Поехали, ребят. Меня зовут Женя, я алкоголичка, Санкт-Петербург. Ну, и трезвая – завтра будет 3 года как. Полет нормальный. Я очень благодарна быть сегодня с вами. Давно не спикерила – волнуюсь. Вижу родные лица в чате. Спасибо большое, что пришли поддержать. Огромная благодарность служащим, потому что группа «аа24.online» особенная: поддержка в любое время суток. С любого конца земного шарика подключитесь – двери открыты. И тему такую, да? Она тронула меня: «Моя трезвость, она не моя». Хотелось, наверное, как-то поговорить и о Высшей Силе, потому что действительно как-то вот я человек хронически зависимый. И то, что случилось со мной 3 года назад, ну, это чудо. Потому что поймут только люди, которые так или иначе прошли подобный ад. Я не могла остаться трезвой в последний свой запой, ну, полчаса не могла остаться трезвой. Поэтому, конечно, можно спикерскую закончить: трезвость не моя. Дало Сообщество и дал мой Создатель.
Я отдельно приветствую новичков, и огромная поддержка всем, кому до 90 дней. Дорогие новички, вы точно в правильном месте. Мы все когда-то пришли сюда и не понимали, кто-что здесь, и вообще, что здесь происходит. Это не совсем обычное собрание, как говорит один человек. Обычно бывает не так. Но сразу хочу вам сказать: просто послушайте, просто останьтесь, может быть, вернитесь, потому что не сразу все ляжет. И попробуйте – а там, как пойдет. Всегда можно уйти, двери открыты. В Сообществе никто не держит. (Смеется. – Прим. ред.). И, конечно, кто совсем до 90 дней сразу хочу сказать, что это вообще не вся трезвость, которая будет. И то, что вы испытываете сейчас – это далеко не то, что будет потом. Вам сейчас действительно тяжело, потому что первые 3 месяца, они самые такие вот как бы (не зря в ребцентрах держат 3 месяца), самые такие опасные.
Но все меняется, все течет. И тот путь, который открывается, другой вариант, действительно вариант, этот вариант открывается с Программой. Он абсолютно, абсолютно точно будет вас радовать. Потому что трезвость, которая приходит в Сообществе – это та комфортная трезвость, когда действительно алкоголь больше не является идеей фикс. И это удивительно, потому что, ну, я всю жизнь жила, ну, мне 47 лет. То есть до 43 лет (я пришла в Сообщество в 43) я даже не могла представить, что можно жить как-то иначе. То есть как это так, что не думать о выпивке. (Смеется. – Прим. ред.). А как же еще жить то? И вот вкратце о себе. Ну, я родилась в классической советской семье. Папочка мой алкоголик, мама созависимая. И с самого рождения я была такая: какая-то не совсем такая. Я была очень замкнутая. Я была вся в себе, задумчивая, с большими грустными глазами. При этом у меня родной брат, он совершенно не зависимый, например, человек, и он абсолютно другой. И он меня тоже не понимает. Ну, наверное, ему и не надо меня понимать.
И в общем-то мое детство и в юности, пока я не открыла для себя алкоголь, я была такой: вся в себе замкнутой. И как только – как только в первый раз я в компании открыла для себя это дело, эффект был незамедлительный. Мне не очень понравился вкус, но мне понравилось состояние. И я сразу проявила такие характерные черты зависимого человека, да?.. что я сразу напилась до беспамятства. Одна из всей компании, из всех я сразу надралась. И вот что хитро получилось в моем случае с алкоголем, что очень долго я пила без последствий. Я пила всегда много. Не запойно, но каждая вечеринка пока не закончится, я не остановлюсь. Я очень собой как-то не то, чтобы гордилась, но часто шла на тренировку весело-свободно. Ну, и как-то, знаете, вот этот период такого розового употребления где-то, там, от 20 до, наверное, 37-38, я построила карьеру благодаря алкоголю. Все великие достижения были не без участия алкоголя. Он мне давал силы, энергию, мотивацию.
Правда, даже с работой, которую я себе подобрала: то ли она меня, то ли я ее нашла – не знаю. Работа давала доступ к какому-то количеству бесплатного алкоголя. И мне, человеку скромному, замкнутому и стеснительному, чтобы вести нормально переговоры или высидеть ужин с клиентом, мне надо было употребить, и тогда меня было не остановить. И я совсем была другой человек. И в какой-то момент это все накапливалось, накапливалось. И постепенно приходили звоночки, какие-то неприятности. Ну, классические, как и для любого употребляющего человека: в какой-то момент придется отвечать. То есть кредит алкоголь дает долго тебе. Так долго. Дорога в ад, она же выстлана всем прекрасным, да? Чтобы как-то заманить туда как-то. Хотя какое-то время алкоголь – твой друг. Плюс реклама вот эта вся в обществе, что это модно, красиво. Я была вся такая французская загадочная женщина, которая перепила всех французских мужчин в результате тоже. Ну, и звоночки какие пошли? Что все-таки круг сужался друзей. Одиночество потихонечку усиливалось. Те, наверное, планы на жизнь, ну, схема моя счастья, которую я себе как-то сразу определила.
Ну, и заложили. Ее и родители заложили, школа, работа, общество, коллеги, все, что угодно, да?.. что моя тема в этой жизни престиж, деньги, и на ней я ехала. Но и работа тоже. И вот это все требовало допинга дополнительного. Я сейчас смотрю и вижу, что я не могла не стать независимым человеком, потому что ко всему этому прибавилась моя особенность: аллергия тела, эта особенность, когда я начинаю пить и не могу остановиться. Этому научили меня, открыли мне, сюрприз был уже в Анонимных Алкоголиках, что оказывается я отношусь к определенной категории людей, у которых есть особая реакция на алкоголь. Да, начиная, я не могу остановиться. И одержимость ума, естественно, тоже. Компульсивность ума, которая проявляется во многих других вещах, ну, и выскочила в алкоголь. Ну, и перед самым приходом, уже в 19-м году все покатилось в тартарары. Уже дозы алкоголя, конечно, выросли. И получается, что в 22-м я оказалась в Анонимных Алкоголиках. Тоже как-то случайно. (Смеется. – Прим. ред.). Случайно зашла. Хотя случайных людей здесь не бывает, не заходит.
Но вот за 3 года до прихода в Сообщество я стала понимать, что что-то со мной не так: проблема, потому что я пью много. Уже начались какие-то провалы в памяти, очень неприятные ситуации и уже проблемы в семье. И я стала потихонечку, особенно в пандемию, когда все сели дома. Святое время, великолепное вообще время для зависимого человека: сиди и пей, никто тебя не увидит. И я стала пытаться как-то что-то с этим сделать. И я по-честному пробовала сделать все, что было в доступе: врачей, наркологов. И вообще я очень сокрушалась: я – к наркологу, я – к наркологу. Вы что, прикалываетесь? И тоже я выслушала ее, она мне таблетки прописала. И я, ну, нарколог совсем меня расстроила: после психологов, психиатров. Ну, потому что я стала понимать, что я не нахожу ответа и выхода. То есть все, что предлагается мне, у меня не работает. У других людей что-то происходит страшное, они перестают, бросают пить. У меня, там, получилось, что я упала, разбила лоб, у меня шрам остался до сих пор (девочки – это про самое важное, да?) – меня почему-то это не остановило.
