Сербия, г. Белград                                                                                                                                             

Домашняя группа: Решение

ТЕМА: Продолжать движение

Во-первых, хотела поблагодарить за служение, девочки. Спасибо большое, так как сама служила на этой группе. Очень понимаю. Спасибо, ребят, что позвали поспикерить. Это для меня очень приятно, поскольку я обязана группе аа24.онлайн своей трезвостью в какой-то момент для меня непростой. Действительно, эта группа, можно сказать, спасла мою жизнь, поэтому очень здорово, что я сегодня смогу быть полезной этой группе и как спикер. Поэтому да. Меня зовут алкоголичка Юля. По счастливой случайности, у меня юбилей трезвости. Сегодня 3 года и 7 месяцев, как я трезвая. Ровно 3 года и 7 месяцев назад я пришла на первое своё собрание, и с тех пор я совсем не пью. Срывов, слава Богу, у меня не было. Но были довольно сложные периоды, о которых я, наверное, тоже расскажу, как пойдёт, как Бог укажет. В общем, направляй, Боже, с Богом. Вообще помоги.

Пришла я, естественно, в разбитом состоянии. В анонимные алкоголики по-другому не приходят, от хорошей жизни там точно нечего делать. Поэтому я пришла и с трудом держала стакан с чаем. У меня очень сильно тряслись руки. И это была группа в Санкт-Петербурге. Я сама из Санкт-Петербурга родом, сейчас живу в Сербии, в Белграде. Но пришла на свою первую группу в Санкт-Петербурге, было живое собрание. Очень сильно удивилась, когда увидела там сияющие такие лица, довольно светлые, что-то было в их взгляде, что-то из книжки. Примерно тоже было у меня, какое-то такое странное ощущение того, что не похожи вообще они на алкоголиков. Чересчур они какие-то счастливые, чересчур они какие-то весёлые, и как-то они очень весело рассказывали такие жёсткие истории про себя. Для меня это было немножко непонятно.

Я вообще очень мало что понимала в первый свой день и в первые какие-то свои недели, месяцы трезвости, чересчур лютая у меня была абстиненция. Я с трудом разбираю свой почерк в книжке, которую мы со спонсором начинали читать, с трудом это можно разобрать. В общем, такая история, что для меня, конечно, это было начало новой жизни. То есть, определённо могу считать, что второй мой День рождения начинается именно 3 года и 7 месяцев назад, с момента того, как я пришла на своё первое собрание. С тех пор, как я познакомилась вообще с программой, с тех пор, как у меня появился Бог, как у меня появилась новая семья, одни алкаши, но совершенно чудесные, замечательные люди, эти божьи дети.

Про себя, наверное, скажу, что с детства замечала в себе такую склонность к самопоеданию. Меня с детства очень сильно мучили разного рода мысли в моей голове, которые постоянно были, очень много было каких-то ощущений себя неправильной, какой-то не такой, что у меня все не как у людей. Мне казалось, что я все время делаю что-то плохо, что я все время делала все не так. Я очень долго могла из-за этого думать, ходить, загоняться, как выпадала из реальности. И когда работала уже со спонсором, когда начала ходить на собрание, я поняла, что у меня как-то идентифицировалось, что много у кого так тоже было, и мне было от этого легче, что я не одна.

Эта фраза, которую я услышала на своём первом собрании, что я больше не одна, она меня до слез довела, потому что я очень страдала от такого внутреннего одиночества, от очень большой усталости от этой жизни. Кто-то приходит просто после очень-очень какой-то жёсткой пьянки, а я пришла от невероятной усталости, от того, что просто не могу уже так больше тянуть эту лямку в одиночку, потому что это очень тяжело. Эти проблемы жизненные, они для меня какие-то невыносимые. У нас есть строчка какая-то похожая в книге, что в какой-то момент он громоздит проблему одну на другую, и в конце концов он просто не может этого выносить. Это про меня. Я пришла именно тогда, жизнь была мне не по зубам, я все время прятала голову в песок. Как? Я просто напивалась и на какой-то момент забывалась, просто было желание забыться, ничего не видеть, просто не погружаться, в какой-то момент анестезировать и ничего не чувствовать. Ни тревоги, ни боли, ни страха, вообще ничего. Чтобы не было этих мыслей, как-то прям остановиться и выпасть.

