США, Майами                                                                                        

Домашняя группа: Mixed Nuts

ТЕМА: Четвертое измерение бытия

Ведущая. Итак, спикерская 5 декабря 2025 года. Спикер Андрей Р, трезвый 19 лет; Домашняя группа: «Mixed Nuts»; тема «Четвертое измерение бытия». Андрей, у тебя будет примерно 50 минут. За 5 минут я тебя голосом предупрежу об окончании. Все, добро пожаловать. У тебя микрофон правда выключен. Включай. Ага. С Богом.

Спикер. Я тут. Здрасьте. Здрасьте всем. Спасибо за то, что пригласили. Мне всегда за честь делиться на собрании Анонимных Алкоголиков и вообще разных анонимов. Меня зовут Андрея. Я выздоровевший алкоголик. Я в машине нахожусь. То есть у меня ситуация небольшая. У меня у папы процедура, он раковый пациент. И я его через час забирать буду, поэтому ситуация такая. Спасибо, что пригласили поделиться. Я сделаю все возможное, чтобы делиться не мнениями своими, а именно практическим опытом того, что я сделал для того, чтобы попасть в это четвертое измерение, по поводу которого я хотел бы поделиться. Ну, и вообще практическим употреблением Двенадцати шагов Анонимных Алкоголиков. И что это сделало с моей жизнью. И как вообще работа над собой, к чему она меня привела. Да? У меня есть домашняя группа. Я работаю с алкоголиками. Я служу. То есть раз в месяц я хожу в католический приют. Я сегодня вечером там буду. Это 90-дневная программа. И каждую субботу я работаю с ребятами молодыми, ну, от 18 до 35 лет в реабилитационном центре мужском тут, в Майами. И в общем, наверное, я бы начал с того, что в чате я заметил довольно много людей, довольно много алкоголиков, которые, ну, которые считают дни. Да? Значит, давайте начнем с того, где я был, что я сделал и где я сейчас. Да? Алкоголиком я стал до того, как я начал употреблять алкоголь. Все, что я делюсь, и все, что я рассказываю – это все я понял и осознал задним числом. То есть это все пришло ко мне только со временем. То есть, когда я делюсь, я делюсь про вещи, к которым я пришел, которые я начал ощущать, которые я начал видеть только после довольно длительной работы. Первые 5 лет своей трезвости меня шатало, болтало. И в общем, ну, то есть я был очень асоциальный. И как маленький пример расскажу, что для меня даже выход в магазин, в гастроном – у меня были панические атаки. Просто трезвым выход в свет, выход на улицу. Поэтому очень многие вещи мне нужно было научиться, обучаться и понимать, как это можно делать трезвым. То есть мое употребление началось где-то лет в 12. Но в принципе мое употребление началось еще до этого, когда я начал курить. А курение для меня является одним из костылей, одной из основных подпорок моего употребления. И с курения я всегда заканчивал, с курения я всегда начинал. И уже в детском саду, когда я начал курить, детишки, которые курили со мной, бежали дальше играть в футбол, а я продолжал: сидел и курил одну за одной. В общем уже тогда у меня были, наверное, какие-то подвижки начала. В 12 лет, когда я выпил так, что не знал, где я был и что я делал. У меня был какой-то мистический опыт. И я сразу же понял, что я этого хочу и хочу больше. Много. У меня уже тогда, в 12-13 лет у меня начались суицидальные различные мысли, депрессии и такой экзистенциальный негатив абсолютно ко всему. Все было плохо, все было не так. В 19 лет я был ознакомлен с героином. А в 22 годя я попробовал в первый раз домашнего приготовления крэк. И каждый раз, когда я делал какие-то такие вот субстанции, они меняли мое восприятие мира абсолютно. Абсолютно до какой-то, ну, в общем я помню, что, когда я первый раз испытывал эти ощущения космические, я заходил в туалет и смотрел на себя в зеркало. И я себя спрашивал: «А где же ты был раньше? Ведь это все, что мне нужно в этом мире». Поэтому сегодня, когда я начинаю работать с подспонсорными (а я работаю с мужчинами), один из основных вопросов, который я с ними всегда обсуждаю, это то, что они должны выйти на ту планку, где их употребление и то, что они будут находить и что они будут делать в своей трезвой жизни, должно быть или адекватно или лучше, интересней, искрометнее, чем то, что было в их употреблении. То есть для любого алкоголика само понятие того, что можно жить расслабленной и спокойной, классной, веселой, шикарной жизнью без употребления или искусственных каких-то субстанций внешних, оно практически невозможно. Если мы говорим о безнадежном алкоголике. То есть я был в безнадежном состоянии алкоголик. Что такое безнадежного состояния алкоголик? Это значит, с 13 до 29 лет я был на учете в милиции-полиции. Меня отправляли на всякие лечебницы амбулаторные и неамбулаторные. То есть и стационарные. Я был в различных терапевтических группах. Я ходил на всякие собрания. Мне рассказывали, как и что мне нужно жить и как мне нужно делать. В общем это все длилось долго. И я был абсолютно безнадежный алкоголик. Что значит, что у меня никогда не было понятия того, что на другой стороне, где-то там, без употребления, я могу быть счастлив и свободен. Для меня, если кто-то начинал говорить о счастье и свободе, я сразу же начинал думать о своих закидонах. Я сразу начинал думать о своем употреблении. Потому что это для меня это всегда давало мое счастье и свободу, пока оно не перестало делать. В какой-то момент в мои последние 5 лет употреблений у меня началась вилка. Я не знаю, я думаю, большинство алкоголиков знают, что такое вилка. Вилка – это когда у меня есть и когда у меня нету, независимо от того, есть у меня или нету, мне все равно одинаково плохо. И вот когда я дошел до этого, это уже ключи, это уже все, это уже, ну, я не знаю. Дальше этого у меня никогда ничего не было. И когда я понял, что или когда у меня есть, или когда у меня нету, мне все равно плохо. И когда я ложусь спать или когда я просыпаюсь, я постоянно думаю об употреблении. И когда я выхожу из своих запоев, это просто становится кошмарами моей жизни. И я понял, что нужно что-то делать. Но я понятия не имел о том, что есть конкретная методика, то, что мы сегодня прочитали, Программа, план, который необходимо делать для того, чтобы решить эту проблему.

То есть наверняка я был на собраниях. И наверняка я слышал людей, которые со мной делились и говорили: «Да, ты можешь делать то-то, ты можешь делать это. Ты можешь сделать это. Тебе нужно сделать это». Но я ведь алкоголик безнадежной кондиции. Если я алкоголик безнадежной кондиции, значит я сам себе режиссер. Значит я бог. Значит я сам себе фармацевт, психиатр, психолог, терапевт. Я сам себе работодатель. Я сам себе режиссер. Я сам себе директор. Я сам все. Если я сам себе все, когда со мной кто-то делится о том, что есть конкретное решение моей проблемы, значит это войдет в одно ухо – выйдет в другое одновременно и сразу. Почему? Потому что я сам для себя думаю, что я сам найду решение своей проблемы. Хотя я постоянно натыкаюсь на свои собственные грабли, но я себе постоянно рассказываю историю про то, что в этот раз, ну в этот раз, ну, я-то точно знаю, ну, я-то смогу. Я-то, я-то – да! Ну, в общем эти иллюзорные истории.

Мы прочитали буквально пару минут назад по поводу людей, которые органически не могут быть честными сами с собой. Давайте на секундочку представим, что большинство алкоголиков понятия не имеют, что такое честность. То есть, пока я не сделаю разбор полетов своей жизни и не начну видеть вещи объективно, так, как они есть, я буду рассказывать себе и другим различные истории и верить в них. Если я верю в свою историю, то я патологический лжец. Да? Потому что эта история иллюзорная. Она несуществующая. Но мне хочется. Потому что мне классно быть жертвой. Да? Для меня было всегда и феноменально и классно быть жертвой. Я всегда мог пальцем показать на те обстоятельства и условия и то, что привело к тому, чтобы я сейчас страдал. Вот он, она, кто-то еще. Там, обстоятельства, детство – неважно. У меня всегда были причины и всегда были люди, на которых я мог показать пальцем и сказать: «Вот из-за этого я страдаю». Я был такой вечный страдалец. Да?