Там, где-то что-то я начинаю показывать при клиентах или в личной жизни истерики, скандалы, и с утра не понимаю, вообще не помню практически, что я это делала. Ну, и рушатся отношения. Ничто как бы не останавливает. С ребенком, там, пошла гулять в один момент, а я ходила гулять подготовленная, с термосом. И в какой-то момент просыпаюсь дома: вечер, темно. И я не понимаю, где мой ребенок. И что? Какой год? Какой город? Что происходит? То есть, не остановило это все. Вот. Но состояние душевное, оно стало невыносимое, потому что мысли о самоубийстве, они просто стали, ну, роем роиться. Постоянно-постоянно. Даже стала примеряться, как все это сделать, потому что выхода уже не видела. Ненавидела свою жизнь. Ненавидела свою работу. Ненавидела свою квартиру, свои отношения. Все плохо, все никак, выхода нет. И ни разу не подумала, что это все связано с алкоголем. Ну, и тоже, что мне дало дорожку в Сообщество. Я стала все-таки понимать, что есть проблема, и начала ее рыть. Я стала рыть ютуб, записи всякие.
Много чего слушала. Много чего понимала, кивала, соглашалась. Но самой сути моей проблемы, я не поняла. Вот потом, как мне донесли Анонимные Алкоголики, мне не донес это никто. Да? И самое основное, что это заболевание. Передается генетическим-не генетическим – не суть важно. Но то, что это заболевание. Да? И невозможно это остановить: там, взяли и остановили силой воли. (Смеется. – Прим. ред.). Потому что силой воли, что касается силы воли, тут во всех сферах, надо сказать, если что-то надо, я по головам пойду, но достигну. А тут что-то напрягаешь всю силу воли и чё-то оно как-то не получается никак, только хуже становится. Принимаешь решение – твердое, в тайне: все, сегодня точно – все. Да-нет. И никак. Какие-то начинаешь обходные пути: по пятницам, только 2 бокала, только на работе, не работе – тоже не работает. Мне очень повезло, потому что однажды я наткнулась на интервью с девушкой на ютубе. Она называла себя алкоголичкой, выглядела как богиня.
И она настолько отличалась: то, что она говорила и как она это говорила. Это настолько отличалось от того, что я до этого слышала про алкоголизм, про алкоголь, вот это вот все. Я нашла ее контакт, и мы с ней списались в соцсетях и, собственно, созвонились. И я хотела, там, не знаю, в течение 3 минут, чтобы меня отправить на собрание на группу «Внезависимости». Вот, все – тебе туда. Однозначно. Вот удивительный эффект сработал, что алкоголика поймет только другой алкоголик. Конечно, я очень благодарна всем людям, которые со мной возились, участвовали в моем выздоровлении. Если бы не они, я бы не дожила до Анонимных Алкоголиков: и наркологи, и психологи, и священники, и психиатры – всем им низкий поклон. Они там, на фронтах, тоже вот это все делают. Но удивительно то, что вот эту весь про Анонимных Алкоголиков, как-то вот было ее не найти. Вот она не высвечивается как реклама. Ну, хотя я слышала про Анонимных Алкоголиков из американских фильмов.
И когда набирала что-то в интернете про алкоголизм, там было: «группы АА: позвоните, и вам ответит трезвый алкоголик». Вот это все как-то пугало очень сильно. (Смеется. – Прим. ред.). «Вам ответит трезвый алкоголик». Но выбирать уже было как-то без вариантов. Вот. И придя на собрание, я все, что запомнила из разговора с этой девушкой, это что мне надо найти спонсора. Все. (Смеется. – Прим. ред.). И я нашла на 1-ом собрании спонсора. И очень ее люблю. Ну, она спасла мне жизнь: что тут кривить душой? Она также отличалась от всех, от всего того, что я слышала раньше, видела. Вот говорят, что у нас нет в Сообществе лишних людей, да? Ни в коем случае. Даже когда, там, приходят люди с маленькими сроками, надо высказываться, надо говорить, потому что ваш опыт оказывается бесценным для какого-то конкретного человека. Мы говорим на языке сердца, мы говорим, действительно понимая, о чем мы говорим. Потому что мы сами были в этом аду.
Наверное, кого-то смутит, что мы так фривольно рассказываем про свои военные достижения и походы в алкоголе, но меня приучили, что мы имеем право так делать, потому что у нас есть решение. Мы можем предложить конкретное решение, в котором у нас есть действительно полное согласие. Мы все разные, и мы так бы не общались в обычной жизни. Ну, не пересеклись бы. Но мы объединены чем-то действительно волшебным, чудесным. И я думаю, что сработало то, что вот как бы потерпев крах во всех своих начинаниях, я думала: что мне принесет какой-то успех? Там, покупки, путешествия, я не знаю, что доставит мне на работе? Это мне давало почему-то маленькое облегчение. И очень назрел у меня как раз до прихода в Алкоголики Анонимные, очень назрел вопрос о душе. То есть я стала задумываться, что что-то надо менять с ней, потому что как-то оно выходило за рамки. Это очень вкратце. Я сразу тоже пошла по рекомендации спонсора по Шагам. Да, я пришла в 22-м году. Протрезвела я только в 23-м, потому что, придя в Сообщество, я не собиралась бросать пить. У меня вообще эта мысль: «Бросить пить? Навсегда?»
Когда мне это сказали, я ужаснулась. Как? Все? А как жить тогда? Вот так и жить. Я, конечно, думала, что я найду какой-то способ, мне что-то объяснят, расскажут. Но меня как-то убеждали, что выхода нет, вариантов. Ты, конечно, попробуй, но вариантов нет. Я быстро прошла Шаги. И я очень мало что поняла. И я сразу пошла – продолжила употреблять. Ну, Шаги я прошла буквально за 87 дней, и это действительно были очень важные для меня дни. Это были мои 87(!) первых трезвых дней. Я вот так космически долго трезвой никогда не была. И за это маленькое время я уже успела прочувствовать, что такое трезвость, хотя это была сухая трезвость. И я уже понимала, что что-то такое странное происходит. Ну, я старательно выполняла все рекомендации спонсора, как могла на тот момент. И настолько честно, как могла, сделала эти Шаги. И что-то тоже, как я поняла, что-то поменялось. Но, конечно, этого было мало, потому что полного принятия Первого шага у меня не случилось.
