Россия, Уфа

Домашняя группа: Дёма

ТЕМА: Первый, второй, третий шаги

Всем привет, Гульшат-алкоголик, я из Уфы. Мне 41 год. И из них 22 года я употребляла алкоголь. Начала я как-то безобидно, как мне казалось, лет в 16. Сейчас очень это странным для меня кажется. Ребёнку 13 лет, старшей дочке, всего трое детей. И сейчас я просто удивляюсь, зачем 16 лет я просто пила. Зачем? Не знаю. Постепенно я начинала, все было безобидно. Пила я от радости, от горя, от всего. Не нужна была причина. На дискотеке, возможно, сейчас, как я думаю, для смелости, может быть, или хотелось заглушить какие-то страхи свои, а страхи были. Но в итоге я стала алкоголиком. В семье я росла нормативной. Мой папа был запойный алкоголик, но он не употреблял 16 лет, так как закодировался или прошёл лечение. Я его увидела впервые в 16 лет в употреблении, и то он бы даже и не начал, наверное. Он заболел, ему пришлось попить лекарственные средства на алкоголе. Мама у меня тоже медик. Я не видела пьяных родителей, пьяные компании, но, видимо, этот семейный алкоголизм на генном уровне присутствует.

Я училась, пошла в медицину, работала, вышла замуж, родила детей, но постепенно, постепенно я уже знала, что это прогрессирующая болезнь. Я пила, сказать честно, один день, три дня отходила. Так я мучилась всю свою жизнь. Я не знаю, как это все прошла. Это было в каких-то муках для меня, потому что я постоянно болела от похмелья. Это сейчас я понимаю, что есть такой симптом, как аллергия. У меня есть аллергия на алкоголь. И в итоге я допилась до того, что третьего ребёнка родила, я пила, и меня ничего не останавливало. Ни дети, ни работа. Я сама работала врачом, я оказалась в своей же больнице в наркологии дважды. Меня закрывали от того, что уже не знали, что делать, мне было все равно, и меня ничего не останавливало, ни дети, ни муж, ни мой статус, ни стыд. Я шла в любом состоянии. Сама я была по делам несовершеннолетних в этой комиссии, выезжала к таким же пьющим женщинам. Потом уже ко мне стали приезжать, несколько раз хотели не то что забрать, они беседовали со мной: «Ну, Гульшат, ну ты че делаешь, ну как же так»? Я говорю: «Я не знаю».

Ходила я по бабкам, однажды даже я ездила на кодировку лазерную, выбрала, что полегче, думала, щадящее. Мне это, конечно, не помогло. Мне все не нравилось, меня все раздражало, меня бесили дети. Приходила домой после работы, закрывалась, заливала чего-нибудь такое, но мне нужно было изменить сознание, потому что я не могла жить в этой реальности, меня все раздражало. И уже мама моя не знала, что со мной делать. Она меня закрыла в центр. Может, это случайность или что, я всегда искала какой-то выход. Я понимала, что алкоголик, я признала это давно, я искала выход, я просила Бога, не знала, что делать, ходила в мечеть. Каждый раз в светлый промежуток, когда у меня был, возможно, это как-то сыграло на тот момент, я написала цель в своём бумажнике, цель бросить пить и курить.

Когда я употребляла, то пила все, что горит, даже духи, парфюм. Выпила свой, мужа, потому что меня закрывали в квартире. Я пила все, что горит. Мне ничего не помогало. Конечно же, я тяжело отходила, это был какой-то замкнутый круг. Я написала цель. Я курила, пила и пила воду. Это продолжалось неделю, полторы. Я не знала, как я не умерла. Я просто травила себя. Потом я узнала, что это суицид медленный, что я сама выбрала это. Я убивала себя, уничтожала. Не могла вскрыть вены, но я выбрала другую смерть, более мягче. Не хватало мне смелости сразу пойти и что-то с собой сделать, хотя я не планировала. Я думала, надо жить, хотя понимала, что так жить точно не получится. Я написала эту цель, прописала цель бросить пить и курить, но это было много раз писано много лет, но в какой-то раз это сыграло, и даже в статусе в ватсапе я написала себе статус «Грядут большие перемены». Сама не помню, в каком состоянии я это писала. После этого даже мои знакомые некоторые написали, когда начали видеть, что я меняюсь, что у меня что-то начало получаться.

И я оказалась в реабилитационном центре. Наверное, я даже бы и не поняла, что такое программа, шаги. Я и не понимала. У меня не было выбора. У нас первый шаг звучит как? Я признала, что алкоголик, признала своё бессилие перед алкоголем, признала, что моя жизнь стала неуправляемой. Я это признала. Но бессилие не признала. Я признала там, когда меня закрыли, что бессильна, я не могу выйти оттуда, у меня нет выбора. Мне сказали: «Гульшат, ты здесь на месяц с нами». И был у меня только выбор, как прожить этот месяц. Что-то взять для себя или жить на полном отрицании. Я была одна девочка среди мужчин, среди 15 человек. Я увидела эти плакаты, мне было все это странно, но интересно, слава Богу. Я любознательный человек, видимо, я не стала отрицать. У меня трое детей. Я решила, что здесь надо накинуть плюсы. Я поспала, выспалась, стала изучать что-то новое для себя.