Поэтому, конечно, у меня не было никогда возможности даже слышать тот факт, что мне мог кто-то говорить, что Андрей, ты можешь предпринять конкретные шаги для того, чтобы изменить свою жизнь, свое существование и быть действительно чистым, честным. Нет, не чистым и честным, а свободным и счастливым без всякой искусственной внешней субстанции. Это было для меня невозможно. Это было для меня невозможно. Поэтому всех, кто сегодня у нас на этом собрании, я поздравляю, если вы работаете по Шагам и делаете что-то для себя. Потому что работа над собой, Двенадцать шагов – феноменально, это экстраординарно, это уникально. Для любого алкоголика работа над собой, себяискание, поиск своей Высшей Силы, отказ от того, что я не Бог – это громадные вещи. Это такие громадные вещи! Послушайте, это как будто рассказывать кому-то про жизнь на Марсе. Поэтому если вы просите кого-то, чтобы вас проспонсировали, если у человека есть знания и опыт и он может взять вас за руку и соединить вас с вашим Высшим Сознанием и провести по Шагам конструктивно, это может быть такой подарок. Это может быть подарок всей жизни.

И сегодня, глядя на свой опыт, я понимаю, что в принципе все мои изменения, все, что у меня произошло в моей жизни, произошло благодаря моему Высшему Сознанию, но и моей внутренней мотивации, которая соединилась с внешней интервенцией. Да? То есть внутренняя ситуация, и говорю: «Ой, хочу, хочу! Давай! Да, мне нужно! О, я готов, согласен! Да!» И я клятвенно себе обещал, что вот: «Но сегодня, уже сегодня…» И не проходило еще 4-5 часов, я уже запрыгивал обратно. Да? И я уж забыл про то, что я в 5 утра говорил то, что: сегодня, сегодня! Это я делал тыщи раз. Тыщи раз. То есть вот это колесо Сансары, да? Но это замкнутый – бешеный замкнутый круг, в котором я, как белочка колотил по этим клавишам, да? Оно никогда не заканчивалось. И почему суицидальные-то мысли появлялись? Почему я хотел покончить собой так часто? Почему я?.. Да это был кошмар. Это просто был реальный кошмар. Да? Часто я слышу от алкоголиков, которые говорят о том, что они упали на самое дно и после этого они решили действительно что-то сделать. А мой опыт не такой, потому что у меня дно было в 2002 году. Я чуть не умер от дилириум тременс. (Белая горячка – Прим. ред.). Я валялся на полу у своих родителей. Меня колотило жутко. Я думал, что в городе танки. И мама вливала в меня вино, чтобы я не умер.

И потом она сказала: «Слушай, тут через железную дорогу открылась новая больница. Ты бы сползал туда? Может, они тебе помогут». И тогда впервые в жизни я сознательно заговорил со своей богиней. Да? Я заговорил, и я сказал: «Послушай, если ты меня вытащишь вот из этого цейтнота, я никогда, никогда, я никогда не притронусь не то что к чему-то, а я к сигаретам не притронусь. Пожалуйста, если ты мне спасешь сегодня жизнь, я больше никогда». Это был мой первый сознательный, потому что бессознательно всегда, когда мигалки были сзади или когда меня арестовывали, или когда еще какая-то ботва была, у меня всегда были подспудные бессознательные какие-то молитвы, мольбы какие-то. С кем-то я пытался кого-то увещевать, упрашивать и так далее. Но тут я реально сознательно общался с какой-то Высшей Силой. И я Ей дал зарок, обещание клятвенное, что, если Ты меня вытащишь, ну, в общем. И я пошел в эту больницу, там мне дали таблеточку. (Говорит название лекарства. – Прим. ред.). Дали пинок под зад.

У меня не было страховки, но я обратился в лечебницу бесплатную, в которую я сейчас каждую субботу, кстати, езжу. И меня туда отправили на лечение. И выйдя из этой лечебницы, в которой я был, наверное, один из самых примерных пациентов. Я закинулся и начал бегать дальше буквально в течение 72-х часов. Хотя перед выходом в лечебницу я знал, что я буду делать. У меня был четкий план. Четкий конкретный план. Да? И все эти планы смылись в унитаз, потому что мое наваждение никуда не ушло. Да? Как мы знаем, что мы алкоголики? Книга нам рассказывает это очень конкретно. Диагностировать себя довольно легко. Есть 3 критерия, по которым алкоголик может знать, что он алкоголик. Да? Это физическая аллергия. То есть, как только я в себя заливаю, я не могу уже остановиться, педали тормоза нету. Это духовная болезнь. Это постоянная какая-то пустота и постоянное отсутствие каких-то мотиваций. И отсутствие вообще понятия счастья или радости какой-то. И вообще какой-то просто – просто какой-то внутренней струны. Да? И наваждение. И это наваждение, оно сумасшедшие. Это наваждение и есть сумасшествие алкоголизма. Да?

Если у нас эти 3 вещи есть, то мы алкоголики. То есть я алкоголик, если я постоянно думаю о своем употреблении, если мне плохо, я суицидален, у меня маниакальные депрессии, я очень несчастен и постоянно виню всех вокруг в своих бедах. Наступаю на свои грабли и хожу по кругу годами. Годами. Да? Значит, я алкоголик. И вопрос, и решение этого есть. Но для этого я должен предпринять конкретные Шаги. И я должен продолжать работать эти Шаги. И это работа. А Двенадцать шагов – это работа. Это не смотрение телевизора, это не просто чтение книжки. Это реальная, серьезная работа для изменения моего мышления, сознания, мировоззрения. Вот мы все сейчас, сидя в чате, находимся в 3-х измерениях. Чтобы перейти в Четвертое, для этого должны произойти кардинальные, глобальные изменения и подвижки у меня в мышлении. Как это происходит? Для меня, также как и для большинства алкоголиков, которых я знаю, этот процесс происходит медленно, со скрипом. Но он происходит.

У кого-то это происходит быстрее. У кого-то это происходит медленнее. Но это происходит практически со всеми, кто делает работу. И я пройдусь по всем Двенадцати шагам, чтобы как-то разложить, немножко разжевать эти Двенадцать шагов, потому что я видел, что довольно много людей в чате считают дни. И четвертое измерение – это когда я в мире сам с собой. Если бы мне кто-то сказал 20 лет назад, что я буду в мире сам с собой. И знаете как? Когда вы просыпаетесь на свой день рождения, я думаю, что люди, когда они просто заходят куда-то в комнату, они уже чувствуют, что у вас какой-то праздник для большинства. И вот примерно то же самое с Четвертым измерением. Четвертое измерение – это когда мне хорошо с самим собой. Когда вот эти вулканы, цейтноты, ураганы, которые у меня внутри, потому что вся работа, которая делается по Двенадцати шагам – это внутренняя работа. Абсолютно внутренняя. Это не приобретение денег. Это не покупка машины. Это не полет на вертолете. Это абсолютная работа, внутренняя работа.

И когда я вдруг пришел к тому, что я могу жить с самим собой и я могу быть доволен самим собой, когда я пришел к тому, что я с самим собой стал в мире, тогда все вокруг и снаружи меня начало меняться. Это очень интересная концепция. Да? И я уверен, что физики ее могут очень легко через квант объяснить. Но это абсолютно феноменальная вещь, которая для меня сравнима с жизнью на Марсе. Потому что для любого алкоголика, по крайней мере для такого алкоголика, как я, это экстраординарно, уникально и очень необычно. У меня в октябре следующего года будет 20 лет, я надеюсь. И до сих пор для меня это абсолютно, абсолютно феноменальная штука. Давайте, я пройдусь по Двенадцати шагам, чтобы немножко разложить, как они работают. Во-первых, первые 9 шагов, они в прошлом все. И только 10-11-12 – это шаги, которые делаются сейчас. Да? То есть, если почитать, переводы посмотреть, то первые 9 шагов, они все в прошлом. То есть они сделаны. Я сделал – пошел дальше. Я сделал – пошел дальше.

Первые 3 шага – это выводы. В первых 3 шагах алкоголиков практически нету никакой действительной работы. Первые 3 шага – это конкретные выводы, которые я делаю в связи со своей ситуацией. А Первый шаг – это тот факт, что у меня есть проблема. И признать, и принять тот факт, что у меня проблема, это довольно тяжело. И это отнимает время. Для кого-то это занимает годы, кто-то никогда не признает, что у него есть проблема. А Второй шаг – это то, на чем я бился головой об стенку лет 14, наверное, рассказывая всем, что я, конечно, понимаю, что я алкоголик, но я никак не могу признать тот факт, что должна быть какая-то Высшая Сила, Которая может меня спасти, помочь мне или наставить на истинный путь, или вообще сделать что-то. Поэтому вообще принятие для меня того факта, что есть какая-то Высшая Сила, для меня это была краеугольная вещь. И мой спонсор мне это разжевал очень просто. Он меня просто спросил: «Открыт ли я признать тот факт, что я не Бог?» И я сказал: «Конечно, да. Никаких проблем. Это я признаю». И третье – это тот факт, что у меня есть проблема, которую я сам решить не могу. И я готов делать что-то в связи с этим.