Я после того, как снова пошла употреблять, я с этого момента, можно сказать, начала работать над первой частью Первого шага: признать свое полное бессилие перед этими вещами, перед веществом, потому что я, начав снова пить, я очень захотела остановиться. Прям, очень захотела вообще остановиться, но я с ужасом поняла, что я не могу остановиться никак. Я почти 8 месяцев пробыла в этом запое. Я пила каждый день с какими-то, может быть, маленькими перерывами, там, в 3, наверное, дня, там, на каких-то, там, странных таблетках, на успокоительных. И как раз в это время и шла эта работа над тем, чтобы принять окончательно этот шаг. И я очень хорошо запомнила это 10 апреля, это второй мой день рождения я сегодня считаю, абсолютно точно, потому что я уже лежала, не вставала, не мылась, не ела. Лежала за закрытыми шторами. На улице был апрель, было яркое солнце, а я лежала и умирала. И хотела умереть, но не получалось никак. И даже то, что, там, у меня ребенок. «Ну, у тебя же ребенок», – говорил мой брат. – «Чё, ты не можешь ради него вот это как-то все?» Хочу, руку отдам на отсечение ради него, а пить бросить не получается ради ребенка. Как-то вот так.
И вот в этот день я не знаю, что случилось. Но я ничего специально такого не сделала, там, я не знаю, никаких специальных подвигов, да? Чё-то, там: поделиться донорской почкой. Но я почему-то в тот день не продолжила употреблять. И у меня случилось в тот день абсолютно отчаянное обращение к Богу. Ну, я до этого – а я агностиком пришла, и вот это слово «Бог», «Высшая Сила» меня все равно как-то передергивало. Ну, предлагают Программу – окей. Ну, я не религиозная, ну, ладно, хорошо. Но именно в тот день у меня вырвалось вот это вот: «Господи, если я должна умереть (я просто поняла, что я не останусь никогда трезвой), ну, хорошо, я согласна». Вот. И у меня случилось – я не знаю, как это назвать, но это было чудо, потому что я в ту секунду поняла, что я никогда больше пить не буду. Во всяком случае вот эту вот тягу у меня вдруг забрали, и совершенно новыми какими-то мыслями, идеями заменили старые. Я 2 месяца ходила в эйфории. Я плакала каждый день, потому что я не могла поверить, что у меня нет тяги.
Но это было полбеды все: эти сладкие первые месяцы трезвости. Я стала активно очень участвовать в Сообществе с двух месяцев трезвости. Но у меня уже было такое состояние: понимаете, меня стало распирать. Я понимала, что со мной случилось невозможное, со мной случилось чудо. Я видела эти чудеса в Сообществе, я слышала о них, но я в них не верила, потому что, ну, пока сам на себе не испытаешь, это невозможно. Ну, потому что, когда я ушла в свое последнее пике, я очень обиделась на Анонимных Алкоголиков, я выбросила Книгу, я вышла из всех чатов. И если бы не моя родная спонсор, моя мамочка вторая, которая меня не бросила, она меня осталась. Она так или иначе меня проверяла: очень деликатно, очень аккуратно. Она заново прошла со мной Шаги максимально быстро. И меня распирало этим всем делиться. Я на группы выходила, и я звенела. Говорила: «Ребята! Я знаю! У меня получилось! Я вам сейчас расскажу, как это делать!» И я стала передавать Шаги. У меня откуда-то стали появляться подспонсорные. Вот они как-то стали притягиваться. Я уже в 2 месяца стала подключаться к ребцентру онлайн; есть такая штука. Это просто удивительно, что делает Сообщество. И увидев там ребят, которые там сидят, в закрытом заведении (ну, потому что я с улицы пришла), и ты им рассказываешь, они тебе задают вопросы.
Это потрясает. Потому что то, что делает здесь Сообщество бес-плат-но, без-воз-мезд-но, потому что это, конечно, была секта – точно пишут. Ну, точно, там где-то камеры, вот это все. Кому-то нужен этот Пятый шаг. Ну, Господи. Вот это меня все захлестнуло. И, конечно, если бы я так не погрузилась в жизнь Сообщества, я, наверное, не выдержала бы этот год. Потому что вот сейчас, оглядываясь назад, я вижу, что первый год тоже был сложный. Сложный тоже потому, что восстанавливалось физическое состояние. А физика очень все же мощная штука. Я человек, я очень от этого завишу. Я обязательно поделюсь чуть попозже, что я делаю каждый день, потому что путь, который выбирают люди, отказываясь от алкоголя, ну, это путь воина. Путь Анонимного Алкоголика – это путь воина. Тебе хреново бывает. Бывает очень отлично. Но ты вот идешь дальше и протягиваешь руку тем, кому хуже, потому что всегда есть кто-то, кому хуже, чем тебе.
Вот все эти базовые ценности, ну, простые, которым с рождения тебя учат по Маршаку, потому что любовь к людям, милосердие, терпимость: не терпение, а терпимость. Принятие. Но почему-то мне пришлось как будто заново вот это все узнавать и применять в Сообществе. Почему-то в Сообществе я стала делать вещи, которые я раньше никогда не делала. Я сейчас вот, если я вдруг, там, ну, и спонсор тоже сразу: «Главное честно. Главное честно. У нас не выздоравливают только те, кто абсолютно искренне, честно все это не делают». А оказывается, это штука-то непростая: все это честно-то делать. Да? Вот, насколько можешь сегодня. Знаете, это тоже легко подстилается соломка: у нас только сегодня. Программа-то действительно одного дня, да? И я точно, гарантированно останусь трезвой, сегодня я не запью. И вот так вот перебежками ты трезвеешь. Но в результате что получается-то, да? Получается, что я уже не знаю, где я, а где Программа. То есть настолько мы уже как-то слились, и оно уже настолько естественно идет. И ты уже не можешь делать иначе.
И я уже начала говорить, что обмануть становится проблематичным. Потому что старые то схемы вылезают: деньги, престиж, успех – все это сделать. Как? Ну, только по головам. Иначе это невозможно. Да? И бизнес – это только по головам. Тут уж духовная Программа – это одна история, а то ж по-другому. Ну, а в семье вообще ж как на войне – сам Бог велел. Так? Кто в семье главный? Но абсолютно все меняется. И удивительно, знаете, то, что я сама замечаю это последняя. То есть первые родственники это замечают, да? Там, по Содружеству люди. А люди становятся вообще родными. То есть опять же, возвращаясь к теме, что неужели то Сообщество, которое существует, развивается максимально (и онлайн: заходи вот в онлайн – не хочу; Господи, даже не надо на живую группу ехать), неужели вот это все могло зародиться и просуществовать до сих пор? А текст Книги не поменялся с 35-37 года, когда Книга написана. Текст не поменялся, ничего нового, а оно работает. А оно действует. Как это все могло случиться, если это не чудо. И вот до сих пор.
И опять же, помню, я приставала к спонсору: «Ну, вот слушай, что я могу для тебя сделать? Ну, как мне за все это, за то, что я живая, трезвая, счастливая, несмотря на все тако разно, как я могу тебя отблагодарить?» Очень просто – передай это другому. И вот так это работает. И это, конечно, удивительно. И это, конечно, чудо. И вот трезвость (я возвращаюсь к теме), они точно не моя. Она, а я сегодня трезвая вот почти 3 года. Человек, который не мог полчаса остаться трезвым, у которого ежедневного потребления больше 20 лет. Вопрос риторический, вопрос, ответ на который: абсолютно, конечно, нет. Это по милости, по милости вот Чего-то. И хочешь-не хочешь начинаешь верить в чудеса. Ну, и я, наверное, поделюсь уже, как же полет сегодня, на 3-х годах. Честно, глобально ничего не поменялось. То есть я делаю все то, что я делала в первую неделю: то, что мне сказали. Главное, вот почему-то это сложно начать делать. Это вот вещи, которые кажутся очень странными, простыми и странными.
