выбора другого нет. Он посмеялся, типо, мы на собрании мы все такие духовные, говорим, что программа - это панацея, все бы ей занимались, было бы так прекрасно, а тут я ему говорю, что эти действия непростые. Вернее, они простые, но делать их непросто. Они могут надоедать, задалбывать, ты можешь погружаться в больнуху, потому что ты алкоголик, тебе временами без каких-либо внешних факторов может становиться плохо. Это довольно серьёзная работа над собой это не может нравится на все сто процентов. И он очень удивился.

Просто проблема в том, что я не могу по-другому, у меня нет другого выбора, как не держаться за эту руку мне протянутую с помощью и с поддержкой, дабы сделать меня счастливым, радостным и свободным. Спасибо, сегодня трезвый.

Вопрос: первый, второй, третий шаг - это шаги решений. Какое самое важное решение, на твой взгляд, решение ты принял?

Ответ: это такие краеугольные решения. Наверное решение третьего шага о том, что я препоручаю, о том, что мне необходима помощь. Что моя жизнь теперь зависит от того, насколько я сейчас буду просить помощь и у Бога и быть с ним в жёсткой сцепке. Потому что до этого просить помощи я не мог, это было ниже моего достоинства. Вообще никогда, я всегда сам. С родителями я никогда ничего не беру, на полном самообеспечении. И привёл свою жизнь не совсем в хорошее русло. И мне было очень важно, и очень меня порадовало, что я могу в какой-то степени расслабиться. Вот, наверное, это решение для меня было самым важным из этих трех шагов.

Вопрос: ты рассказывал, что вы разбирали с наставником, что ты понял, что твоя жизнь неуправляема. Можно немного о неуправляемости жизни в сфере финансов, личных отношений, отношений на работе?

Ответ: жизнь неуправляемая, потому что, как оказалось, я не умею общаться с людьми, этот аспект теперь у меня и Бог через людей, я не могу, в принципе, оставаться долго наедине с собой, мне же очень нужна любовь, внимание, не 24/7, но обязательно нужно мне это общение. И БК нам рекомендует быть в гуще событий, я не могу выздоравливать наедине, даже выздоравливать не могу наедине с собой и уж точно не жить. И это моё безумие, оно, конечно, проявлялось в том, что у меня порушена социальная сфера, это было для меня супер удивительно, потому что у меня профессии у все общественные такие, у меня было всегда очень много народу. Я вел концерты со сцены, мероприятия, корпоративы. Я в семье любимый сын, брат, сват, кум, куча крестников. Я же так хорошо общаюсь, так много у меня социальных контактов, я же так хорошо социально устроен.

Но оказалось, что всем вокруг я являю только часть себя, а во много они меня не знают, потому что я не решаюсь всем предъявить себя, как безумного. Потому что я не такой добрый, я не такой милый, я не такой принимающий, не такой любящий, может быть, для кого-то, не для всех, но для кого-то. У меня очень часто меняется настроение. Я сегодня хочу, а завтра я уже передумал. Я сегодня работаю как пчела, упираюсь рогом, а завтра мне опостылело рабочее место. И я так боялся всем это показать, рассказать. Я так боялся быть честным и открытым, искренним с людьми. Это меня настолько сильно вводило в употреб, потому что я не знал, как с этим вообще быть. Я примерно понимал, что это у меня такой больной мозг, и мне его надо как можно глубже закапывать. И к чему это привело? К сожалению, к годам употребления.

И это безумие, как с рюмкой, в какой-то момент очень сильно переключает. Я не в силах контролировать вообще ничего. Все, как я думаю и решаю, и конструирую, и планирую, как правило, это какой-то кринж, хаос. Это что-то такое очень нестабильное. Как говорит одна моя доверенная «в твоей ответственности выбрать только шампунь на полке в супермаркете». Какого ты планируешь, я не знаю, эту встречу, как она пройдёт, что он тебе скажет, как она на тебя посмотрит? А как ты вообще будешь? А что ты сегодня заработаешь? А сколько клиентов у тебя придёт? У меня же это бесконечно, это моя работа. В отношениях, в работе, в финансах, в отношениях с родителями, в отдыхе. Господи, это же ужас, если у меня не запланировано ничего на отдых. У меня отпуск, а я не знаю, куда мне ехать. Это же ужас. Да ладно, на отпуск, на выходные. Если я себе не запланировал какую-то канву... Ладно, запланировать, так я же ещё и прорабатываю в своём безумии я прорабатываю каждые конкретные мелочи.