То есть это моя готовность предпринять какие-то конкретные шаги по решению своей проблемы, которую сам я решить не могу. Все. Это первые 3 шага Анонимных Алкоголиков. Признание того факта, что есть проблема, которую я сам не могу решить, и готовность что-то сделать в связи с этим. Да? Я люблю приводить пример тренажерного зала. Я иду в тренажерный зал, я подписываю абонемент, я покупаю кроссовки. И я захожу в зал и прошу, чтобы мне показали оборудование. Меня за руку берет тренер, проводит по залу и показывает. И дает мне распорядок. Он мне говорит: «В понедельник ты будешь работать на этих машинках, в среду будешь делать это, в пятницу вот это». И я ему даю пятерочку: «Спасибо, молодчина. Спасибо громадное». Разворачиваюсь и сваливаю. Да? Я часто встречал алкоголиков, которые ходят кругами вокруг тренажерного зала, смотрят в зал этот и ничего не делают. То есть не поднимают гири, не тягают гантели, не бегают по дорожкам. То есть, ну, просто ничего не делают, а ходят по кругу, вокруг этого зала и смотрят на других алкоголиков, которые тягают эти гантели. И жалуются, что ничего для них не работает. Да?

Я хотел бы разделить вот то, что мы сегодня делаем, то, что мы сейчас делаем, это называется Сообществом. Сообщество – это очень важно, это кардинально. Это общение людей родных, родных по пониманию и осознанию проблемы. Но Сообщество и Программа в действии – это 2 разные вещи. Да? Нам нужно это разделять. Потому что Программа в действии – это когда я кладу эго в свой карман и прошу кого-то о помощи, кто прошел через Шаги, и кто имеет опыт духовного превращения. Который может меня взять за руку и провести по Шагам и дать конкретные инструкции для того, чтобы я выздоровел. И это очень, очень важная краеугольная вещь. Вообще для меня просить о помощи было всегда очень-очень тяжело. Я практически никогда никого ни о чем не просил. Я ж говорю, когда у меня было дно, которого я еще пробегал 4 года. И тогда был первый раз в моей жизни, когда я действительно был готов принять помощь и просил о чем-то. А так я всегда говорил: «Да я знаю. Ну, конечно, да. Ну, в очередной раз. Ну, бывает. Ну, в следующий раз».

Ну, в общем какие-то очередные истории. Поэтому давайте четко будем понимать, что Программа в действии – это Двенадцать шагов. Это работа с человеком, которому я доверяю, с которым я строю какой-то мост, который мне поможет найти мое Высшее Сознание и который меня подтолкнет к тому, чтобы я прошел по Шагам и выздоровел. И потом, как домино эффект, я развернусь и помогу другому больному, безнадежному человеку. Четвертый шаг – это разбор полетов. Четвертый шаг – это очень важный шаг, когда я действительно начинаю работать. Да? Когда я беру карандаш и тетрадку, и я начинаю выписывать свою жизнь. Я начинаю смотреть на вещи так, как они есть, а не так, как я всю дорогу думал, что они есть. Это очень большая разница. Да? У меня мое наваждение ушло в то время тогда, когда я писал Четверку. Когда я начал смотреть на вещи и на людей вокруг себя совсем другими глазами. До сих пор я работаю с ребятами постоянно.

И встречаю эту одну и ту же историю, когда пишется Четверка, и человек пишет: «Я взял у нее. Я взял у нее, а потом я залез в машину и взял вот это». И мне надо каждый раз их останавливать и просить, чтобы они зачеркивали и писали: «Я украл вот это. Я украл вот то. Я своровал вот это. Я ограбил вон то». Да? Потому что у себя в голове у меня было всегда: «Я взял. Ну, теперь это мое. И я ничего такого крамольного в этом не вижу». Да? То есть и таких обманов и иллюзий очень много в жизни. Потому что я всегда себя приукрашиваю. Когда я начал выздоровление, когда я вообще пришел на Программу и начал работать со спонсором 19 лет назад, я у себя в голове был почти, ну, полубогом, наверное. Ну, я какой-то маленький уголок оставлял. В общем и целом я в принципе думал всегда, что я почти, ну, что я такой хороший. Я такой добрый. Я такой вообще. Пока я не начал разбор полетов, не начал понимать, что подножки-то ставил в общем-то я. И капканы расставлял я. И лук и копье метал в спину я. И в общем очень много гадостей делал я. И ураганы создавал в своей жизни абсолютно всегда я. То есть, ну, Четверка – это объективация реальности, когда я начинаю делить вещи. Когда мне начинается «лейсик», тогда я действительно начинаю видеть. Да?

А Пятерка – это когда я делюсь этим со своим спонсором и со своим Высшим Сознанием. И к тому времени, когда я делаю Пятерку, у меня уже что-то замерцало насчет меня самого. Я уже тогда начал молиться. Я постоянно читал молитву Третьего шага, кстати, которая самая альтруистичная молитва. И которая говорит о проблеме, о самой проблеме: то, что я тюремная камера для самого себя. И я сам себе создаю тюрьму. И это очень интересная молитва, очень классная молитва. Я очень часто ее использую. И уже когда я подошел к Пятерке, у меня пошли какие-то поползновения. Какой-то сдвиг по фазе уже пошел. Во-первых, мое наваждение уже ушло. Я вообще везунчик. Да? Я вообще считаю, что любой алкоголик, который берется за Шаги, делает работу и переходит на другую сторону, да?.. это очень фартовый, благословенный человек. Потому что делать эту работу и сделать ее и перейти в другой абсолютно ландшафт – это громадное дело. Это громаднейшее дело.

И когда я делал – в общем, я умер в очередной раз. Я умирал довольно много раз. Я умер в очередной раз и был на вентиляторе. То есть я был в коме. Моей девушке родители сказали о том, что я не выкарабкаюсь. О том, что органы сейчас начнут отмирать. И потом спасибо моей Богине, я начал приходить в себя и научился ходить. И я вышел из больницы. И человек, который когда-то в Бостоне много лет назад поставлял мне героин, приехал и сказал: «Андрей выздоровел». – А я работал в реабилитационном центре. – «Я приехал, чтобы забрать тебя на 90-дневную программу». Мне это чё-то не нужно было. Потому что, как помните, я всегда знал, что мне нужно. У меня был всегда четкий план. Которого не было, естественно. Я сказал: «Да, нет. Зачем? Мне это неинтересно». И тогда я посмотрел на своих родителей и свою девушку. И я понял, что ради них я пойду и это сделаю. Я им сказал: «Вот, послушайте, только ради вас я, естественно, пойду на эти 90 дней, которые к чёрту мне не нужны. Потому что после моей трагической смерти и коматозного состояния, вы что, думаете, что я когда-нибудь буду курить крэк? Ха!»

И я это говорил. И в глубине души я знал. Я знал, что, конечно же буду. Естественно. А как еще? Я же безнадежный алкоголик. У меня никогда даже не было и мысли о том, что я когда-то продолжительное время смогу жить без выпивки. Не-е-ет. Не-не-не-не. И-и-и я пошел в эту Программу. И буквально на 2-й неделе находясь в Программе, меня отвезли на собрание, которое поменяло мой угол восприятия вообще собраний Анонимных Алкоголиков. Потому что на этом собрании, если ты не прошел Двенадцать шагов и не живешь и не работаешь эти Шаги, тебе не разрешают делиться. Тебе просто не разрешают делиться, потому что не считают, что, если ты не решил проблему, ты будешь говорить о проблеме. А это не нужно никому – слушать проблему. Они хотят, чтобы ты делился решением проблемы. Конкретным решением проблемы. И там они в каждом собрании читают конкретный шаг. А потом они делятся, как они конкретно, что они сделали по этому шагу, с теми, кто прошли эти Шаги.