Потом уже постепенно начала замечать, как все меняется вокруг меня. Ребята смеялись, радовались, они были там несколько месяцев. Я первый вопрос задала: «Я также буду смеяться также, буду ли я также радоваться жизни»? Они сказали: «Конечно». Я не верила, естественно. Потом я впервые ощутила через какое-то время, что меня начал также радовать снег за окном. Я стала меняться, не знаю, как. Делала то, что там говорят. Я слышала часто «делай, как будто бы», «делай просто так». Ну, потому что нечего все равно делать. Я решила это попробовать, потому что это было для меня интересным, какой-то выход я увидела. Хотя, ни о каком Боге я не думала, мне наоборот было странным, что они молятся. С Богом у меня были свои интересные отношения. В течение жизни они напоминали разборки между супругами, что-то как-то доказывать, ругаться, потому что у меня отец заболел онкологией, я очень просила пять лет, чтоб он его вытащил, у Бога просила. Он его, естественно, забрал к себе. Я поняла, что Бог карающий. Я его возненавидела, я от него отвернулась.

Через полгода не стало моего братишки родного, которого я вырастила. Он попал в аварию. Бог его забрал. Я решила, что боюсь теперь его. Я стала молиться, стала ходить в мечеть, очень стала бояться. Сейчас я понимаю, у меня не было опоры в жизни, не привили мне бабушки мои что есть что-то такое выше, любая сила, которая может мне помочь. Я думала, что только материальное, какой-то человек может мне помочь в жизни, но ни что-то другое, что я не могу потрогать и ощутить. И Богу, конечно, как я сейчас думаю, пришлось сначала доказать мне, что он существует, именно дав мне это чудо, потому что мне ничто не могло помочь. Но каким-то образом сейчас я год и восемь, слава Богу, трезвая. Я не хочу пить, у меня нет тяги, я бросила курить в один день. Он сначала показал мне чудо, а потом я в него поверила, это мой опыт. Таким образом, я пришла к нему.

После выхода с центра, я там оставалась дополнительно ещё на месяц, потом ещё на две недели, я очень боялась выходить в социум. Я всего этого наслушалась и боялась, что не то что споткнусь, я не знала, как дальше жить здесь. Я оставалась, чтобы максимально прописать задания, чтобы я была максимально оборудована оснащением, чтобы я была сильнее и оставалась. Хотя было это необязательно, я узнала по выходу. Мне сразу дали номер спонсора. Я даже не сомневалась, должна позвонить или нет, но мне мой вышестоящий сказал: «Вот тебе номер, позвони сразу, как ты приедешь». Несколько раз он сказал. Я это сделала, и мой спонсор меня уже ждала. Она была в курсе. Она была всего лишь на несколько месяцев, на три с половиной, трезвее меня, но это ничего не значит. Да, у меня было что-то в голове: «Да что она может знать». Это вообще не суть. Спонсор мне передаёт книгу, она знает больше, чем я.

Я пошла сразу же с ней по шагам и даже не думала о том, что, надо ли это делать или нет. Это про то, что я должна. Бог придёт туда, где его ждут. Я, правда, его ждала. Он пришёл ко мне. Я не так давно узнала, убеждена я в этом, что алкоголики, наркоманы - это такие необычные люди, все равно они необычные, и у них есть такая сильная жажда, жажда к духовным знаниям, у других людей нет этого. Я думаю, через такую боль, через такое дно, которого все-таки, как ни крути, любой алкоголик, наркоман, достигает. И он способен упасть на колени и попросить. Конечно же, я стояла на коленях у алкоголя. Я шла за ним, делала все, что он мне говорит. Он был моим повелителем. Это была сила, которая влияла на меня. Я хотела бросить пить только в то время, когда я была в употреблении. Когда мне было тяжело, я мечтала об этом. Просила Бога, чтобы я отрезвела. Я клялась себе много раз, что брошу, это последний раз. И каждый раз я бросала, как последний раз. Я придумывала новые сценарии употребления, придумывала фишки новые. Что буду пить только две рюмки или два стакана пива. Нельзя говорить про напитки.

Я все велосипед придумывала. У меня не было понимания, что мне нужно просто отказаться от первой рюмки. Что если у меня есть аллергия к этому веществу, у меня откроется феномен тяги, сразу же после первой рюмки. Мне нужна только та сила, которая мне даст силу отказаться от первой рюмки. И это был мой первый шаг, и он каким образом сработал? Потому что если я так понимаю, сработает первый, второй шаг, я сама не захочу взять эту рюмку в руки. Сейчас это есть.

Второй шаг. Конечно же, я ничего не понимала про шаги. Я пошла просто их делать. И в книге они предложены, все 12 шагов. А что с ними делать, я не понимала, просто делала как будто. Я оставалась трезвой. Раньше я знала, чтобы пить, мне нужно занять денег, отобрать, а сейчас мне нужно просто делать определенные действия, которые дадут трезвость. А раньше были действия, которые мне дадут отравление, под которым я нахожусь в этом состоянии пьяном. И второй аспект - это физическое, феномен тяги, физическое состояние, что я лежу, ничего не могу делать. И у меня одна мысль только: «Достать, ещё достать». И второе, психологический аспект, что я не могу от этого отказаться. Я не могу отказаться, когда мне предлагают. В программе есть такое, спрашивают: «Признаешь ли ты, что у тебя есть проблемы, что ты алкоголик? Признаешь ли ты, что ты потеряла контроль над своей жизнью»? Да, я признаю, конечно же.