И программа мне дала то, что мне не нужно задумываться, во-первых, об этих ужасных вчера и завтра, находиться здесь и сейчас. Во-вторых, я конструирую общую канву плюс-минус, но я всегда пишу в седьмом пункте вечернего 11 шага о том, что планирую на следующий день. И я спокоен на следующий день, произошло ли что-то или нет, потому что я это Богу уже доверил. И с утра ещё, конечно, на коленях я помолюсь о том, что у меня сегодня предстоит, дай Бог, мне сегодня силы и ресурс, но я снимаю с себя контролирующую функцию о том, как это все произойдёт, в каком виде, в каких мелочах, в каких аспектах, в каких сторонах, это я с себя точно снимаю. И, как правило, это все удаётся. Блин, наверное, как в идеологии программы, что произошло - прекрасно, не произошло - тоже хорошо.

Где-то я себя показал с нелучшей стороны, что-то я забыл, я, извините, больной человек. Да, в моей ответственности больше такого не делать, но если это случилось, то ничего страшного. И такой ход действий, мыслей мне помогает от безудержного безумного контроля над сферами своей жизни и как можно больше доверять Богу.

Алина: вкратце хочу поделиться третьим шагом и сразу же задать вопрос. У меня недавно произошёл третий шаг, поскольку я заново начала проходить программу. У нас есть решение, которое, когда мы отдаём себя на волю Высшей силы окончательно, бесповоротно. У нас же выздоровление зависит не от того, что мы перестаём пить, а от того, что я живу по новым духовным принципам, по-новому. Все старое моё имеет место быть, потому что оно испортило мою жизнь, мои привычки, мои предрассудки, мои убеждения, замыслы, мой контроль и весь этот бред моей головы, который довёл меня до употребления. И такой вопрос к тебе, Ваня. Когда я приняла это решение, что все, я окончательно избавляюсь от всего плохого, что у меня было, мне стало страшно. А как же, а где же я? А где же Алина со своими особенностями, привычками, такая вся классная? Когда ты что-то такое ощутил, у тебя было что-то в плане страха жёсткого, что ты побоялся отдать все своё старое. И как ты с этим работал?

Ответ: конечно, этот момент он был. Ощущение того, что я сейчас полностью отсекаю от себя все, а с чем же я останусь? Как написано в большой книге, бывает очень сложно принять решение жить на новой духовной основе, отказавшись от прежнего употребления и жизни в этом безумии, потому что для меня, как для алкоголика, то, что было до принятия программы, оно плохо пахнет, оно очень некрамольно, страшно, безнадёжно. Но оно моё, я в нём какое-то время жил довольно долго, с 21 года, наверное, я пил. Это все моё, я в нём ориентируюсь и, очевидно, ещё какое-то время в нём смогу прожить. А, самое главное, моя болезнь, одно из главных проявлений моей болезни в том, что я очень хорошо обесцениваю тот крамольный опыт, который был присущ моему употреблению, оставляю только романтизированные нотки.

И когда мне предлагается жить на новой основе и сформировать новый образ жизни и применять духовные принципы во всех моих делах, мне кажется, что та романтика, которая у меня там была, то, что стыдно рассказать, но приятно вспомнить, мне важнее, нужнее, ценнее, знакомее. А здесь мне предлагается ступить на берег туманный, непонятный, с моста, с корабля. И, конечно, это очень страшно, непонятно, как в этом действовать и что с этим делать, как его едят.