Для меня это было что-то вообще очень, очень интересное и такое – экзотическое. И я вышел из этого собрания и говорю: «Тони, что это за байда была? И что мне нужно делать, чтобы получить то, чем эти ребята делятся?» Он сказал: «Да никаких проблем. Тебе нужно просто взять и попросить вот того чувака Патрика, чтобы он тебя проспонсировал». То есть мало того, что он сделал интервенцию: меня привез в эту лечебницу на 90 дней, он сделал вторую интервенцию, когда меня притащил на это собрание. И сделал третью интервенцию, когда он мне дал пинка и сказал: «Беги за Патриком, попроси, чтобы он тебя проспонсировал». А я пошел. Я поступал Патриком по спине, по плечу. Я говорю: «Патрик, ты не проведешь меня по Шагам Анонимных Алкоголиков». Он развернулся и сказал: «Конечно, мне будет за честь. У тебя есть Большая Книга Анонимных Алкоголиков?» Он мне дал первую инструкцию: прочитать 63 с половиной страницы до молитвы Третьего шага Большую Книгу. Подчеркнуть все, что мне близко в этой Книге, где я себя найду. А также посмотреть слова, которые я не понимаю, в словарике. И я на все ему продакал, сказал: «Никаких проблем».

И буквально на следующий уже день я ему позвонил, и он пришел ко мне в реабилитационный центр. И мы практически уже сразу начали работу. И я с ним работал всю дорогу вплоть до Девятого шага, который я делал тоже в реабилитационном центре. То есть человек, который зашел вот в этот реабилитационный центр и вышел из него – это были два абсолютно разных человека. Потому что у меня произошел сдвиг по фазе. Он у меня произошел в этом реабилитационном центре меньше, чем за 90 дней Эбби Тейчера. Эбби Тейчер, он прошел 6 шагов Оксфордской группы и потом Рональд Хазард, бизнесмен успешный, у которого тоже есть книжка. У него папа был судья, а он отдал на поруки Рональду Эбби Тейчера. И Эбби в первый момент, когда он прошел 6 шагов, Шестой шаг заключался, как Двенадцатый – в работе с другими умалишенными алкоголиками и больными, он в первую очередь подумал про Билла Уилсона. Это было первым, про что он подумал. Он сразу позвонил Биллу. То есть Эбби тогда прошел, и в Книге указано, что прошло менее 60 дней, когда Эбби прошел 6 шагов и готов был уже спонсировать, готов был работать.

Эбби был спонсором, стал спонсором Билла Уилсона и Боба, доктора. И Эбби провел их по 6 шагам Оксфордской группы. И в результате они потом уже изменили и доделали. И создали Двенадцать шагов, как 12 апостолов. И двинулись дальше. Потому что Оксфордская группа только искала Иисуса и работала только с мужчинами. Но человек, который зашел в ребцентр и который вышел, это было 2 разных человека. И практически сразу же мне позвонили. Буквально в первые же 90 дней ко мне пришла соседка, постучалась в дверь и сказала: «Слушай, ты с Максом носился какое-то время. Он чё-то разбивает стенки в доме. Помоги». Я пошел. У него был очень серьезный токсикоз. Он был в кокаиновом психозе. И я его закинул в реабилитационный центр, и я с ним начал работать сразу же. То есть меньше, чем через 90 дней, я начал спонсировать. А потом мне позвонили из моего ребцентра. Меньше 6 месяцев прошло, как я вышел из этого центра, они меня попросили, чтобы я начал вести там собрание Анонимных Алкоголиков. 5 лет я ездил в этот центр и начал как бы проводить ребят по Шагам. То есть я базу свою Двенадцатого шага начал именно там.

Но вернемся к Шестому. Шестой и Седьмой шаг – это когда я уже имея какое-то свое Высшее Сознание или какое-то мерцающее в дали Существо, прошу Его о том, чтобы Оно убрало дефекты моего характера, моей личности. Какие-то дефекты, какие-то личности? Какие к ч*рту дефекты личности? Когда я начал делать Шаги, я понятия не имел вообще, что я буду делать. Как будто я был завязанными глазами. Когда я подошел к Шестому-Седьмому шагам, я уже знал, что у меня есть уже эгоизм, что у меня есть ложь, которая рассказывает себе и другим, которой я верю, которая мое знание. Она становится моим знанием: я пройду, я пройду детектор лжи, потому что это мое знание. А мое своекорыстное поведение, мои страхи, когда я начинаю видеть все это, я могу попросить Бога убрать все эти вещи. Но мой опыт заключается в том, что они все же не уходят. Я просто начинаю их видеть. Теперь я их уже вижу и знаю, когда я делаю кому-то гадость. Тогда как раньше я просто насквозь бы прошел человека и шел бы дальше, уверенный в том, что: а чё такого? Вообще ничё не произошло.

И Восьмой шаг я выписывал из своей тетрадки. Восьмой шаг – это институты и люди, которым я сделал бо-бо. И тут я сделал довольно много ошибок, потому что Книга очень конкретно говорит о том, что, когда мы делаем Девятый шаг, мы не блюем на человека, да?.. которому мы сделали больно, если мы можем принести еще больше боли. Ну, тут я сделал довольно много ошибок. А вообще Девятый шаг – это такой шаг, в котором я делал просто какие-то тройные сальто-мортале. Это феноменальный шаг. И хотел, чтобы четкое понимание было, что Девятый шаг – это шаг, когда я не говорю: «Извините, простите». К ч*рту никому не нужно мое извините-простите. А Девятый шаг – это когда я меняюсь. Когда я по субботам прихожу в центр, в мужской центр, да?.. у меня один из вопросов частых, о котором меня ребята спрашивают: «Как они узнают о том, что они изменились?»

И я всегда говорю один и тот же ответ: «Когда ты перестанешь быть подонком, ты начал менять свою жизнь. Когда ты перестанешь под себя кидать мусор, ты начал менять свою жизнь. Когда ты начинаешь застилать свою кровать, ты начал менять свою жизнь. Когда ты человеку, который идет за тобой, придерживаешь дверь, ты начал менять свою жизнь. Это маленькие, маленькие-маленькие-маленькие-маленькие-маленькие изменения, которые вначале микроскопические, которые ты начинаешь делать в своей жизни, чтобы дойти до этого Четвертого измерения. И Девятка – это просто вау! Я могу посвятить целый час и делиться своими Девятками. Это-это-это, просто это, ну, это катарсис. Десятый-Одиннадцатый-Двенадцатый – это слежение за собой. Это вера в Высшее Сознание и работа с другими. То есть это рецепт доктора Боба, который он написал в 31-м году. Ч*рт знает, это почти 100 лет назад. Эта рецептура для любого алкоголика. Феноменальная рецептура, которая работает. Которая работает.

Поэтому сегодня, когда я начинаю работать с мужчинами, основное и главное, что необходимо – это просто готовность что-то сделать уникальное, экстраординарное для себя. Это очень важная, классная и действительно интересная штука. Сегодня у меня нет никаких вообще мыслей, поползновений ни о каком потреблении, выпивках. У меня вот в машине сейчас бутылка лежит. Я купил бутылку водки папиной докторше. Она его постоянно спрашивает про водку. Он ей вручит на праздники с конфетами. И у меня дома часто стоит алкоголь. Я встречаюсь с людьми, которые употребляют. То есть я вокруг людей, которые употребляют. Одно время дружил очень с классным чуваком (он уехал просто в Калифорнию, Пол), он вообще суперзвезда. Он является светилой по микродозировкам ЭмДиЭмЭй (Произношение согласно аудиозаписи. – Прим. ред.). Он по этой теме пишет книги. Мы с ним во время ковида путешествовали в Колумбию. У меня нет абсолютно никаких поползновений. Сегодня, если у меня даже появляется какая-то мысль, эта мысль – это как самолет в небе. Да? Вы видите этот самолет, следите за ним, машете ему ручкой: «До свидания». И все. Никакого наваждения. А вопросы решаем.

Вопросы абсолютно решаем для всех, кто сделает работу. И я бы даже из своего опыта добавил, что наверняка, когда я начинал свой процесс, я был один из тех алкоголиков, которые по своей конституции не могли быть честными. Потому что когда ты веришь в свою ложь, когда ты веришь во всю байду эту, всю чухню эту, которую ты сам себе годами рассказываешь и которая становится твоей, и это твоя сущность, очень тяжело открыть глаза и действительно посмотреть на это. И я вижу, что именно когда ты механически постоянно это пишешь, выписываешь, пишешь-пишешь, смотришь с другого угла целыми днями-часами, только тогда начинает происходить сдвиг по фазе. Только тогда постепенно ты начинаешь приходить к пониманию. И к переходу. Это процесс. Это процесс. Это феноменальный процесс. Это очень классный процесс, но это процесс, который занимает время. Вы можете зайти в зал и встретить человека, который уже качается много лет. Или ходит постоянно в зал уже много-много лет.