И второй шаг. Это мне нужна была сила. Я поняла, что нашла какую-то силу, или она меня нашла. Я все-таки убеждена, что в программе остаётся только тот, кого действительно Бог поцеловал в лоб, он выбрал. И если я уже познакомилась с этой программой, он мне дал этот шанс, я решаю, взять его или нет. Я не могу решить, пить или не пить сегодня. Я могу решить, делать ли мне эти действия, которые мне дадут трезвость на сегодня или нет. С утра помолиться, помедитировать, в течение дня помнить, что я в духовной программе, что я теперь живу по духовным принципам, но оно само собой приходит, не надо притворяться. Да, я проживала все эти первые месяцы, слушая спикерские, ходила в группы даже не потому, что страх был выпить, а потому что мне было легче. Потому что меня здесь никто не понимал. Я вернулась в этот же кошмар, из которого ушла. Как я думала, кошмар.

Дети мои, трое детей замечательных, здоровых. Для меня были кошмаром их крики, и это я решила, что мне так невыносимо жить. Нужно было учиться жить по-новому с моим же соупотребителем. Это мой супруг, который также до сих пор продолжает. Мне приходится с ним жить, так как я не должна принимать каких-то серьезных решений, потому что ничего сама не знаю. Я могу попросить о заботе Бога, чтобы он забрал мои проблемы. Это и есть второй шаг, что только сила более могущественная может решить мои проблемы. Я так и начала делать. Когда мне было невыносимо тяжело, я просто просила: «Боже, я не вывожу, пожалуйста, реши». Не так просто это, конечно, сделать, потому что я привыкла сама все зарабатывать, все на себе, железные яйца, тащить, отобрала у мужа штурвал, сама руковожу. Мне Бог вообще не нужен был. И как же можно, непонятно, на что это перепоручать?

Я услышала, что сейчас обсуждали лишний вес. Конечно же, я кайфожор, я просто бухала и курила. А сейчас мне нужно на что-то заменить это все, я начала есть, набрала вес, лишних 20 килограмм. И ребята обсуждали. Ну, конечно, эта проблема может быть у всех. И я стала опять-таки, придумывать, какие-то диеты покупать у людей, ходить в спортзал. Я забыла о том, что у меня есть инструмент 12 шагов, который также помогает людям, у которых лишний вес. Те, которые не знают, они говорят. Я сейчас включаю и думаю: «Боже мой, даже здесь присутствует, всегда здесь». Это когда рыбки плавают в воде, одни рыбки знают, что Бог есть, а другие – нет. Те, которые не знают, говорят: «А что такое вода»? Это примерно так же. Я ведь в этой программе, и пару дней, как я не стала ничего придумывать, просто решила посчитать калории и записывать. Это просто действия, которые нужно делать, чтобы они избавили меня от этих лишних килограммов.

Тоже самое, программа. Нужно что-то делать, чтобы оставаться трезвым. Но только это мой выбор. Хочу ли я быть трезвым или нет? У меня очень много знакомых ребят, с кем я выздоравливала, срывников, они из раза в раз идут, возвращаются в центр, уже кто по шесть лет, кто-то больше года. У нас в книге написано, пятая глава, что есть исключительные категории людей, которые просто с рождения не могут быть честны ни с собой, ни с другими людьми. Единственная причина, когда программа не поможет. И я так думаю, что ещё просто любят пить. У меня брат. Сначала я с ним носилась, носилась, я была созависимой, закрывала в наркологию, я с ним бегала, сколько лет вытаскивала. В итоге сама я стала алкоголиком. Я его закрыла в ребу, он вышел, три месяца, был трезвый, но опять стал употреблять, потому что он ничего не делал, элементарных вещей. Он не ходил со мной на группы, не хотел слушать, ничего знать, слышать. Было естественно, понятно, что он придёт туда же, но я сейчас опять становлюсь созависимой. Хочу сказать о том, что всегда, если я что-то не делаю по программе, я вернусь опять туда же.

Сегодня я являюсь спикером, чтобы оставаться трезвой, чтобы каждый день быть в этой теме, потому что немножечко я отвлекусь, и меня другая совсем сила найдёт. Та сила, которая была со мной в употреблении, та сила, у которой я ползала на коленях. И говорят, что программа сложная, но простая. Я лично отнеслась ко всему, как к игре, к приключению. Потому что, услышав это все, меня пугало, я ничего не понимала. Что такое первый шаг, что за традиция, о чем вы говорите? И я решила для себя, что просто это сделаю. Мне проще так проходить это все. Прошла. И, конечно, шаги мы не проходим, шаги на каждодневной основе применяются, незаметно это все делается. Я отнеслась, как к игре, мне было так легче. Если новички не могут решиться, это что-то внутри.

Говорят, что есть две смерти. Первая – это та, которая привела меня к анонимным алкоголикам. И вторая смерть – это я должна убить свое эго, убить себя. Принять решение убить свое эго, которое не дает мне шанс воспользоваться этим. Оно мне мешает: «Да зачем тебе это? Давай еще что-нибудь попробуем. По-любому есть выходы». И оно мне говорит: «Зачем тебе этот спонсор»? Бывало непросто со спонсором, мне не нравилось, как она говорит. Я могла поменять, я могла скакать каждую неделю по разным спонсорам. Но зачем мне это? Я же слушаю свою голову, она меня ничему хорошему не научила, раз я оказалась в такой заднице. С высшим образованием, с тремя детьми я хожу с синяками, в грязной одежде, трусы не меняла неделями, зубы не чистила. Что я могу знать об этой жизни? Поэтому я выключила, просто делала то, что написано. А Бог меня вел и ведет.