Вот удивительно то, что взрослые люди всем этим занимаются. Но расслабиться и попробовать это сделать, опять же – попробовать, потому что никто не запрещает. Вот – иди. Совался – приходи, мы тебе очень рады. Где еще тебе будут рады? Ну, только здесь. Поменялось что? Поменялось и меняется глубина. Глубина понимания самой Программы. Ну, во-первых, однозначно мой опыт, что пока я не начала эти Шаги передавать, они не легли. Потому что только передавая, а часто я на собраниях тоже слышу, что мы сосуд, мы не должны задерживать для себя, себе. Мы должны вот это получать и сразу отдавать. И тогда вот эта такая вот проточная вода получается. И тогда это у нас все почему-то закрепляется. То есть Шаги передаешь, они тогда и ложатся. Трезвость, конечно же, растет. Ну, это такая штука – накопительная. И мне это тоже сразу сказали: ни в коем случае нельзя обесценивать ни один день своей трезвости, потому что, Господи, ну, его могло бы и не быть. И это все в копилочку, и в результате это что-то дает.
Самое удивительное, наверное, для меня открытие (Человек Очевидность, да?.. Капитан Очевидность) в 47 лет, что я вот только сейчас начинаю жить. И вот это, прям, да. Потому что жизнь с чистой головой, с пониманием, что я делаю, для чего я делаю, да?.. с тем, что у меня действительно – почему-то эта вещь всегда заботит именно зависимых людей в основном, ну, в первую очередь, да? А в чем смысл моей жизни? А для чего все это? Потому что, когда все-таки машины, квартиры не радуют и бесконечные поездки за границу и деньги тоже почему-то как-то не радуют. А для чего? А что? И вот именно докопаться, это все узнать. И действительно Программа дала смысл жизни. И более того, вот я сейчас понимаю, наверное, все-таки, что вот у меня забрали алкоголь. Если бы мне взамен ничего не дали, что бы меня радовало так, как алкоголь: и радовало, и поддерживало, и мотивировало, да?.. видала бы я в белых тапочках все это Сообщество. Ну, правда, потому что все-таки эгоизм – мое второе имя. И мне все-таки, конечно, хочется себе.
А Программа вообще удивительная и прекрасная, потому что Программа для себя любимого, чтобы было хорошо в результате мне любимой. Но в общем-то парадокс в том, что забывая о себе, вдруг – тоже вот так интересно: тебе плохо? Вот иди туда и поговори, послушай человека, если тебе плохо. А это же базовые христианские даже ценности, да? Люди вот – тоже слушаешь истории и не понимаешь, как вообще он так мог? Зачем? Ему же так плохо. Нет, он еще куда-то пошел, забывая о себе, и в результате это где-то – ну, я это делаю уже сейчас, и это моя вторая натура, это уже никуда не денешь. Это уже стало на автомате, и я все время улыбаюсь и радуюсь, потому что отмечаю, где я могу сделать по-старому, потому что рефлексы остались. Их никуда не деть абсолютно точно. Рефлекс потом сделать по-старому есть. Но в тебе появляется как-то вот эта совесть какая-то. Вот эта духовная Программа, она дает корни.
Они потом прорастают, и это дает результат того, что мне очень классно, в том числе поговорив с человеком в срыве, когда я с девочками своими работаю, которые тоже становятся родными, потому что, ну, мама не знает всего того, что знают девчонки. Ну, правда. И выходишь окрыленной. И эффект вот, ну, как бахнул. (Смеется. – Прим. ред.). Ну, я иначе сравнить не могу. Только эффект круче, это тоже факт. Да, это факт – эффект круче. Так вот, что я делаю по дню? Из чего состоит день независимого человека, у которого нет идеи выпить. Это, конечно, штука очень опасная, потому что я очень легко все забываю. Очень легко все забываю, да?.. очень легко все обесцениваю. И часто начинаю присваивать. В общем, дано, сделано не мной. Дано мне на сегодня. Я с утра себя, потому что за ночь обнуляюсь – всегда начинаю утро с нашего Одиннадцатого шага. Это вот, прям, настройка на день. И обязательно у меня там молитва Первого шага, где я себе напоминаю, что я человек-алкоголичка и я зависимая. И мне с собой действительно нужно очень осторожно. То есть я должна понимать, что со мной особое отношение, обращение.
Что у меня сегодня дисциплина, как бы это грустно не звучало? Опять же дисциплина, вот не пугайтесь, ребята, новички, дисциплина, которая абсолютно тебя не напрягает. То есть начинаешь сначала – с непривычки делать странно, но это абсолютно естественно входит в твою жизнь. И да, в чем-то это уже аскетическим становится этот образ жизни. Я очень люблю, знаете, что-нибудь услышу, а потом скажу, что типа мое – что мы, алкоголики, когда выходим в трезвость, держим пожизненный пост – на минуточку. Но это правда. И это я все себе напоминаю в Первом шаге. И Третий шаг – мой любимый шаг. На сегодня он у меня как-то занимает очень важную часть, потому что там все и начинается, с Третьего шага. Конечно, с Первого. Но Третий шаг – это уже все: где я уже решение приняла – и погнали. Погнали действовать. И тоже напоминая себе, Кто здесь, собственно, Папочка Любящий, Заботящийся, а кто здесь, собственно, дитя любимое, Божее? И чью волю я сегодня должна выполнять?
Ну, и, конечно же, я пишу себе, мне это очень помогает. Ну, потому что человек я увлекающийся, компульсивный. Что-то я увидела – меня понесло, я уже забыла. Вот, я себе составляю план на день. План на день: что я сегодня должна делать. То есть, если это рабочий день – знаете, ничего такого сложного. Рабочий день. Я должна быть сегодня хорошим работником, я должна это сегодня для работодателя. Опять же я стараюсь особо в дни, когда выносит работа, любимые коллеги – это бывает, знаете, когда не в форме духовной ни разу. Так что никто не сказал, что я вот в трезвости: я трезвею, буду вести подспонсорных, буду служить – и сразу мне все плюшки. Не-не-не, никто не сказал. Прикол, радость в том, и радость удивительна в том, что – ну, что Программа дает? Она не дает безоблачную жизнь, вот это все. Потому что жизнь – она разная. Просто я привыкла быстро обезболеваться от того, что мне не нравится, что я не принимаю – и все. И чтобы эффект был мгновенный. И сейчас как бы не подсняться ничем. Но главное в этом: то, что посреди бури я остаюсь спокойной. Вот это, собственно, то, из-за чего я и пила. Потому что я не могла справиться со всем тем, что во мне происходит. Потому что проблема оказалась в том, что я не могу остаться трезвой, всего-то навсего. Что алкоголь как бы убрали, а проблем-то стало больше. В трезвом виде мне невозможно жить в этом мире. Это вот то, что касается утренней части.