Спросите его, готов ли он перестать ходить в зал на 6 месяцев? Взять отпуск. Он округлит глаза и скажет: «А зачем? Я ловлю от этого кайф! Я со временем увеличил массу. Мне нравится. Я делаю разные упражнения, как-то их меняю. Я делаю то, я делаю это. Мне классно. А еще веселее, когда я выхожу из зала. Я просто на весь день заряжаюсь». Поэтому я желаю всем феноменальных праздников. Я абсолютно всем желаю взять себе человека в спонсоры, который прошел через Шаги, который выздоровел в результате работы над собой. И нырять в эту работу. Нырять с головой в эту работу. И тот результат, который вы получите, я вам обещаю, что вы даже не можете себе представить тот результат, который вы получите. Он будет вау! Спасибо. Спасибо, что пригласили.

Вопрос. Спасибо тебе большое за твой опыт, за твою спикерскую. Как раз я собирался говорить, что осталось 5 минут. У уже еще появились вопросы. Друзья, вы можете задавать вопросы. У нас уже 3 вопроса есть в текстовом варианте. Или вы можете ставить 3 единички, чтобы озвучить свой вопрос голосом. Первый вопрос у нас от Олеси: «Если у человека нет пустоты, когда не пьет и ведет нормальный образ жизни, но есть аллергия на алкоголь. Андрей, ты считаешь, что он не алкоголик?»

Ответ. Книга рассказывает очень конкретно, что есть несколько способов употребления. Большинство людей на нашей планете могут употреблять абсолютно все без каких-либо последствий. Есть тип людей очень плохо исследованный, которые могут употреблять с большим количеством, сходить с ума, а потом на следующий день вставать, идти на работу и продолжать свою жизнь без всяких закидонов. Эти люди балансируют. Они балансируют, они ходят постоянно по этому лезвию. И эти люди часто в какой-то момент ближе к 40 годам или к 30 годам становятся алкоголиками. Некоторые из них нет. Этих людей можно испугать. Эти люди могут лишиться прав материнства. Или они могут потерять водительские права. Или они могут сесть в тюрьму. И они могут тогда дать себе зарок и никогда больше не употреблять. Такие люди есть. Но эти люди не алкоголики. А алкоголик – это человек, для которого жена – не жена, работа – не работа, права – не права. Дайте мне вот это! Если оно у меня есть – вопрос решен. Поэтому просто некоторые еще не дошли до этой кондиции. Поэтому я никогда не советую заниматься поиском.

Да, Книга говорит о том, что если вы хотите проэкспериментировать, то можете зайти в ближайший бар. Я считаю, что эти сегодняшние заходы в ближайший бар могут закончиться очень спокойно смертью. А сегодня я ценю жизнь так, как я никогда в жизни не ценил. Сегодня для меня жизнь – это самый большой подарок, который мне был дарован моей богиней. Поэтому вы знаете, одним из основных диагностик алкоголика – это всегда минимизация и рационализация. Да? Я всегда себе скажу, что, ну, это не так уж и плохо. Все не так уж и плохо. Хотя на самом деле все, ну, очень, очень плохо. Поэтому я не знаю, насколько все хорошо или насколько все плохо. Я знаю, что для меня решением моей проблемы стала полная абстиненция, которая меня привела к какому-то такому магическому опыту, из-за которого я бы в жизни не хотел возвращаться к употреблению. Мне абсолютно неинтересно, ни за какие коврижки. Я то, что сегодня получаю натурально – это несовместимо ни с какими героинами мира. Я надеюсь, что я ответил.

Вопрос. Да, спасибо тебе за опыт, за ответ. И спасибо Олесе за вопрос. Следующий вопрос у нас от Артема: «Что делать алкоголику, если он одинок, скрывает от родственников и коллег, что он алкоголик? Нерелигиозен, неадекватен. Не знает, что делать. Нет возможности сходить на живую группу или к психотерапевту, потому что их по близости нет. Постоянно срывается по пятницам и не может найти контакт с Высшей Силой».

Ответ. Ну, это диагностика алкоголика. Это человек, у которого нет Высшей Силы, который одинок, который скрывается абсолютно от всех. Это абсолютно. Ну, это чисто алкоголизм. Поэтому нужно расставить приоритеты. А если алкоголик одинок и скрывает от всех и не может найти никакой помощи, значит алкоголику нужно поменять свою жизнь для того, чтобы найти помощь, перестать быть одиноким, перестать скрывать ото всех и воспользоваться помощью. То есть в АА. Ответ был в вопросе. Другое дело, что сделает ли это алкоголик? Это уже абсолютно другая плоскость. Это уже другая планета. Потому что большинство алкоголиков постоянно ходят вокруг тренажерного зала и рассказывают историю про то, что у них нет возможности то, нет возможности это. И они не могут это, они не могут то. Всегда можно сказать, что моя жизнь – это вообще кошмар. Да?

А с другой стороны, я когда к детям прихожу (я их детьми называю, они мне дети), в реабилитационный центр, я всегда говорю: «Слушайте, мы можем сегодня с вами плакать и скулить про то, как плохо все, что вы в четырех стенах тут сидите и вам как церберы вас охраняют. А с другой стороны, мы все можем радоваться тому факту, что вы живы. А то, что у вас голова болит, то, что вы можете спокойно сходить в туалет по большому, а то, что вас сейчас через пару часов накормят досыта, то, что вы сегодня ночью будете спать, а в 5 часов придет медсестра и выдаст вам медикаменты, можно этому радоваться тоже». Можно, да? И тому, что мы все сейчас дышим. Поэтому все зависит от плоскости угла восприятия вещей. Но абсолютно любой алкоголик, который делает работу, выздоравливает. Я надеюсь, что я ответил.

Вопрос. Спасибо тебе за ответ. Артем, тебе спасибо за вопрос. Следующий вопрос у нас от Алины: «Возникали ли у тебя жуткие, пугающие мысли о том, какие у тебя поступки были совершены в прошлом в состоянии алкогольного опьянения, и что теперь окружающие тебя ненавидят и обсуждают это с другими? Если да, то как ты с этим справлялся?

Ответ. А речь идет о паранойе? Паранойя была мне присуща, и я начал с этого, когда я делиться начал: то, что я со страхом ходил в магазин. Мне было страшно ходить в гастроном в первый год моей трезвости. И что мне помогло? Это то, что я ходил и служил, ездил ч*рт знает куда. Причем потом, уже задним числом я узнал, что у меня не было водительских прав 2,5 года моих вождений ч*рт знает куда на эти собрания, служения. Это процесс. Один из шагов в этом процессе – это Девятый шаг, когда я встречаюсь с людьми, с которыми я сделал бо-бо или какую-то гадость, и я даю им конкретный план действий, который я сделаю для того, чтобы изменить свою жизнь. И чтобы не делать этого больше. В этом заключается Девятка. Девятка не заключается в том, чтобы я извинился. К ч*рту, никому не нужны твои извинения. Девятка заключается в том, чтобы я больше не делал этих гадости. И что я должен сделать в своем поведении, в своих действиях для того, чтобы больше не делать гадости этим людям.

Поэтому, когда я начал выздоравливать, я помню, я сделал Девятку своим родителям, и они сказали: «Слушай, нам не важны все истории эти про то, сколько ты у нас всего украл, ты главное сделай что-то, чтобы больше этого не повторялось». Я им сказал: «Слушайте, я до конца жизни своих родителей буду танцевать вокруг них, потому что никакие деньги никогда не вернут те нервы, то здоровье, то, что я у них отнимал. Годами. Годами. Поэтому моя Девятка сегодня моим родителям вечная. Моей семье моя Девятка вечная. Я даю им внимание. Дать внимание родному, любимому человеку – это, безусловно, один из самых больших подарков. Я надеюсь, я ответил.

Ведущий. Да, спасибо тебе за ответ. Алине спасибо за вопрос. Так, тут тебе благодарности летят в чате.

Спикер. Спасибо. Спасибо.