Сейчас я оказалась на той стадии, о которой я слышала, знаю людей, которые через десять лет трезвости в программе оказывались в психушке, они делали все, вроде бы. Это ты думаешь, зайти туда или не зайти? Первый шаг. Второй – зайти по пояс или все-таки третий шаг, зайти полностью, окунуться, отдать, всю свою жизнь препоручить. Смогу ли я все Богу отдать? Я ему отдала свою трезвость. Ну, ты давай этот момент контролируй. А сейчас у меня с работой не получается, так нужно вот это, вот это, вот это. Тут я не могу препоручить Богу. Так не получается. Я с ума схожу от того, что пытаюсь какие-то сферы своей жизни контролировать сама. И сейчас, в год и восемь трезвости, меня периодически зашкаливает, потряхивает. Меня Бог опять ставит: «Ты что, до сих пор пытаешься что-то делать»? Только когда я общаюсь с анонимными, с братьями, сестрами, когда я остаюсь в этой теме, я остаюсь трезвой.

Я никогда не узнаю ничего до конца. Я буду учиться, буду брать опыт, буду отдавать свой опыт. Это интересно. Жизнь другая совсем. Тот же супруг, те же дети, но у меня есть две жизни сейчас. Жизнь моя в анонимных алкоголиках и моя жизнь в семье, в которой меня никто не понимает. Детям нравится, что я трезвая, что спокойнее стала, но ведь есть еще то, что я должна пойти на группу. Я ставлю своё выздоровление на первое место, на первом месте у меня трезвость, и это не всегда понимают мои близкие, но ничего страшного. Слава Богу, что я смогла это сказать, что это для меня главное сейчас. Принять решение, препоручить свою волю Богу и жизнь свою заботе Бога. Это про это. Конечно, я периодически штурвал у Бога забираю себе опять, но опять-таки падаю, падаю, вспоминаю. Значит, сегодня с утра я не помолилась, значит, я вчера обидела свою маму или мужа. Мне все равно все вернётся. Это очень интересно. И удивительная впереди жизнь, я бы не хотела другой жизни. Не жалею, что я таким образом пришла к Богу. Да, я долго с ним перетягивалась одеялами, боролась с тем, с чем не надо бороться, не стоило. Он всегда рядом был, он никогда не бросал меня. Просто я не хотела брать.

Таким образом, я пришла к своим сорока годам к Богу, но таким образом, я надеюсь, облегчила свою жизнь в дальнейшем, потому что я нет, нет, детям совет даю. Уроки делают, не получается решить задачу, я: «Попроси у Бога». Они: «Мама, ты че»? Я: «Нет, ты попроси». А мне никто не говорил, что Бог - это опора, у него можно просить, и он даст. У меня все, ребята. Задавайте вопросы. У меня уже все, все уже хорошо. Остальное все придёт.

Вопрос: скажи, пожалуйста, ты продолжаешь ходить в мечеть?

Ответ: я, когда протрезвела, очень стала много изучать. Я прочитала такое, но ничего не хочу сказать, это лично моё мнение, что якобы в мечети, в церкви открывается аура настолько, что там бывают и нечистые силы, пробивают ауру и так далее. Я сейчас хожу, просто могу сходить, побыть в этой атмосфере, но намного реже. Со мной Бог всегда, когда я просыпаюсь и ложусь. Мне не обязательно ходить для галочки или для кого-то надеть платок, показывать, что посмотрите, я стала верующей. Я в этот раз уразу держала семь дней, хотя думала, у меня не получится никогда. Но дело не в этом, религия для меня, как костыли. Я постепенно, возможно, когда-нибудь приду, но сейчас Бог со мной, я знаю намного больше, чем я узнала в мечети. Могу ходить, могу не ходить. Бог всегда со мной. Я думала, он только там, и все, я одна. Сейчас поняла, что он всегда со мной.

Вопрос: я тоже баба с железными такими яйцами. Я просыпаюсь в последнее время в саможалости, просыпаюсь и говорю: «Вот я сделала это, это, это». У меня сейчас новая семья, муж анонимный, я его вытащила из этого, со всех этих наркотиков, положила в центр. Он у меня трезвый, выздоравливает. Все я делаю, это я так считаю. Все это делаю я, и меня не ценят, не то, что не ценят, мне ничего плохого не делают в этой семье, но какое-то у меня чувство, как будто меня используют. Будто я слишком много на себя беру, потому что я и по карьерной лестнице его подняла на работе. Фиг его знает, мне, может, это нравится. А как будто мне должны больше отдачи, что я без ничего могу остаться, что я все даю им, а потом вдруг останусь у разбитого корыта. Страхи. Я на девятом шаге, мне сейчас их надо писать, делать. И получилось, что мы расстались со спонсором на этом этапе, я сейчас пока стою, но хожу постоянно на группы, служу, но продвижение остановилось, у меня обида небольшая получилась. В данный момент остановочка, я в поиске наставника, чтобы «девятки» делать.

Ответ: когда я что-то делаю для кого-то, всегда жду в ответ какой-то благодарности. Я всегда изначально не должна ждать результата, я делаю все. Я когда начинаю чего-то ждать, даже готовлю кушать, если мне не так сказали спасибо, не так, как я хотела, уже представила, все кончено, все кончено. День не задался, я обиделась. Во-первых, ожидание - это уже пол обиды, говорят, не надо ничего ждать. Делайте все. Ну, не делай тогда.

Страхи. Страхи – это четвертый шаг. Обратить внимание, все ли там правильно. Идеально, конечно, никто не знает, как нужно проходить шаги. Я всегда сомневалась. Каждый шаг, что я делаю, где-то нечестна полностью и так далее. Но где-то что-то я с этими страхами. А когда есть страх, это недоверие твоё, ты не веришь Богу до конца, что он решить может твои проблемы, значит, обрати на это внимание, значит, нет полного доверия ему. Только поэтому ты боишься. Когда я верю ему, это как вышла босиком и пошла по стеклам. Да я уверена, что не воткнется в меня осколок, вот доверие. Применять шаги в жизни. А сутра нужно начинать с 11 шага, а не с того, что я проснулась и сразу начала обижаться на близких, что они не ценят меня. Начни с 11 шага, прочитай еще раз. Избавь меня от корыстолюбия, от эгоизма, от жалости к себе, дорогая Гульназ, вот эти слова.