Дальше по дню я стараюсь максимально, насколько могу опять же, отслеживать свое состояние. Для меня это тоже стало очень важным, потому что я себя растрясу очень быстро. Меня раздует очень быстро. Даже на 3-х годах трезвости. И наоборот: чем трезвей – тем все это опасней. Там и корона вырастает в какие-то моменты и так далее. Но в этом плане помогает очень работа. И огромная благодарность новичкам, кто приходит. Потому что, когда я начинаю говорить тем, кто только-только от стакана, ну, мгновенно вспоминаешь себя и мгновенно вспоминаешь тот факт, что меня от человека, который только-только с запоя, меня отделяет только одна рюмка. Вот и все. Я стараюсь отслеживать свое состояние, да? Это вот то, что дает Программа наша: инструменты. Волшебная пауза – волшебная пауза не войти в реакцию, чтобы у меня были секунды, чтобы вдохнуть и выдохнуть. Да? Вот эта пауза тоже – как она мне давалась тяжело, как это меня раздражало. Как тоже спонсор меня злила. (Смеется. – Прим. ред.). Прости, дорогая, если ты меня сейчас слышишь: злила-злила. Но это приходилось делать.
Знаете, тоже вот выздоравливают не те, кто слишком умный у нас в Программе. Но хотя мы все (без всяких ироний), мы действительно ребята очень – вот посмотрите, кто приходит: кандидаты и не кандидаты. Все с карьерами, все с состоявшимися жизнями, только жить не хочется. Но выздоравливают дисциплинированные. И успех, он же – желания мало. Я много чего хочу на самом деле. И мне кажется, что я это хочу и что действительно буду делать. Это вопрос готовности. А готовность – это как? Это когда меня бесит это все, я плачу, но иду и делаю. Потому что готовность, потому что надо, потому что вынуждена. Добровольная трезвость, которую пришлось выбрать, потому что вариантов нет. И в Программе пришлось как-то задержаться здесь, в Сообществе, потому что я очень хорошо понимаю, что, ну, я если от всего этого отойду, не сразу, но я запью. Если я перестану делать все, что я делаю: утренняя настройка, дневное отслеживание всех своих эмоций, да?
И опять же, почему очень важно их отслеживать? Потому что у меня не гнев, у меня ярость. Потому что у меня не страх, у меня паника: все. И опять же у меня не просто радость, у меня вселенская эйфория, у меня очень яркие состояния. Мне надо сразу что-то с этим сделать. Потому что, если я это запущу, это все выльется в очень нехорошие результаты. Вот все эти такие простые вещи, казалось бы, да? Но их дает Программа. И завершается все конечно же Одиннадцатым шагом. И очень часто вечером я подвожу кратко в голове, иногда лежа в кровати, по дню. Отслеживаю, что могла бы сделать лучше: наши базовые все вопросы, которые очень быстро как-то тебя тоже группируют. Где-то составляешь потихонечку план на следующий день. Где-то понимаешь, что накосячил, надо что-то, ну, идти извиняться. Потому что, если что-то я накосячила, и я об этом знаю, оно будет меня давить. Вот почему-то с независимыми людьми это работает иначе. Они как-то оттяпают при разводе полквартиры и чувствуют себя счастливыми. А если я что-то нехорошее сделаю, если я что-то оттяпываю, я с ума потом сойду и точно запью. Вот это тоже очень интересная вещь.
Еще интересная вещь опять же, надо отметить, Третий шаг, мой любимый. Что-то начинает происходить, когда ты действительно принимаешь этот Третий шаг. Потому что, если раньше да – работали все мои схемы, даже когда почему-то я не понимаю. Вот, тоже читали с девочками, вижу, что они не понимают, на что они подписываются. Потому что в Третьем шаге мы подписываемся. И думают, что, ну, потом в Программе это догонит. Но вот с этого момента почему-то начинает все работать не так. Если я делаю не по правильным духовным принципам, как душа лежит, как надо, опять же основываясь на терпимости (не терпение – терпимость), на любви, сострадании, понимании, да?.. вот это все – оно просто не работает. И приходится делать по-новому. А это тоже мне не всегда нравится. Потому что никто не сказал мне опять же, что я буду все время такая вот блаженная. Мне казалось, на первом году особенно, что, ну, все, теперь я протрезвела. Все хорошо.
И я видела людей, которые трезвые много лет, и они несчастные. Для меня тоже было открытием, что люди в трезвости, они могут быть несчастными. Что у них действительно что-то не срабатывает. Бывают и провалы. Бывают и разные настроения. Опять же бывает разная физическая форма. Сегодня я как человек зависимый, я знаю, что мне режим очень важен. Мне нужно выспаться, мне нужно поесть, мне нужно погулять, подышать носом. И опять же вот это бесконечное внимание к себе, что там у меня внутри происходит, почему меня опять подшатнуло. Но опять же это все очень просто и легко, имея все те простые абсолютно инструменты Программы. Для меня Программа изменила мою жизнь, я осталась живой. Я сегодня действительно могу назвать себя счастливым человеком несмотря на все то, что бывает и происходит в моей жизни. И, ну, мы все живем в этом нестабильном мире, и все так или иначе расстраивает. Но удивительное дело, мне сказали сразу, в первый день: «Жень, главное – это выздоровление. Ни твой сын, ни твои близкие, ни твоя работа – твое выздоровление и твоя трезвость. Что сегодня ты делаешь для своей трезвости и для своего выздоровления».
Почему? Ну, это, знаете, как с маской в самолете: сначала на себя наденешь, потом на остальных. Потому что, если не будет у меня моей трезвости, моего выздоровления, у меня не будет ничего: ни сына, ни семьи и так далее, ни жизни. Я еще раз вам хочу сказать, что я очень благодарна за то, что пришла, смогла поделиться. Не знаю, насколько меня увело от моей основной темы, но вроде бы я раскрыла. Я буду очень рада ответить на все ваши вопросы. Я, если надо, оставлю свой телефон. Кому нужна поддержка, доверенные, спонсор – пожалуйста, с большой благодарностью, потому что сегодня я иначе не могу. Люблю Сообщество и моего спонсора и всех-всех вас, мальчишки и девчонки. Какое счастье, что вообще есть куда приткнуться такой, как я. Да? И имея в голове все, что я имею, все вот это китайское общежитие, и можно жить и быть спокойной, радостной, счастливой. А главное, что, ну, эта Программа чудесная, и чудеса случаются, и я живу. И я тому пример. Спасибо большое. Остаюсь с вами.
Ведущая. Да, спасибо большое, Евгения. Сегодня как подарок для меня. Ты – точно подарок. Спасибо тебе, дорогая, за твой опыт, за честность, за время. Да, друзья, можно ставить единички, и я включу вам микрофон – задать вопрос спикеру. Или можно свои вопросы Евгении писать в чате. И у нас первые единички от Динары. Динар, пожалуйста, твой вопрос.