И у меня это тоже было, мне очень помогло в тот момент, что нимб у меня над башкой не загорится, я не буду совершенно другим человеком. Я не знаю, как это сказать, на 100% я не буду, я буду лишь лучшей версией себя. У меня мой запрос во вселенную порождает тоже такие подобные запросы у спонсируемых, мы в этом обсуждении приходим к чем-то интересному. Мне тогда очень понравилось, мы это обсуждали, что лучшая версия меня. От меня не много отсечётся. Я просто со многим теперь буду жить под другим углом. Допустим, как у меня с родителями. У меня с ними были всегда прекрасные отношения, но меня хватало на 20 минут, а потом невозможно меня коробило, коротило от того, как они обо мне заботятся, как они меня любят. А теперь я просто наслаждаюсь общением с ними, нахожусь с удовольствием в их присутствии, у меня изменился угол зрения. Не изменились отношения, изменился угол. И вот это самое важное.

Вопрос: как справляетесь с перепадами настроения в моменте?

Ответ: во-первых, очень бережно к себе стараюсь относиться. Бережно к окружающим. Я ухожу из комнаты, из помещения. Если это на работе, я ухожу в наушники. Мои коллеги давно уже знают, где я, что я. Я говорю: «Так, ребят, меня сегодня не трогаем». Может быть, это где-то эгоистично звучит, но я получаю столько поддержки. Потом мне ещё сильнее хочется их любить, принимать и общаться с ними, потому что я-то думал, что мне надо на зубах это взаимодействие все равно как-то продолжать. Блин, нифига не надо. Мне не хочется сегодня, перепад у меня, что-то меня раздражило, выбило меня. До того, как я сдам «десятку» наставнику, пройдёт ещё время какое-то, потому что у меня может не быть возможности, у меня сделка, я не могу отлучиться до длительного перерыва. Пока я не сдам «десятку», должно пройти время, во- первых.

Во-вторых, я все-таки даю себе возможность, естественно, повариться в этом всем, чтобы понять, осознать, о чем молиться. Эти дефекты надо как-то, сформулировать. И в эти периоды я стараюсь пользоваться, как говорит мой дедушка, методика «ромашковый чай». Набираем в рот и молчим, чтобы не причинить ущерб. Меня спасает десятый шаг. «Четверка» в моменте, разбор ситуации на эгоизм, нечестность, корысть и страх. Молитва за то, чтобы меня избавили, меня он избавил от моих дефектов и какое-нибудь полезное действие. Я рекомендую спонсируемым так: если не сильно кроет, то можно проговорить голосовым наставнику. Проговорили, помолились и продолжаем заниматься своими делами. Если сильно кроет, то надо обязательно сделать что-то полезное.

У меня первое время это были окурки, какие-то бумажки. Рядом с офисом я выбегал и просто судорожно собирал, до урны доносил. Не обязательно много, не обязательно убрать весь квартал, пару бумажек достаточно. Легче станет прямо сразу, проверено. Что еще помогает? Написать кому-то, с доверенными пообщаться. Сложно бывает. Я в своей больнухе, когда меня кроет, мне не хочется общаться абсолютно ни с кем. Наставнику позвонить - ещё куда ни шло, но кому-то из доверенных позвонить и поделиться мне очень сложно. Надо. Бывает выключает на ...ять. Бог же через доверенных со мной общается, бывает, даст мне какое-то нужное для меня слово. Пару раз было, так что собрание мне очень помогало. Меня кроет и кроет, кроет. Уже «десятку», «десятку», уже с доверенными, со спонсором. Полезное сделал, а все равно не могу больно и все. Я поскакал на собрание. Собрание - это как наставник, доверенный, это два или более алкоголика, собранные вместе для обретения трезвости. А там всегда будет Бог, всегда. Наверное, главная рекомендация это к Богу. Кому как удобно.

Вопрос: я так понимаю, 12 шагов ты прошёл, берёшь подспонсорных. О чем он говорит? Достигнув духовного пробуждения, первые слова. И поводу духовного пробуждения, достиг ли ты его и что это такое в твоём понимании?

Ответ: я эту историю просто обожаю рассказывать. Духовное пробуждение у меня было в 9 шаге, как мне обещал мой наставник. Я прошу прощения, могу сейчас прослезиться, потому что в третьем шаге мы изъявляем готовность к препоручению. Как у меня это произошло? Я уже говорил, неосознанно это у меня было. А в девятом шаге происходит это препоручение за счёт испытывания духовного опыта. Я возвращал денежную «девятку» человеку, который хороший знакомый. Это не такой дорогой для меня человек. Он не хотел брать эти деньги, потому что считал, что я себе надумал. Я посчитал нужным, важным для себя в тот момент. Было девять тысяч рублей. Я отдал. Рассказываю предысторию, чтобы было понятно, что это не был миллион рублей, мой дорогой, самый близкий человек. Нет, так не было, это было абсолютно простецкое действие. Поехал на метро, договорился, встретились, отдал.