И с детства у меня были какие-то такие мысли. Когда я первый раз попробовала алкоголь, ничего в нём особенного не нашла. Но в какой-то момент он для меня был реально очень спасительным. Такие были у меня непростые отношения с бывшим мужем, и я в какой-то момент, когда уже пришла в программу, благодарила алкоголь за то, что он, можно сказать, мне помогал переживать очень тяжёлые ситуации. Может быть, благодаря ему, я и не наложила на себя руки. Но из друга он превратился очень скоро в повелителя, и мои мысли начали крутиться вокруг него: как его пить, как его не пить, как бы ехать, чтобы было, как бы поехать, чтобы не было, куда вообще деваться. И все вокруг вращалось вокруг этой бутылки. Она была единственной радостью в жизни. И когда мне на первом моём собрании сказали: «Мы — алкоголики, нам либо все, либо ничего». Это означало то, что мне больше нельзя ни капли. И меня это очень сильно напугало, потому что я не представляла свою жизнь без бутылки, не представляла. Я пришла с желанием, чтобы меня научили пить нормально, а они мне говорят, что вообще нельзя.

Я очень сильно, конечно, начала бояться, потому что свою жизнь без бутылки я не представляла. Как это? А как же там это делать без алкоголя? А как это делать без алкоголя? Все мои действия вокруг были связаны только исключительно с каким-то взаимодействием с алкоголем. Но пришла на тот момент настолько уставшая, что готовность у меня была, и я решила попробовать и взять спонсора, и пройти программу. И это желание выпить у меня ушло очень быстро. Почему это сегодня такая у нас тема «Продолжать движение»? Мне она очень откликается, я хотела как раз несколько историй в спикерской на эту тему подсветить. Одна из них, это наверное, то, что в какой-то момент, в мою первую трезвую пятницу, мне было непросто, у меня была какая-то мышечная память, я хотела прям пойти. И я была уже в сообществе, открыла брошюру для новичков, мне дали на первом собрании, ребята, там было очень много номеров.

И вместо того чтобы пойти в этот магазин, вместо того, чтобы плюнуть на все, как обычно я любила делать раньше в употреблении, пойти все-таки за алкоголем, я решила сделать по-другому, по новому для себя. Я открыла, начала звонить просто подряд по номерам. И мне очень много кто не ответил. И на каком-то номере я созвонилась с девочкой, мы с ней поговорили полтора часа. Я до сих пор вспоминаю этот разговор. И после этого я просто легла спать. И больше мне не хотелось пить вообще. Что это? Это чудо, которое происходит, когда два алкоголика ведут работу какую-то совместную. Причём мы говорили обо всем, о каких-то шоколадках я не помню, но произошло чудо действительно.

И я человек, который очень трудно держался на зубах, пару часов порой не мог прожить без алкоголя, каким-то образом лишился возможности вообще пить. Мне не хотелось больше совсем притрагиваться к этому. Когда я забеременела (у меня есть сын, ему сейчас 13 лет), я бросила пить сама по себе, потом я ещё кормила. И у меня был такой период, когда я вообще не употребляла алкоголь практически, какую-то ерунду, я помню, раз в месяц. Но у меня после этого, когда получилось, появилась какая-то такая иллюзия в голове, что придёт тот самый момент, когда мне снова потребуется, и я снова смогу это сделать при наличии какой-то мотивации. И это все не наступало и не наступало. Думаю: «Хорошо, что мне необходимо для этого»? Я думала, что вся проблема в том, что моя жизнь просто неудачная, не устроена, в том, что никто не может сделать меня счастливой. Я пыталась найти счастье в семье, пыталась найти счастье в других людях, и это все равно не работало. Все равно оказывалась с этой бутылкой в обнимку и в слезах обычно.