Вопрос. Всем привет. Динара, алкоголик. Огромное спасибо за спикерскую. Откликнулось. Просто было чувство, как будто ты говоришь обо мне. А я думала: откуда ты знаешь все про меня? Это так, конечно, потрясающе. И у меня такой вопрос по поводу групп офлайн и онлайн. Как ты относишься к офлайн-группам? Потому что я очень люблю эту группу, аа24. Я на нее очень часто захожу. Но моя спонсор меня гонит очень часто на офлайн. И я сегодня на ней как раз-таки была. И после нее я пришла, и мне, честно говоря, сложно. Я еще туда похожу, конечно, но мне там сложно. Очень тяжело высказываться. Я уже 4-й раз там, но так ничего и не смогла сказать. Это очень тяжело сосредоточиться, когда на тебя в кругу смотрят люди. Но моя спонсор говорит: «Надо, надо обязательно. Это залог твоего выздоровления». А я просто обожаю онлайн-группу, постоянно на ней сижу. Еще женская была группа. И мне сложновато там. Я себя борю, хожу, потому что я очень люблю своего спонсора. Я делаю все, что она говорит. И мне интересно, как Евгения относится к офлайн и онлайн? Нужно ли обязательно, если там тяжело, ходить туда? Все. Всем спасибо большое. Сегодня я трезвая.
Ответ. Динар, дорогая, если честно, по-человечески: главное, если я выздоравливаю, какая разница, где я выздоравливаю, да? Вот, если по-честному. Потому что разные люди требуют разного подхода, это написано в нашей Книге. И все же, имея те технологии, который сейчас, наверно, будет странно ими не пользоваться. Наверное, если Бог все это дал, то это от Бога. Почему бы нет? Я сама – у меня не сложилось с живыми группами. Я ходила несколько раз: я ходила у себя, в Питере, я ходила в Москве. Но у меня как-то пошло вот именно онлайн, и так как спонсор моя из Москвы, то мы общались онлайн, она по связи передавала мне Шаги. Она тоже у меня очень любит живые собрания. Но у меня технически даже нет времени, потому что я работаю онлайн из дома, на удаленке. И соответственно ребенок-школьник. Пока я дойду до группы, ну, как-то совсем не то. То есть я гораздо больше сэкономлю времени.
Но я думаю, в моих планах, когда я буду уже на пенсии, я обязательно буду ходить на группы и говорить всем, что не нарушаю Традиции. Буду спонсорить всех, кого можно. (Смеется. – Прим. ред.). Ну, спонсор – это, конечно, да, это правильно. Человеческий контакт – он совсем другой. Конечно. Но тоже я слышала, что одно собрание живое заменяет три онлайн. Не знаю, мне очень хорошо, комфортно особенно и на онлайн, и на моей любимой «Внезависимости». Что-то все равно происходит, не важно: онлайн или в живую – когда один алкоголик начинает говорить с другим алкоголикам. К ним присоединяется третий – Бог. Все! Выходишь с собрания: онлайн, не онлайн – как водой тебя побрызгали святой. Как-то так. Все
Ведущая. Спасибо. Следующий вопрос от Юли. Юль, пожалуйста, твой микрофон.
Вопрос. Я бы хотела узнать, ну, просто я такой, функционирующий алкоголик в том плане, что мне очень сложно признаться для своих родственников. Да и даже для коллег. Мне кажется, я день пью, но я не показываю это. И как признаться обществу, что у меня есть проблемы с этим? Были ли у вас с этим проблемы? И как вы с этим справляетесь? Потому что я в течение 3-х лет пью каждый вечер, но при этом по мне как будто бы это не видно. Но я уже от этого устала очень сильно. И дозы повышаются достаточно сильно. И уже под утро видно: еще утром я пьяная как будто бы. Ну, в общем я скрываю, что я алкоголик. В общем, как признать открыто это? Вот я первый раз, но я знаю по Шагам, ну, по крайней мере чуть-чуть, что все-таки это надо признать и раскрыться. В общем, какой опыт признания своей вины или как раскрыться, сделать признание, что ты алкоголик перед обществом? Ну, вот правда. Вот такой вопрос.
Ответ. Юлечка, спасибо большое за вопрос, дорогая, мы тут все на ты.
Вопрос. Извините.
Ответ. Не-не-не, нормально, я тоже выкала. А зачем признаваться всем вообще? И открою секрет: скорее всего все знают. (Смеется. – Прим. ред.). Это правда. Это правда: запах, там, ну, это видно, как ни крути, да? Как наркологи говорят, что по человеку видно, что хомосапиенс пьет. Это черты определенные лица у девчонок все равно есть. У нас же как? Мы не ставим другим диагнозы: никто не называет никого, что ты алкаш. Мы сами для себя понимаем и признаем себе: я алкоголик или нет. А поставить диагноз будет, ну, на самом деле и интересно, и просто. У нас в Книжке как раз есть 2 прекрасных способа узнать – эксперименты, которые, ставили наши праотцы-алкоголики Билл и Боб: алкоголик я или нет. Вот пройдите эти тесты и ужаснитесь или порадуйтесь. Вот и все. Не надо ни перед кем признаваться ни в чем. Если уж – надо прийти и попробовать, попробовать уже это сделать, если что. Эта Программа удивительная. Может, странно Шаги звучат, но, когда начинаешь их со спонсором разбирать, ну, тебе дается вторая жизнь. Ты начинаешь понимать себя. Вообще у тебя пазл складывается, как надо. И ты знаешь, что делать. То есть это так. А других людей можно пока оставить в покое. Потом они удивятся, потом будут спрашивать: «Ты чё не пьешь?» (Смеется. – Прим. ред.). У меня на работе привыкли, что я все время вечно на вине, и все время: «Жень (ой, простите, что употребила название напитка), Жень, помоги разобраться: это хорошее или нет? А ты не пьешь?» «Я не пью. Не хо-чу». (Смеется. – Прим. ред.). Да, спасибо.
Вопрос. Спасибо.
Ведущая. Да, спасибо. Следующий у нас вопрос от Александра. Александр, пожалуйста, твой микрофон.
Вопрос. Добрый вечер. Меня слышно, надеюсь? Александр, алкоголик. Вопрос, наверное, такой: отношения, наверное, после прохождения Шагов и все тому подобное? Вот именно, может быть, даже не из личного опыта, а может, из опыта других алкоголиков. Да? И не когда именно в семейной жизни, когда семья восстановилась, а если, например, не было никаких отношений. И вот как эта Программа вообще влияет, и легко ли это получается? Или проблема так и остается на всю жизнь? Просто нужно колупаться в своей голове? Ну, наверное, такой вот общий вопрос про отношения: есть ли возможность что-то все-таки построить в дальнейшем с Программой?