Просто включи медитацию. Надо, не надо, я её до сих пор неправильно делаю. Просто включила, пока все спят, настроилась на новый день и ничего не жду ни от кого. Спасибо Богу. Посмотрите вокруг, что дети здоровые, всегда найдутся плюсы. Я пишу три благодарности спонсору каждый день. Когда начинаю благодарить, а в течение дня сколько их? Я понимаю, что у меня все ништяк, жалеть себя места нет. Зачем? Оказывается, у меня все замечательно, мама здорова, все отлично, есть, что кушать, крыша над головой.

Вопрос: скажите, что делать атеистам?

Ответ: что делать атеистам? Ждать, когда же вы достигнете своего дна, чтобы поваляться в этом, повариться, попытаться самому что-то придумать, и в итоге, наверное, прийти когда-то к Богу. Да я сама в него не верила. Я не знаю, что такое Бог вообще. Он меня вечно наказывал и не давал то, что мне нужно. Мне всегда было мало, что у меня есть с детства. У меня не те игрушки, не та одежда, не те платья мне покупают, не те родители. Кто он вообще такой? Он же у меня папу забрал, братишку забрал. Я атеист. Мне никто не говорил, что есть такое существо, сила более могущественная, который мне может помочь. Он мне сначала дал чудо, потом я поверила Богу. Наверное, Бог вам когда-нибудь даст что-то такое, докажет нам, таким неверующим, что, блин, придётся поверить. Я так думаю, это моё мнение. Может, я неправильно ответила, но это моё мнение.

Вопрос: что ты подразумеваешь под выражением «мы потеряли контроль над собой»?

Ответ: я потеряла контроль над собой, когда я начала брать бухло уже на работу, я начала пить на работе и при этом якобы лечить людей. Я не могла работать без этого, мне нужно было привести голову в порядок, чтобы взять ручку в руки, я потеряла контроль над своей жизнью. Я знала, что, допустим, год назад я бы так не сделала. А сейчас я уже это делаю спокойно, потому что по-другому не могу. Контроль над своей жизнью, что мне стыдно, но я иду, мои ноги ведут туда, в магазин, за этим. И я ничего не могу поделать, что самое страшное. Я считала, что самое слабое на свете существо, что никогда я не смогу ничего бросить, у меня нет силы воли. Я думала, такие великие люди, как Высоцкий, Ефремов, сейчас сидит у нас, такие сильные люди, у которых были и деньги, и все они в такой ситуации. Я была уверена, что мне ничего не поможет. Конечно, я не контролировала свою жизнь уже. И что самое страшное, я и выхода не видела и не верила в это.

Вопрос: что вам позволило вернуться в социум, несмотря на то, что все ваши знакомые и коллеги знали ваш прежний образ жизни?

Ответ: я все три месяца с половиной думала в центре: «Когда же я выйду, как я буду вообще? Что я людям скажу, где я была»? Я спрашивала у своих впередиидущих ребят, которые уже по несколько раз, они мне говорят: «Тебе какая разница, что о тебе думают? Да зачем тебе»? Я думала: «Ну, как это». Блин, мне реально так стыдно было. Мне не было стыдно в синяках ходить, валяться где-то, но мне было стыдно, что я скажу, что я анонимный алкоголик. Я вышла, конечно, столкнулась с тем, что моя мама кому-то говорила, что я в центре, кому-то она говорила, что я где-то учусь в Питере. Но эта честность, которую обещает программа, если ты будешь честна, если я буду честна, мне будет вообще легко. Это все само.

Сейчас я смотрю просто не то, что нос кверху, я смело хожу и смотрю. Раньше я в светлые свои периоды, трезвые, сухие, глаза поднять не могла, я знала, что они знают, что я пьющая. Я ходила по этим улицам, среди этих людей, делала вид, что у меня все хорошо, но я все время врала, все время находилась натянутой, как пружина. Не могу я сейчас переехать, поменять, меня задевают до сих пор какие-то слова мамы «а ты помнишь», мне очень неприятно это слышать, но это моя жизнь. Знаете, люди намного добрее оказывается. Они смотрят с любопытством, что со мной случилось. Многие знают, что я была в центре. Кто-то смотрит, а я уже не пью. Раньше периодически я была то трезвая, то пьяная.

Это не так важно. Важно, что я меняюсь и что я, если могу помочь кому-то, могу сказать. Просто, пока я была в центре, несколько человек, моих близких знакомых, не стало. Они не успели даже познакомиться с этой программой. Они не знали, что есть выход. Молодые девчонки. У них остались дети. Мне повезло, поэтому я смело хожу по улицам и спокойно общаюсь, у меня спрашивают: «Как ты это сделала»? Моя мама дает мой номер: «Позвоните ей». Она фельдшер, капает, системы ставит. Или я выхожу сегодня, раз девочку привезли, 40 лет. Капается, лежит. Я подхожу и делаю 12 шаг. Пока она под капельницей, она никуда не денется. Я просто говорю: «Так, привет». Начинаю рассказывать о своей жизни. Это Бог меня выбрал, что я буду его руками здесь, на земле, я должна нести весть, я буду это делать, потому что страшно, он может и забрать.