Я оттуда выхожу и меня кто-то из доверенных спрашивает: «Че ты делаешь сейчас»? Я начинаю ему записывать голосовое, что сейчас делаю, и начинаю рыдать. Я звоню своему наставнику, рассказываю, что со мной произошло сейчас, говорю, что у меня диссонанс от того, что я не подозревал, что эта ситуация меня так взбудоражит, потому что, что я сделал? Привёз девять тысяч человеку, который не хотел их брать, потому что он очень обеспеченный, для него эти девять тысяч... Для меня это важно. Блин, что произошло? И мой наставник мне говорит: «Я даже не буду долго формулировать. Ты испытал духовный опыт». Девятый шаг, на его взгляд, наверное, на мой сейчас тоже, единственная возможность с момента принятия программы сказать «прощай, моя прошлая жизнь, здравствуй, моё будущее». Именно этот момент я квалифицирую как духовный опыт и духовное пробуждение, потому что я стоял под дождём, рыдал и думал о том, что я наконец-то понял, для чего я этим занимаюсь, для чего я проходил эти шаги.

Я наконец-то осознал, что я в правильном месте, потому что до этого момента были разные мысли. Они и сейчас, естественно, тоже встречаются, но те эмоции, которые я тогда испытал, мне помогли, помогают сейчас думать об этом в программной идеологии, потому что это неповторимое чувство отсоединения прошлого опыта, этого багажа, этого парашюта, который мешает и тянет меня, уносит туда, чтобы расчистить дорогу для новой счастливой жизни.

На собрании любом, на моей домашней группе есть всегда возможность оглянуться и посмотреть на свой предыдущий опыт. И это большая радость, что люди находят дорогу к нам в сообщество. От себя хочу пожелать. И очень надеюсь, что состоится следующее, второе, третье, пятое собрание в вашей жизни. Я желаю не верить своей голове, потому что, как я по себе знаю, в моём мире алкоголика все искажённо и преувеличенно, мне своей голове верить не стоит. Я желаю найти наставника как можно быстрее, как можно быстрее пройти по шагам. Я прошёл шаги за четыре с половиной месяца. Ещё при том, что сорвался в процессе. И такая скорость, наверное, мне гарантировала во многом мою трезвость, потому что я из тех, для кого промедление значит больше мыслей о том, как уйти в сторону. Не заморачиваться, не заостряться, главное, делать, писать, делать все, что вам говорят, выполнять рекомендации, делиться собственным опытом. Я поднимал руку, чтобы взять спонсируемых, как только сделал пятый шаг. Это тоже мне супер, как помогло, потому что допустим, я концепцию Высшей силы, концепцию своей духовной болезни я написал, но, думаете, я в неё заглядывал? Да, нифига. Если бы не мои спонсируемые, потому что я же им даю потом это задание, я периодически на это смотрю и возвращаюсь к истокам. И сейчас часто об этом говорю.

И услышал это на спикерской, что если бы была возможность только делиться опытом постоянно в 12 шаге, быть просто хорошим выздоровленцем, а не хорошим работником, хорошим сыном, хорошим другом, хорошим партнёром, я бы, наверное, только делился, потому что это неимоверный ресурс, это так классно, это залог трезвости дальнейшей. Это в любом случае, в плюс. В самом начале большой книги вы прочитаете о том, что все, кто пришёл в сообщество, улучшили свою жизнь, все. Никого не было тех, кто пришёл и ухудшил. У всех наблюдалось какое-то улучшение. А те, кто пошёл дальше, кто сделал шаги, кто остался в сообществе, в служении, у тех жизнь улучшилась намного, кардинально. Я всем этого желаю. И всем без исключения, не только новичкам, приятной трезвости, хороших выходных и с Богом.