Вопрос. И Александр задает вопрос: «И все же задам вопрос: что такое четвертое измерение бытия?»

Ответ. Четвертое измерение бытия – это когда внешнее меня, может быть, судят. Возможно, я теряю свой бизнес. Возможно, у меня у папы четвертая стадия рака, с которым он уже пятый год борется. Возможно, я расстался со своей девушкой. Возможно, у меня болеет кот. Возможно, у меня несварение. Возможно, у меня сегодня проблема у какого-то клиента. Возможно, у меня очень много внешних вещей: страшных, гадких, печальных, которые на меня давят. Да? Но четвертое измерение – это когда я знаю, что все это решаемо. И я вместо того, чтобы уходить в депрессию, я вместо того, чтобы прыгать в машину и бежать курить крэк и вместо того, чтобы упиваться, я продумываю конкретные шаги по решению этих вопросов. И это классно. То есть я сегодня что-то делаю продуктивное в то время, как вроде как вокруг пожар, ядерные грибы и цунами. Я продолжаю двигаться. Я себе потихонечку что-то делаю. И я создаю какие-то вещи для того, чтобы дальше, дальше мультиплицировать счастье.

Я вижу, что Двенадцатый шаг – это мультипликация счастья. На сегодня я счастлив. Я сегодня реально счастлив. Я не счастлив экзальтированно, да?.. что у меня всегда такая улыбка, я везде бегаю, рассказываю всем, как классно. Нет. У меня такого нету. У меня счастье просто заключается в том, что я просто благодарен тому факту, что я сегодня жив. Я благодарен тому факту, что я сегодня все утро провел со своим отцом. И мы с ним классно болтали, когда ждали его процедуры. Я благодарен тому факту, что у меня у подруги умерла кошка, которая у меня была 15 лет. Она мне надарила всяких вещичек от нее. Я своим обоим котам эти вещички попозже сегодня привезу. Я благодарю. Я благодарю. Я просто сегодня благодарен. У меня такого никогда не было. У меня такого никогда не было. Я был постоянно, я постоянно кого-то виноватил. Я постоянно кого-то, что-то критиковал. Я постоянно скулил. Я постоянно плакал. Я постоянно канючил. Я постоянно чё-то там. У меня этого нету. Оно, ну, это я называю Четвертым измерением. Которое открыто абсолютно для всех. Я надеюсь, что я ответил.

Вопрос. Да, спасибо еще раз за ответ. А Александру спасибо за вопрос. Так, у нас вопрос от Оксаны: «Как справлялся с тревогой в начале пути?»

Ответ. Самый классный выход, который я вижу в решение вообще абсолютно любых, любых сегодня проблем – это работа с другим алкоголиком один на один. Когда я провожу собрание, обычно после этих собраний я чувствую громадное облегчение. Но когда я работаю с алкоголиком один на один, и я даю ему какие-то инструкции или проверяю его Четвертый шаг, что я делаю постоянно, в этот момент это знаете как? Как смывают унитаз. Это такой, это, прям, такой подарок! Это просто класс! Поэтому выход из своей головы, потому что у меня в голове проблемы остаются. Я себе люблю создавать проблемы. Повышенная тревожность, ну, она, конечно, может быть, и не такая критическая, не такая тяжелая, как была раньше. Но все равно у меня есть страх финансовых каких-то потерь, неблагополучия какого-то, страх мнения людей обо мне, страх потери контроля, которого нету, не существует. Все эти вещи, они на самом деле никуда не уходят. Просто я их теперь могу видеть. Могу что-то делать в связи с тем, что они появляются. Поэтому постоянная работа над собой. Но с годами она совершенствуется и становится легче и легче. А медитация помогает феноменально. Я надеюсь, что я ответил на этот вопрос.

Вопрос. Да, спасибо тебе за ответ. Оксане спасибо за вопрос. И следующий вопрос от Софии-Сара: «Когда ты заметил, что исчезли суицидальные мысли у тебя».

Ответ. У меня практически все критичные психические вопросы были решены во время нахождения в лечебнице, в которой я был. Я никогда не пересел ни на какие препараты. Хотя я ничего против препаратов абсолютно, стабилизирующих, там, настроение и так далее, не имею. Я считаю, если они необходимы и прописаны врачом – это классно. Главное, чтобы они не использовались для того, чтобы, ну, закидоны иметь какие-то или куда-то улетать. Но практически суицидальные мысли, депрессия, вся эта гадость ушла от меня после того, как я сделал честную, открытую Четверку. Я для себя открыл совершенно другой мир, когда я начал смотреть на вещи под другим углом. Это произошло, когда я начал писать честную и открытую Четверку. Я начал понимать, что я не жертва. Я начал понимать, что мне нравится быть жертвой. Я начал понимать, что всю жизнь мне это было очень комфортабельно. И я всегда винил всех, все вокруг во всех своих проблемах, которые всегда сам себе и создавал. Но Шаги, они как инструмент.

Я смотрю на Шаги как вообще на научный подход. Ты делаешь то-то – получишь тот результат. Ты делаешь то-то – получишь тот результат. То есть Шаги, они же не экивоки. Шаги – это ж не какая-то девушка, ходящая по волнам. Это конкретные Шаги. Это конкретные вещи, которые я делаю по изменению своего мышления, сознания, мировоззрения для того, чтобы я был более самозаполнен. Для того, чтобы я за счет того, что я верю в то, что есть Сила, выше и больше, чем я, Которая здесь, со мной. Причем моя богиня вообще феноменальная, с искрометным и классным чувством юмора. И уже тот факт, что я дышу – это уже подарок. Это такая ценность, это такой феноменальный подарок! Когда мы начали собрание, мы говорили молитву. В этой молитве мы сказали про мужество делать то, что я могу. Я молю, чтобы все, кто в этом находится чате, набрались мужества сделать то, что они могут. А можете вы сделать намного больше, чем вы думаете. Для себя. Я надеюсь, что я ответил.

Вопрос. Да, спасибо тебе. Софии-Саре спасибо за вопрос. И следующий вопрос от Арины: «Бывают ли периоды уныния, как будто потери смысла всего? И что с этим делаешь?»

Ответ. Потери смысла всего у меня вообще не бывает. Уныния у меня не бывает. И опять же есть какие-то страхи, которые никуда не уходят, но уныния такого, чтобы, прям, опускались руки, такого не бывает. Я такой: как зайчик-барабанщик. Когда-то много-много лет назад был такой дядька Альтшуллер. Он написал книжку «Теория решения изобретательских задач». Он считал, что абсолютно все проблемы, вопросы – абсолютно все решаемо. И я бы посоветовал, что абсолютно на все вещи смотреть, что абсолютно все решаемо, просто нужно найти этот выход. И когда вы занимаетесь этим поиском, вы уже перестаете унывать. Поэтому уныние обычно бывает от скуки. Скука бывает обычно или от лени, или от ничегонеделания, или когда нету абсолютно никакого смысла. Да? У меня практически всю мою жизнь не было никакого абсолютно смысла. И в выздоровлении и трезвости я нашел столько смыслов и столько целей, и столько шикарных, великолепных, феноменальных, просто классных вещей.

То есть я не живу Анонимными Алкоголиками. Ребята, у меня одно домашнее собрание раз в неделю. Я с месяц хожу в католический приют, как сегодня это вечером сделаю, и по субботам я езжу к ребятам и спонсирую ребят. Но я не живу Анонимными Алкоголиками. Я бегаю по горам, я сижу во льду, я занимаюсь йогой, я занимаюсь продажей недвижимости, я занимаюсь своими котами, я путешествую. Я делаю столько класснючих вещей сегодня, что у меня просто, ну, у меня нету времени ни для какого уныния. Жизнь феноменальна. Жизнь – это вах-вах-вах. Поэтому кидайтесь, кидайтесь: делайте Двенадцать шагов, переходите на другую сторону, работайте над собой, помогайте другим и создавайте феноменальную классную жизнь. Я надеюсь, что я ответил.

Вопрос. Спасибо тебе за ответ. Арине спасибо за вопрос. Да, тут продолжают тебе лететь благодарности. Друзья, задавайте ваши вопросы. Так, пока что вопросов нет. Задам я тогда вопрос. Духовное пробуждение для тебя – это момент или процесс?