Конечно, насколько сил хватает и насколько мне даёт Бог, я делаю 12 шаг, несу весть. И мне сейчас не стыдно ни перед кем. В голове у меня: «А ты сама попробуй упади и встань». Я всегда сама себе говорю мысленно, конечно, если меня кто-то осуждает. А вы сами попробуйте! Конечно, это не самоуверенность. Только с Богом я трезвая, только благодаря ему я сейчас сижу трезвая.

Вопрос: как менялось у тебя понимание Высшей силы с того момента, как ты пришла в шаги и что у тебя на сегодня? Какие у тебя взаимоотношения?

Ответ: я ждала чуда на 12 шаге, я так торопилась быстрее пройти, мне надо было галочку поставить, я же игрок. Решила, что буду попроще проходить, но ждала какого-то духовного пробуждения, которое обещают на 12 шаге, когда я услышала эти заветные слова: «Ну, все, дорогая, мы с тобой прошли 12 шаг». Я такая: «О, спасибо, круто»! Я ждала этого чуда. Недавно я была ведущей на «Земляне», был такой вопрос, какие чудеса вообще. Я такая думаю: «Какие чудеса? Я же ждала этого чуда на 12 шаге. А чудеса-то происходили все это время, восемь месяцев, пока проходила, не торопясь. Они же были постоянно, каждый день, каждый день. То, что я трезвая - разве это не чудо? Моё отношение с Богом, с Высшей силой. Естественно, сейчас намного легче.

Когда у меня есть трудности, мне нужно постоянно останавливать себя. Если я сама не остановлю, какая-то ситуация останавливает, что я уже не могу, я опять стою на коленях. Не буквально, что я не могу, Боже, помоги мне. Мне намного стало проще жить. Не взяли меня на работу? Значит, она мне не нужна. Вот и все. А раньше? Я баран по гороскопу, я такая упёртая. Как же так? Я же решила, все так должно и быть, как я хочу в этой жизни. Я же сильная. Нет. Это настолько круто, когда я такая спокойная. Бог уберег меня от этого. Мне намного стало проще жить, и у меня всегда есть деньги на кусок хлеба. Это про то, что сферы восстанавливаются.

Мне говорили через два года, плюс-минус, оно так и есть. Ой, там просто чудо. Я не говорю, что я целыми днями молюсь, я просто знаю, что если что-то не получилось, значит, так должно быть. Все намного проще мне.

Вопрос: как выбирала ребцентр?

Ответ: я не выбирала, мне Бог его дал, видимо. Моя подруга, которая просто любит меня, сказала моей маме, когда я заняла у неё денег, якобы на лекарства детям: «Ну, че, Гульнур, опять»? Я говорю: «Да, я не знаю, че делать». Она говорит: «Есть такой выход, есть ребцентр». Я понятия не имела, что есть такое». Я думала: «Как же я на месяц уйду от своих детей»? Хотя, они мне нафиг не нужны были, когда я рядом, а тут меня на целый месяц закроют. Но я благодарна, я там плюсы накинула, я выспалась. Там, оказывается, полумотивация, было сложно где-то, но я не видела этих сложностей, я просто брала. Мне было интересно, я взяла.

Вопрос: я недавно только стала выздоравливать. У меня где-то примерно 70 дней трезвости. Два раза в неделю на группу хожу. Нашла спонсора почти сразу, мы читаем книгу. Плохо понимаю эту программу. Хочу быстрее, у меня такое нетерпение. Быстрее, быстрее, быстрее пройти программу, и у меня будет счастье, для меня что-то откроется в голове, прояснится. Я благодарю Бога, что трезвая за столько лет употребления, у меня около 30 лет, что я, слава Богу, столько времени сама сознательно и с божьей помощь трезвая. Это, конечно, чудо для меня.

Когда я не хожу на группу, просыпаюсь, понимаю, что я алкаш во всех проявлениях. Я просыпаюсь, мне уже плохо, колбасит, мне ничего делать не охота. У меня во всех сферах полный провал, дома у меня, не знаю, что творится. С мужем только что поцапались, меня аж трясёт. Из-за из ерунды. Я со спонсором говорю, она говорит: «Сходи сейчас на группы. Чем больше ты будешь ходить на группы, тем лучше. Ты услышишь ответ. Молись Богу». И я не знаю, как молиться Богу. Она говорит: «Молись своими словами». Избавь меня, избавь! У меня как будто не получается, у меня все время «я» мое стоит. Я понимаю, что это моя гордыня. Я жертва, все виноваты, я тут стараюсь, я молодец, а на самом деле мне плохо. Даже в трезвости мне не всегда хорошо. Поделись опытом.

Ответ: самый-то прикол в чем? Можно же закодироваться, правильно? И не бухать год, два, три. Там, может быть хотя бы полгода. Но зачем? Моя цель не бухать, а быть в душевном покое. Наша о душевном покое. Он мне нужен, мне невыносимо в трезвости. Зачем мне такая жизнь? Я-то должна кайфовать от трезвости. Вот в чем моя цель. Цель программы - дать мне эту счастливую жизнь в трезвости. Если нет, зачем мне вообще жить? И, кстати, это частая проблема. Я уходила на группы, чтобы не покусать кого-то, не навредить кому-то и себе. Я уходила на группы. Я говорила: «Ребят, счастливо оставаться. Мне нужно сходить». Я шла, но это не выход, не то, что я пряталась. Это было первое время, поэтому есть 90 дней. Я хотя бы спикерскую включу в наушники, хожу, не слышу это все.