Ответ. Саш, спасибо большое. Ну, я буду говорить про свой опыт, про других не могу ничего сказать. Отношения в целом с людьми, они, безусловно, поменялись. Важно что? Что в принципе со мной случилось в Программе? Я вдруг пришла к тому, что я счастлива независимо от того, есть ли у меня отношения или нет. Вот это правда, и это на самом деле очень ценно. Я не знаю, как оно надо. Я когда сделала вот эту свою инвентаризацию сексуальную, я, прям, впала в грусть, тоску, печаль. (Смеется. – Прим. ред.). Потому что я все поняла про себя, и думаю: «Куда тебе какие-то отношения строить еще тут?» Но мы не приходим налаживать отношения, мы не приходим сюда налаживать свою жизнь. Потому что тут, в Программе, вдруг открывается на самом деле, а как в принципе-то стать счастливым и глобально независимым, когда я спокойна посреди бурь. Безусловно, отношения меняются.
Очень было ярко у меня вот с коллегами, потому что я к ним терпима, но было очень заметно сразу. Да? Потому что в Программе, ну, успокаиваешься, как-то начинаешь принимать всех такими, какие они есть. И себя, такой, какая я есть, скажем. Но их тоже. Становишься каким-то понимающим, сострадающим где-то даже. Ну, с кем-то, если, прям, токсично, я не буду с ним общаться. Вообще меняется подход вот к этой штуке. Но что точно хочу сказать, что, когда ты разбираешься с собой, ну, как-то оно в жизни становится все, как надо. И если как-то изначально человека как-то, ну, и хочет семью, настроен, я абсолютно убеждена, что все будет. Что вопрос: кого ты притянешь к себе, пока ты не разобрался с собой? Да? И как только ты счастлив сам с собой, вот тут-то и приходит она. 100 процентов. 200. Спасибо.
Вопрос. Спасибо. Так, вопрос в чате от Нафисы: «Женя, спасибо за спикерскую. Скажи, пожалуйста, как ты приняла Первый шаг? Просто поняла, что много пьешь, или случилось что-то из ряда вон?»
Ответ. Спасибо, Нафиса, очень хороший вопрос. Ну, у нас Первый шаг как бы из двух частей, получается, состоит. Первая, что я бессильна перед алкоголем. И вторая часть, что жизнь моя стала неуправляемой. И как бы то, что я алкоголик, я знала в 20 лет. Я уже это поняла. Я хихикала, что, ну, я алкоголик. Я алкоголичка. Да. Но первая часть Первого шага у меня провалилась, когда я захотела бросить пить и вошла в этот свой страшнейший запой. Потому что у нас вот это: алкоголь умеет убеждать. Пока он не убедит, пока на колени тебя не поставит полностью, ну, ф*г я что-то буду делать. Я упрямая, упорная. И пока я все не испробую, я не буду. Но вот случилось, да? А что случилось? Что я хотела остановиться. Но я не могла в течение восьми месяцев остановиться пить. И было страшно то, что на меня алкоголь перестал действовать. То есть это, прям, чё мне рассказывали в Сообществе, со мной этот ад случился: ты пьешь, а эффекта облегчения нет. Ты дуреешь, дуреешь, дуреешь – нет. И ты уже все: ты уже не можешь не пить, и не можешь не пить.
То есть все: замкнутый круг, только в окно. Вот с этой частью как-то легко получилось, ну, а вторая часть догнала. Потому что, ну, а давайте посмотрим, что мы имеем в нашей жизни? Что у нас в деловой нашей сфере? А что у нас в семейной нашей сфере? А что у нас здесь? А по быту у нас что? А по быту у нас, вот лежу, и ничего не надо мне: ни путешествий, ничего. Отстаньте, дайте сдохнуть. Как-то так: через большую боль. Первый шаг проваливается непонятно в какой момент через огромную боль. Кому-то везет, кто-то как-то вовремя, да? Вот есть же, кто остановился вовремя. Вот я не остановилась вовремя. Я пока совсем в непотребное состояние не привела свою психику, я не приняла Первый шаг. спасибо, Нафиса.
Вопрос. Да, спасибо. Друзья, у нас еще есть время на вопросы. Пожалуйста, пишите. Или можно поставить 3 единички. Я тогда задам тоже. Света, алкоголик. Евгения, спасибо тебе еще раз огромное, что ты пришла. Спасибо Богу за тебя, спасибо твоей спонсор за тебя. У меня такой вопрос: все ли Девятки у тебя сделаны? И поделись Девятым шагом своим родным. Спасибо.
Ответ. Да, спасибо большое, Свет, за вопрос. Ну, тут тоже капитан Очевидность и Откровение. Девятки потом: ты их сделаешь, а они новые. (Смеется. – Прим. ред.). Ну, первый круг Девяток у меня выполнен, но из них у меня как бы есть две Девятки, которые пожизненные. Это моя мама и мой сын. Увы, уже в трезвости я нахватала новых Девяток. Одна из них ждет. Ждет, зреет. Потому что дело в готовности конечно же. Я тоже еще ищу момента. Но что касается близким. Ну, самая, наверное, тяжелая даже не маме была. Ну, с мамой – там вообще, как бы самая, которая меня потрясла. И самая легкая казалась первая Девятка, которую я сдавала, посоветовавшись со спонсором. Мы решили, что я ее сдам первой. Моему сыну на тот момент было 13 лет. Я думала, что он ничего не замечает. Хотя, там, да, ну: «Мам, ты пьешь?»
А я, там, чё-то в кружки переливала в чайные, чтобы не видел, не догадался. Или, там, ну, а потом уходила в ванну куда-нибудь. То есть он не видел, чтобы я пила, а я все пьяней и пьяней становлюсь. Вот. Ну, и: «Не пей». Я все-таки думала, что он как-то не поймет. И я посоветовалась, как именно сделать Девятку со спонсором. И я стала чё-то ему говорить, вот тот текст. И вот этот 13-летний мальчик, он разрыдался. И я просто, я была размазана. Я не ожидала такой реакции. И я не ожидала, что он все видит, понимает. И вот что там, в маленьком сердечке, вообще у него происходило. Это была самая тяжелая Девятка. И вот да, она у меня пожизненная, конечно. Спасибо, Света.
Вопрос. Да, спасибо. Так, сейчас посмотрим. От Михаила вопрос: «Как ощущается трезвость на теле? Какие чувства физически ощущаются?»
Ответ. Миш, спасибо за вопрос.Трезвость на теле. Слушай, ну, наверное, чисто голова. Потому что, ну, 3 года трезвости – как-то уже немножко стерлось. Давай, наверное, так: вот я протрезвела. Раньше не обращала внимания, а в Сообществе мне говорили все, что голоса-голоса-голоса; у меня китайское общежитие: голоса-голоса-голоса. Они почему-то затихли, эти голоса. Они потом вернулись, да? Вот первые самые трезвые дни, что чисто голова. И сейчас порой, да?.. я забываю, как это. Но бывают такие дни, когда встаешь с утра, тяжело, немного не выспалась. И я вдруг вспоминаю, что, а если бы я сейчас была еще с похмела? Но все равно голова светлая в том плане, что у тебя не болит, что как-то не то. Ну, потому что вот этот депрессант, алкоголь же депрессант, вот этот яд, он же все равно как-то очень сильно губит всю эту нервную систему, она как-то вся зажата. Так что, что в теле, я не могу сказать. Но голова – голова светлая, думающая.