Ответ. И то, и то. Когда я осознал, что у меня ушло наваждение к употреблению – вот сейчас я это говорю, у меня идут дрыжики. Для меня это был такой подарок, потому что я всегда думал о субстанции. Я не мог жить, чтобы не думать о том, где бы, что бы, как бы. И когда я писал эту Четверку, в какой-то момент я вдруг осознал: наступила какая-то тишина, да? Как будто все замерло. И я понял, что мне больше этого не надо. Оно как бы отпустило. Ну, и это было, это реально было «вау!». И таких «вау» у меня было очень много. У меня это было, когда мой спонсор будущий повернулся и сказал: «Мне будет за честь. И единственное условие, которое у меня для тебя есть, это то, что ты бесплатно и бескорыстно отдашь то, что дам я тебе». И я сказал: «Конечно. Вообще не проблема. Естественно». Но я, правда, ему дакал постоянно. Поддакивал. Но Духовное пробуждение и вообще – это больше процесс. Потому что это как такие фейерверки. Но это процесс. У меня есть друзья в Программе, которые просто – они ловят всегда и узнают.

А вот это был еще один момент, я его не считаю абсолютно как совпадение. Я на каждое свое собрание по субботам привожу спикеров. Я сейчас читаю с ребятами Книгу, Большую Книгу Анонимных Алкоголиков. Мы сейчас на 42-х историях. И я привел пацана на позапрошлой неделе, который служил в армии в Израиле и который после этого в очень серьезных был цейтнотах алкоголических, и мы как раз читали историю про пацана-израильтянина. А потом на прошлой неделе, когда мы читали историю, она также была близка к истории одного из ребят, который с нами пришел. Потому что там было 2 года трезвости. У человека, которого я привел, было 2 года трезвости. Его, прям, возбудило это. Он везде находит знаки. Это классно, хорошо! Находим везде знаки. А можно просто жить так, как будто вообще сама жизнь – это один большой знак. Поэтому в какой-то момент я просто пришел к тому, что вообще это, ну, все это подарок. Тот факт, что мы сегодня живы, что мы дышим, что мы все тут находимся – это подарок. Это просто реальный ценнейший подарок. Поэтому Духовное пробуждение, оно здесь всегда и сразу. Но это тоже процесс. Это тоже процесс.

Вопрос. Да, спасибо тебе за такой развернутый ответ. Друзья, вы можете задавать ваши вопросы. У нас еще есть время. Вот вопрос от Олеси прилетел. И от Татьяны. Молодцы. «Я часто в своей жизни помогала. Но когда я это делала, я делала это бескорыстно, не ожидая ничего взамен. Почему в Программе есть условие отдавать другим?»

Ответ. Отдача другим – это иммунитет. Я это делаю с удовольствием. Много-много лет назад у меня был бизнес-партнер, его звали Алекс Линский. Я могу сейчас сказать его фамилию, потому что он умер. Он умер со шприцем в шее, от передозировки. И мы с ним открывали маленький реабилитационный центр. И я работал над Программой, я работал над тем, как все сделать. А он у меня был больше как завхоз. И мы клали ламинат, выкатывали ламинат в зале для групповой терапии. И у него случился припадок. Потому что ему не понравилось, как укатали ламинат наши работники, которых мы наняли. И когда я видел его реакцию, как укатали ламинат наши работники, в общем я тогда осознал, что мы не сможем с ним быть партнерами в этом бизнесе, потому что если человека может взбесить неправильная укладка ламината, то что произойдет позже, когда мы будем работать с абсолютно умалишенными и критически больными людьми. И вот Алекс мне постоянно говорил, что его мечта заключалась в том, и мы после этого практически расстались почти сразу же.

Но Алекс мне часто говорил о том, что он всегда мечтал о том, чтобы он создал какой-то такой центр или что-то такое создал, чтобы к нему приходили люди, кланялись и говорили: «Спасибо. Спасибо, что вы нам помогли. Спасибо. Спасибо». У меня никогда не было такой идеи. Абсолютно. У меня разбросаны подспонсорные, которых я провел по Шагам, везде. Ну, как везде? Их не так уж много. Их десятки. Их даже не сотни. А может, сотни? Я думаю, что десятки. Не знаю. Но факт в том, что с некоторыми я так, ну, я провел человека, я дал ему инструкции, он дальше побежал, дальше работает. У меня нет каких-то песноплясок, я не вожу хороводы, я не создаю какие-то спонсорские семьи. Ну, у меня такого нет просто. Может, это кому-то помогает, у кого-то работает. У меня такого нет.

Но я знаю, что ребята, которые прошли со мной Шаги, которые развернулись, которые что-то делают, они дальше несут это. Это становится целью жизни. Это становится краеугольным камнем. Это становится феноменальной штукой, потому что я хочу, когда мне классно, я хочу, чтобы всем вокруг было классно. Если я знаю решение проблемы, я делюсь решением этой проблемы. Если я скрываю решение этой проблемы, значит существует что-то не то. Значит что-то не так. Я ж начал с того, что я рассказывал, когда у меня день рождения. Ну, все знают, что у меня день рождения. Мне даже не нужно про это говорить. Поэтому, когда вы решите проблему алкоголизма для себя, вам будет по кайфу ходить и делиться решением этой проблемой с другими людьми, потому что вы будете знать, что они абсолютно безнадежны. Вы будете знать, что они страдают и они готовы покончить собой, потому что они понятия не имеют о том, что вот тут, прямо сейчас есть решение вопроса.

Если вы решите вопрос для себя, вам будет по кайфу. Вы будете хотеть поделиться этим с другим человеком, который также сможет сделать этот кульбит, перекувырнуться и пойти поделиться с другим. Это становится частью жизни. Это становится классной частью жизни. Это не становится обузой. Это не становится напрягом. Это становится классной частью жизни как чистить зубы. Вы ж не хотите кариеса. Ну, это не правильное сравнение, но я никогда не чувствую на опережение. У меня не было никогда, чтобы у меня было слишком подспонсорных. Никогда. Не знаю. Не знаю. Это классно. 12 – это очень классно. Я надеюсь, что я ответил.

Ведущий. Спасибо тебе за ответ. Олеся, спасибо за вопрос. Следующий вопрос от Татьяны голосом. Татьяна, я ищу тебя в списке. Да, Татьяна, добро пожаловать.

Вопрос. Да, друзья, всем привет. Женя и Алина, спасибо вам за служение. Андрей, вам отдельное спасибо. Это вообще было на самом деле очень-очень-очень круто. Для меня как для относительного новичка.

Спикер. Спасибо.

Вопрос. Я не так давно в Программе. Это было очень познавательно, очень интересно. И у меня следующий вопрос. Как ты пришел к нахождению своей Высшей Силы? Да, ты сегодня немного об этом проговаривал. Но если было бы можно более обширно?

Ответ. У меня заняло больше 5 лет, чтобы сделать какой-то набросок. То есть Она у меня вырисовывалась довольно долго. В Одиннадцатом шаге написано про то, что мы сознательно, да?.. сознательно работаем с нашей Высшей Силой. То есть всю свою жизнь я бессознательно, там, просил, умолял, уговаривал. Поэтому для меня весь процесс нахождения Высшего Сознания – это очень длительный процесс. Мне нужно было всегда, чтобы мне сказали, как мне можно за это подержаться. Если за это подержаться нельзя: понюхать, потрогать, полизать, покусать – значит этого нет. Да? То есть у меня дедушка Марк, он мне с детства рассказывал про атомы, молекулы. Он меня научил таблице умножения, когда я совсем под стол ходил. И он мне рассказывал про то, что, ну: зачем Он, Бог? Его нет. Это рассказы все. Это все басни. И тот Бог, который в принципе, в которого верит, скажем, моя сестра, моя мама, у меня такого Бога нет. Да? То есть я не верю в то, что существует какая-то Высшая Сила в теремке. Или в каком-то замке. Или в какой-то лачуге. Или в каком-то небоскребе.

Я это, ну, это не мое понимание Высшей силы, да? Моя Высшая Сила – это такая очень большая темнокожая женщина, очень добрая, с феноменальным чувством юмора, которая очень дает мне теплую энергию, которая меня поддерживает, которая всегда со мной независимо от того, что со мной произошло. И которая прощает несмотря на то, что я бываю такой говничок тоже. От того, что я прошел Шаги, работаю с другими, это не значит, что я абсолютно перфектный. То есть я еще наделал много гадостей в своей трезвой жизни для того, чтобы делать по ним Девятки. То есть, поэтому, ну? Для меня первые лет 5 я вообще не знал, что это будет и как это будет. Но я знал, что оно, она, он есть. Это я знал точно, потому что я жив. И я говорил постоянно: «Спасибо». И люблю повторять «спасибо» своей Высшей Силе за то, что я жив. Потому что по идее не должен быть жив.