А вообще, ребят, я помню, к алкоголизму отнеслась, как к чему-то практически живому. Я представила рядом со мной эту болезнь. Она немножечко сзади меня идёт, но она все время рядом, как такая же я, Гульшат, но она все время чуть-чуть сзади, но она все время рядом, и эта Гульшат вторая моя, она всегда умеет ждать, когда же я споткнусь. Она мне все время что-то рассказывает: «А ты посмотри, муж тебя не любит, а дети балбесы, не та страна». А ее цель, чтобы мои ножки пошли в сторону магазина, я её понимаю, она всегда рядом, она хочет, чтобы я была в дурацком плохом настроении с утра, чтобы меня развести, со мной посидеть. Вот и все.

А я-то должна понимать. Алле, нет. Нет. Я чуть-чуть на шаг всегда впереди. У меня Бог, у меня программа, у меня инструменты свои: помолиться, позвонить, сходить в душ, попросить прощения или на крайняк помочь другому алкоголику или другому человеку. Выйти на улицу, всегда можно бабушку найти, кому помочь. Сразу все уходит, ребят, серьёзно. И я отношусь к ней как живому существу, мне так легче.

Вопрос: есть ли у тебя подспонсорные?

Ответ: мне сейчас нужны подспонсорные. Если есть желание, может быть, кому-то было близко то, как я поделилась. Я девчонок я больше понимаю, поэтому есть подспонсорные, мы передаём шаги друг другу. Только девочки девочкам желательно. У нас, у женщин причины, в принципе, одни. У меня как было, почему я пила. Недостаток внимания со стороны мужа, вроде любил, но что-то мне не хватало. Я же эгоист, мне всегда будет мало цветов и мало подарков. И быт, дети, семья, кипиш, я просто выгорела эмоционально. Сейчас, как я понимаю, изучая уже психологию. Эмоциональное выгорание - не даём шанс себе просто даже отдохнуть, тащим и тащим. Поэтому я бы хотела взять девчонок-подспонсорных, если есть желание. Я, как доктор, изучаю психологию, эндокринологию, наши гормоны, связь с нашей головой определённо есть. Потому что наше физическое состояние, особенно в употреблении, уже такая доведённая до края, уже все анализы плохие, все показатели и психика. Поэтому добро пожаловать. Если есть желание, я бы свой номер выложила в чате.

Вопрос: новичок в этом, ибо не было опыта в лечении от алкоголя. Я всегда училась профессиональных и личностных тренингах. Не совсем понимаю суть этой БК и 12 Шагов. Я в Бога верила всегда.

Ответ: я так думаю, что эти тренинги профессиональные, личностные, они всегда будут только в пользу в развитии с решением этого вопроса. Если есть эта проблема. Чтобы понять, что такое 12 шагов, нужно взять спонсора и идти с ним вместе. Все-таки нас научат всегда. Мама нас учила ходить. Инстинкты, само собой, но всегда должен быть учитель во всех вопросах. Я всегда считала, что верю в Бога. Если бы у меня спросили и раньше спрашивали: «Ты веришь в Бога»? Конечно, верю. Я же не верю в сатану, правильно? Но почему же тогда я не живу по его законам? Почему я стала пить? Верить-то я верила, но сила влияла на меня совсем иная. Но на коленях я стояла совсем у другой силы.

Вопрос: что для тебя было самым сложным в трезвости в начале пути?

Ответ: если бы я была здесь, я бы такая ходила, ходила наконец-то, в очередной раз напилась, отошла и увидела. Я вообще думала, анонимные алкоголики есть только в американских фильмах, в Америке. Сейчас удивительно, какой бы фильм я не начала смотреть, всегда натыкаюсь на 12 шагов. Я просто его стала замечать, потому что фокус у меня на этом. Я бы пошла такая в анонимные алкоголики здесь, у себя в Уфе. Во-первых, туда не пошла бы, наверное, я же самая умная, чему они научат, у меня высшее образование, вы че? Алло? Чему вы меня можете научить? И мне стыдно туда пойти. Мне не стыдно в синяках ходить, обоссанной. Кстати, бывало. Но, блин, стыдно туда пойти, признаться, что я алкоголик. У меня было проще. Я-то была в центре, у меня не было этого, девчонки, мальчики, ребята, что я пойду в магазин. А это был самый страх в начале. Но я была в центре. У каждого свой путь, у меня был такой. Первое время нужно же не пойти туда, в магазин, а я бы пошла. Поэтому у меня не было этого.

Я уже вышла, химически алкоголь у меня из организма вышел, и у меня не было тяги, у меня мозги проясняться начали, мне было проще. Уже по выходу из центра мне было страшно в первый день зайти в магазин. Я обходила эти отделы, где алкоголь продают. Но ведь они, заразы, ставят на уровне глаз возле кассы. Я как чумы боялась. Дома сказала всем: «Никаких рюмок, никаких бутылок». Но когда я приехала из центра, захожу в дом, лежит баллон. Мама его не увидела, не убрала. Вы знаете, я всегда это все видела. Сканирую, глаза сами цепляют. Я очень этого боялась.

Потом в первый раз я резко открыла холодильник, увидела, аж вздрогнула. У меня был крик просто. Сейчас я уже привыкла, что у меня везде муж оставляет баночку открытую или закрытую, как будто испытание. Я так себе решила, это испытание, они везде будут. Я избегала, не ездила на Дни рождения к подругам. Ничего страшного, я отказывалась. Мои любимые подруги, они понимают. Я говорю: «Ты не обижайся, я не пойду, я пока такая сырая. Зачем мне лишний раз ощущать этот дискомфорт»? Сейчас я, например, якобы села на диету, просто решила, что 1500 калорий в день. Дочка говорит: «Мам, ну одну конфетку». Я говорю: «Ты, дочь, понимаешь, у меня алкоголь не стоит не потому, что я его выпью. Мне нежелательно его видеть. Дискомфорт у меня». А так, ну, конфеты, конфеты, мне желательно это все не видеть. Сейчас, чтобы скинуть вес, я стараюсь избегать.