Хотя первый год абсолютно четко могу сказать, что я видела, как у меня нарушены когнитивные связи. Я никогда не думала, что это со мной случиться. Потому что, знаешь, Миш? И ребята, да? Не одному, а всем: вот я читаю текст, там, письмо. Уже придумала ответ, захожу заново, там вообще не то написано. Или пишу-пишу – не понимаю. То есть вот эти все связи – и это мозг восстанавливался год. Вот, прям, год! У меня приложение даже есть это: что когда восстанавливается. И вот мозг – последний. Я это ощутила полным-полным ходом. Вот. Ощущение чувств, да? Поменялось ли у меня ощущение чувств? Ну, как бы как? Ну, на сухую все иначе. Опять же неожиданно начинаешь радоваться без алкоголя, да? (Смеется. – Прим. ред.). Танцевать трезвая, радостно и искренне. Ну, более все ярко. Ну, ярко – мы как-то к этому более спокойно. Опять же по началу, первый год, все равно тяжело, потому что еще такое шаткое состояние. Ну, ходить на группы. Ходить на группы и служить. Боль – нет. Ну, трезвость? Трезвость прикольно. Причем трезвость в Анонимных Алкоголиках. Потому что без них она какая-то другая все-таки. Ты там себя чё-то заставляешь. А тут ты ничего не заставляешь. Тут как-то – хо! Спасибо, Миш.
Ведущая. Спасибо. Да, очень хочется сказать, что у нас сегодня было самое большое – 95 человек на собрании.
Спикер. Да? (Смеется. – Прим. ред.). Хорошо, что я этого не знала.
Ведущая. (Смеется. – Прим. ред.). Сейчас поменьше. Спасибо Богу. И следующий вопрос у нас от Марии. Мария, пожалуйста, твой микрофон.
Вопрос. Женёчик, спасибо тебе, моя девочка. Вот, прям, от души.
Спикер. Это моя «мамочка».
Вопрос. Я поставила единички, чтобы просто сказать спасибо. У меня не было вопросов, но мне безумно этого хотелось. Но я хотела дать новичкам возможность вопросы задать. А теперь у меня возник вопрос. (Смеется. – Прим. ред.). Потому что у меня было задание от психотерапевта вот недавно: учиться плакать. Я смотрела фильмы: любые, разные. Вот, там, 2 слезинки правым глазом вышло чего-то. А сейчас сижу и рыдаю просто всю твою спикерскую, аж у меня в носу хлюпает. Ой, Господи, какое же это счастье вообще. Расскажи, пожалуйста, как ты вообще училась плакать? Я думаю, это будет всем интересно. Спасибо.
Ответ. Моя родная, я помню, как ты меня шокировала тем, что: ну, погоди, сейчас у тебя начнется разморозка чувств. Там, я не помню, в мой первый год что-то. Я, там, все ждала этой разморозки чувств. И действительно да, что-то происходит. Потому что наверняка, да? Я слышу, что у нас болезнь замороженных чувств и замороженных сердец. И я не понимаю, что я чувствую. Мне, когда, Машенька, мы с тобой проходили вот это все, да? Там: а что ты чувствуешь? Да? Тревогу. Ну, в смысле: стыд, обида, вина – там столько всего? А я не знаю, что я чувствую. И я это искренне говорю. Не то, что так, придуриваюсь. Да? Вот в какой-то момент стало: слезы, радость, да? Ну, вот особенно праведный гнев, без него никуда. Ну, и паника, страх. И опять же это все, ну, как-то вот тоже это все как? Считаешь, что ты начинаешь как бы с нуля жить. И ты начинаешь заново развиваться. Потому что столько этого было заморожено всего по времени, когда я пила. И потом все это постепенно успокаивается.
Но то, что я могу (раньше я, там, не заплакала бы), я вот раз – и слезы. Да? И это все так естественно, так нормально. Однозначно. Все это восстанавливается. И в природе все так задумано на этой земле, что ветку вот отломишь – вырастает новая. Вот оно все способно вот к этой новой жизни, к регенерации. Вот и так же ты себя убиваешь, убиваешь, убиваешь – оп, пауза, и пошло дальше. И зазеленело. Ну, да. И тоже открытие вот про трезвость: не все же ощущается. Все равно почему-то не каждый день, но в какие-то периоды я понимаю, что что-то поменялось, что-то по-новому стало. Как-то и я какая-то вот более, ну, вот более естественная. То есть, прям, вот по-честному. Меняется все вообще. Программа – топ. Правда. Спасибо, Машуль.
Ведущая. Да, спасибо, девчонки. (Смеется. – Прим. ред.). Так радостно вас слушать, смотреть. Спасибо большое. И у нас последний вопрос от Зои. Это будет заключительный, и я выключу запись. Зоя, пожалуйста, твой микрофон.
Вопрос. Всем привет. Евгения, спасибо за спикерскую. У меня вот такой вопрос. Я услышала про твои пожизненные Девятки. Ну, и у меня тоже есть пожизненная Девятка – это сыну. Он в позапрошлом году, осенью, заболел онкологией. И после того, как он сделал химию, он не мог работать, и я ему стала помогать деньгами. Но у него вот была вторая операция, и я стала жить с ним, помогаю ему немного физически, по хозяйству. И я увидела, что он стал употреблять алкоголь. Он употреблял и раньше, и как-то заходил в Программу, но дошел до Четвертого шага и вышел из Программы будучи уже больным онкологией. И сейчас я вижу, как он употребляет, но он у меня просит помочь ему деньгами, он платит ипотеку. А я вижу, что он употребляет, причем он употребляет алкоголь дорогой. Я себя в общем-то чувствую как созависимая. Вообще, правильно ли я поступаю? Не знаю, что ты ответишь. Спасибо.
Ответ. Да, Зоя, спасибо. Огромная поддержка тебе, и выздоровление сыночку, конечно. Ну, понятно, что пьет, потому что все, что происходит с ним, это страшно. И сам не знаешь, как будешь себя вести, если с тобой такое, не дай Бог, случится. Как-то даже по-программному сложно ответить, только по-человечески. Ну, вообще найдет деньги на алкоголь, человек, который пьет. Ну, все равно найдет. Однозначно. Но давать заведомо с тем, чтобы знать, что он купит себе алкоголь, неправильно. Может, можно как-то? Не знаю, может, то, что он на ипотеку просит? Даже затрудняюсь, Зой, как-то ответить. Тут надо подумать. Надо подумать на самом деле. Вот сразу так с ходу сейчас не скажу. Но помощь мы предлагаем, если нас они просят. Сын с онкологией. Знаешь, у меня просто папа умер от онкологии. Вот когда он лежал последние дни тоже, ну, приносили даже без звука вот все это дело. Если честно, сейчас затрудняюсь ответить. Давай, может, созвонимся просто, поговорим. Потому что сейчас я не отвечу. Я должна подумать и помолиться. Спасибо, дорогая.