А по идее я похоронил очень много, очень много людей. Я продолжаю хоронить людей. И по идее я не должен был бы жить. И быть жив. Поэтому для меня это был первый самый вопрос. Моя коммуникация была, когда я вышел из стиральной машинки. То есть, когда я был в коме, у меня не было моего я. У меня не было никаких тоннелей, никаких мерцаний, ничего не было. Был только, будто меня перекладывали в сушилку из стиралки, из стиралки в сушилку. И когда я пришел в себя, я понял, что спасибо. И что-то вдруг затеплилась у меня какая-то надежда, что, может быть, оно что-то есть. Потому что нельзя каждый раз меня вытягивать. Ну, нельзя быть таким фортовым. Я пришел в себя, я даже не овощ. Я даже научился ходить по новой. И у меня была отнята часть тела, но у меня все фунциклирует.

То есть, ну, это понятие и признание моей Высшей Силы заняло время. Оно заняло время. Я не был никогда воинственным атеистом. Я просто смеялся, потому что я считал себя всегда маленьким принцем. Да? Я всегда считал, что я, как любой алкоголик, наверное, я был уверен в том, что я абсолютно, ну, со мной ничего плохого не может произойти. Вот я был уверен. Вот просто вот это была какая-то уверенность в том, что огонь, вода, медные трубы – будут абсолютно все. Не знаю, не знаю почему. Но это понимание, эта связь, этот мостик, он у меня начал появляться со временем. И это постоянное какое-то налаживание. Я знаю, что сегодня, когда мне очень страшно, это значит, что я отдалился и заблокирован от своей Высшей Силы. Когда все хорошо и вещи двигаются, я знаю, что Она рядом. Поэтому это одна из вещей, которая я хочу, чтобы Она была рядом абсолютно всегда. Поэтому это уже даже не поиск больше, это просто уже, может, какое-то осознание. Не знаю. Но это классно. Это классно. И это не слепая вера. Это просто осознание и какое-то прочувствование. Я даже не знаю, как это объяснить, но это никакая не фантастика на третьем этаже. Это реальность какой-то большой, теплой, классной энергии, которая рядом с тобой. И какое-то вот знание, что все хорошо. Что все хорошо.

Вопрос. Спасибо тебе за ответ. Татьяна, благодарю за вопрос. И у нас заключительный вопрос такой, лайтовый: «Как делать медитации?»

Ответ. А это очень персональная вещь. Каждый медитирует и находит свою медитацию. В 2010 году я, как только вышел из лечебницы, я сразу же бросился в различные практики. И на одной из таких практик я встретил свою будущую жену. И как-то вечером она притащила книгу, в которой рассказывалось про то, как в одной тюрьме использовали медитацию для тяжелых преступников, и которая работала, эта медитация. Мы с ней прочитали этот, так сказать, медитативный кампус и нашли его недалеко от нас. И оба пошли и прошли эти курсы. Эта медитация называется Випассана. С санскрита это перевод: «Видеть вещи такими, какие они есть». Значит, мне это было очень созвучно Двенадцати шагам, поэтому я несколько раз сидел: это 10 дней тихой медитации. 9 дней из этой тихой медитации вы не можете вообще ни с кем разговаривать, даже в глаза друг другому человеку смотреть. Ни телевизора, ни телефона, ни блокнота. И вы уходите в себя, и вы начинаете просто обозревать себя.

Так Будда стал Буддой более 2 тысяч лет назад. Он сел под дерево, и он решил, что пока не произойдет озарение, он из-под этого дерева не встанет. И он сидел, сидел-сидел, пока не понял, что вся его жизнь заключается в страдании и в удовольствии и в переходе из страдания в удовольствие, из удовольствия в страдание. И вот он обозревал себя, его озарило. Он пришел, и он начал своим ученикам рассказывать, что им нужно просто сидеть и обозревать себя. Никаких мантр, никаких молитв. Просто обозревание себя. И так ты начинаешь понимать себя. И так ты начинаешь выезжать. И для меня это было одним из духовных больших вещей. Я несколько раз ездил по 10 дней. Первый раз, когда я просидел 10 дней, у меня вышло 48 имен на мой Четвертый шаг.

Это бы 2 год моей трезвости или 3. Я помню, что я дико-дико перепугался. Я позвонил своему спонсору: «Слушай, у меня 48 имен вышло». А я их все держал в памяти, потому что записывать их никуда нельзя было. «Могу я все это заполнить в Четверку?» «Никаких проблем – пишем, делаем перевороты. Все-все делаем. Дополняешь». В общем, у меня вылезли вещи, про которые я вообще не думал и не хотел думать. Потому что 9 дней заточения с самим собой, и ты начинаешь видеть и вспоминать такие вещи. Это тяжелая работа, но она класснючая. Очень-очень классная работа такая. Центр медитации Випассана есть по всему миру. И в общем для меня это ценно. Я каждый квартал езжу на один день на Випассаны тут недалеко от себя в Нью-Питере. И для меня это такой маленький подарочек. Но каждый находит свою медитацию. И медитаций очень много разных классных.

Вопрос. Спасибо за ответ тебе. Пользователь Зум, спасибо за вопрос. И давай тогда вот последний один вопрос остался как раз. Ты шустро отвечаешь. Имеет ли значение посещение живых групп в начале пути по Шагам и каждый день?

Ответ. Я своим подспонсорным инструкций таких не даю: делать 90 на 90. Я думаю, вы имеете в виду делать 90 на 90. Я вижу конкретную помощь в человеке, который ходит на собрание. То есть я вижу людей, которым собрания реально помогают. Но я хочу, чтобы было четкое понимание, что собрание – это Сообщество. Собрание – это когда я слышу человека, который решил проблему, я надеюсь. То есть, я надеюсь, вы не будете ходить на собрания, на которых люди плачут, рыдают, жалуются и рассказывают про свои проблемы. Такие собрания стоит обходить стороной. Необходимо ходить на собрания, на которых конкретно рассказывается про решение проблемы. Если у вас есть выход на такие собрания, на такие проблемы, то можно взять по 15 собраний в день.

Но должно быть четкое понимание, что сдвиг по фазе, изменение мышления, сознания, мировоззрения не произойдет от того, что вы будете ходить на собрания 10 лет. Ваше наваждение не уйдет. Ваша духовная проблема не решится. Пустота никуда не уйдет. Это один час или 1,5 часа. Потом 2-2,5 часа вы будете дальше человеком в зеркале. А вопрос физической аллергии вы не решите, вопрос наваждения никогда не решите. То есть вопрос алкоголизма не решается на собрании. На собрание вы приходите, чтобы дисциплинировать себя, чтобы встретить спонсора, встретить подружку, встретить друга, встретить других алкоголиков, с которыми вы можете завязаться на всю жизнь. Это классно, это шикарно. Но это не решает проблемы. Проблема решается работой по Двенадцати шагам с вашим Высшим Существом и вашим спонсором один на один. Вот и все. Поэтому и да, и нет. Я надеюсь, я ответил.

Ведущий. Да, спасибо тебе за ответ. Мне конкретно очень понятно. Спасибо Лейле за вопрос. Это был заключительный вопрос. Если у тебя есть возможность остаться на чайную, вдруг у кого-то еще будут вопросы…

Спикер. Не могу. Не могу, у меня папа обрывает телефон. Уже вышел с процедуры, и он меня ждет.

Ведущий. О, с пониманием. Спасибо тебе, спасибо большое тебе.

Спикер. Вам, нет, вам громадное спасибо. Я хочу вам пожелать Нового года. И я на Новый год всегда желаю нового счастья. Я считаю, что неправильно на собрании желать с Новым годом, с новым счастьем. Я считаю, что нам нужно это новое счастье прям сегодня, сейчас. Я хочу, чтобы у вас каждый день был Новый год и новое счастье. И я хочу, чтобы было четкое понимание, что абсолютно все, кто находится на этом собрании в этом чате могут создать что-то такое феноменальное для себя, что вы даже не можете сейчас себе представить. Но для этого нужно нырять с головой и делать Шаги. Спасибо вам, спасибо вам громадное. Всегда за честь делиться.