Я старалась, не прикасалась к рюмкам, не мыла их, я говорила: «Уберите». У меня дома не пьют сейчас. Отчим, муж пьют в гараже. Это мой эгоизм, но это мой выбор, это их выбор, но все-таки я имею право, уважайте меня, пожалуйста, я вас очень прошу. Не сидите при мне. Вот и все. Мне было страшно сталкиваться с этим. Слюна течёт. Ничего не говорю. Год и восемь, до сих пор. Страшно мне, знаете, в трезвости с ума сойти от того, что я жить не хочу. Вот это страшно, потому что я и пить не могу теперь, ребят, я туда не хочу возвращаться. И, блин, если мне солнце не светит, солнечный день, тогда зачем жить? Находить радости в жизни, наверное, находить из мелочей радости и кайфовать. А так все для этого есть. Это удивительная жизнь, удивительная. Настолько я рада, что упала и что сейчас я иду, поднялась и поднимаюсь. Знаете, я с детства боялась, что свою жизнь проживу бессмысленно, что я родилась, и тире - дата смерти. Мне бы хотелось что-то оставить после себя. Если я помогу хотя бы одному алкоголику, это будет прекрасно.

Вопрос: как ты справляешься с эмоциональной нестабильностью на работе?

Ответ: я, блин, знаете, сейчас работаю там, где мне нравится работать, я уволилась. Естественно, меня уволили в очередной раз, потому что мне тысячу предупреждений главный врач сделал, но он до последнего верил в меня, в отличие от других. Понимал, видимо, что это заболевание. Моя заведующая, коллеги ненавидели меня почему-то. Возможно, потому что у них мужья употребляют, они не понимают, они считают, что женщина безответственная и так далее. Я там не работаю, я сама работаю сейчас, работаю на себя. Так уж получается. Я не хотела устроиться куда-то. Я в больницу не иду, я преподаватель косметологии. И когда отдаю свои знания, я получаю. Говорим же, отдавая, мы получаем Я просто помогаю, и мне нормально. А как? Знаете, а ведь программа учит и психологии тоже в отношениях с людьми. Мне и центр это дал, когда лукавит человек, где-то хитрит, все уже настолько становится прозрачным.

И когда я просто честно живу, честно проснулась, пошла на работу, никого не обманываю, потому что я знаю, что отрыгнётся мне все равно, если я навру. Честно живу, и мне попроще. Я, знаете, не устаю, у нас же есть такое, что нельзя быть голодным, уставшим, одиноким, злым. И я стараюсь есть, работаю столько, сколько хочу, у меня клиенты, я зарабатываю, отдаю. Где советом помогу, если нужен мой совет. Мне нормально. Эмоциональное состояние у меня больше это в семье. Дети, старая модель поведения, она же ведь так и норовит вылезти. Я же до сих пор хочу наорать на них и так далее. Так же кричу, почему нет? Они ждут от меня, что я поменялась, а я такая и осталась. Просто я, возможно, смогу подойти, извиниться. В первое время я просто отворачивалась, когда чувствую этот накал внутри меня, этот вулкан, я вспыльчивая очень. Раньше я могла наорать, обматерить. А сейчас просто отворачивалась, это было особенно в первое время, и читала нашу молитву. В этот момент дети не понимали, что со мной, муж тоже, молча стояли, смотрели на меня, чего это она, и просто уходили.

А сейчас я тоже отвернусь, подышу. Я могла чай заварить, шоколадку съесть. Я стараюсь. Моя задача быть эмоционально ровной. Чтобы я не смеялась и много не плакала, стараться быть на ровных чувствах, это меня оставляет трезвой.

Вопрос: как ты понимаешь, что поступаешь эгоистично, например, если знаю, что я права, это эгоизм?

Ответ: я всегда считаю, что права. Я же всегда права. Это трудно, реально, мне сейчас тоже всегда трудно, когда я начинаю понимать. Я начинаю, а ведь опыт этот учит размышлять, голова начинает думать. Эти знания в шагах, они в голове остаются. В любом случае, они слоями, слоями, постепенно ложатся, я в жизни их начинаю потом применять. Я начинаю анализировать. Блин. А чувства? Мы десятый шаг пишем. Была ситуация, начинаю анализировать, даже если я дала реакцию, даже если я накричала ещё, я десятый шаг, ситуация такая-то, почему я так поступила? Какие у меня были чувства? Почему у него были такие чувства?

И в любом случае, в конце уже, когда разбираю десятый шаг, я понимаю, что я была всегда не права в итоге. А вообще, зачем кому-то свою правоту доказывать, кому нужна моя правда? Неужели моё благополучие должно от этого зависеть? Да какая разница, кто прав? Я про себя говорю, я права. Ну и делать буду я по-своему, ладно. Где-то я могу сказать, где-то я могу быть эгоистична, я себе прощаю это. Я других прощаю и себя прощаю. Нельзя быть идеальной, сразу раз, изменилась. Извините, если что, я попрошу прощения завтра или вечером, если я не права. Но я, правда, меняюсь. И к людям отношусь более снисходительно. Я не требую от них, я не требую от своих близких, они вообще ничего не знают. У меня хоть программа есть, понимание какое-то, а у них вообще ничего нет, они просто слепые котята.