И в какой-то момент, я все ждала, когда это наступит. А оно все откладывалось и откладывалось на завтра. Я все откладывала, откладывала, откладывала. И вот моему сыну уже стукнуло 9, и он написал в итоге письмо Деду морозу, где просил, чтобы Дед мороз сделал так, чтобы мама больше не пила. Это было перед Новым годом. И 13 декабря 21 года я пришла в сообщество, не дожидаясь Нового года, потому что это не просто были звоночки, это были настоящие колокола, он не хотел со мной уже никуда ходить, он просто стыдился. Он говорил, что ему стыдно, он плакал, когда я покупала бутылки в магазине, а я не понимала, в чем проблема. Потому что я же нормальная, все хорошо. Я вообще этого не видела и не замечала, хотя внутренне мне очень хотелось остановиться, но я не могла.

Я каждый вечер как заключённая надевала на себя обувь и шла в магазин, и все моё нутро сопротивлялось. Я очень не хотела этого делать, но не могла справиться с этим, и мне так было обидно, ребята. Я пережила развод довольно тяжёлый, я ходила на работу каждый день. Я каждый вечер напивалась, но каждое утро снова шла на работу. Я тянула всю семью, зарабатывала деньги, я очень много чего сама смогла. И тут я просто не могу это сделать, как бы ни старалась. Сильная, независимая женщина, как я не могу бросить эту несчастную бутылку?! Мне это было непонятно. Я пришла в сообщество, потому что мне нужна была помощь, и я пришла на такой мысли, что мне не справиться самой. Кажется, это начинает меня настолько поглощать. Я очень сильно боялась, боялась перестать заботиться вообще и о себе, и о нём, о сыне. Боялась плюнуть на все, боялась, что лишусь и работы, и сына. И на таком страхе пришла, в надежде, что мне помогут.

И действительно, что сделали со мной анонимные алкоголики, что сделала со мной программа, это можно сказать, просто новая жизнь, и у меня она только началась. Я безумно благодарна тому, что она началась хотя бы сейчас.

Я прошла шаги. Прихожу в анонимные алкоголики, у меня нет никакого доверия ни к себе, ни к каким-то другим людям, весь мир против меня, они мне хотят только зла. И с кучей каких-то непонятных мыслей о том, что все время хотят надуть, обмануть и так далее, очень сложно открываться, очень сложно довериться незнакомым людям, но эти люди говорят на твоём языке. Они не осуждают. «Ооо, тоже самое у меня было»! Я почувствовала это доверие. И сначала оно было через ребят, через спонсора, а потом у меня появился Бог. И мне настолько понравилось ощущение того, что больше это не моя лямка, что я смогу свои заботы, от которых у меня кипела башка, я просто не могла справиться с тем, сколько всего надо делать, и как мне хочется, чтобы все оставили меня в покое с этой бутылкой. Все. И как же мне было в какой-то момент хорошо, когда у меня появился Бог, эти мои проблемы и заботы отдать ему.

Мне казалось, это странно немножко, вообще все это странно, оно так удивительным образом работает. Но сейчас, допустим, уже спустя какое-то время, три с чем-то года трезвости, у меня появляются какие-то другие взаимосвязи. Все это для меня становится очень обоснованно, как одно из другого вытекает. Вначале я просто ничего не понимала. Почему я звоню девочке, когда я сама не могу даже еле-еле разговаривать, а становится лучше мне? Почему я иду, мою унитазы, и становится лучше мне? Я, короче, вообще не могла этого никак себе как-то это объяснить. Но это для меня это действительно работало. Программа для меня работала.

И в 6 месяцев моей трезвости мне на работе дали оффер на переезд в другую страну. Релокация у нас была на работе, и я подписала оффер на переезд в Сербию. Мой спонсор сказала: «Ты вообще знаешь, о чем речь? Там вообще есть группа, Юля»? И я даже не поинтересовалась, но увидела, что есть какие-то местные группы, но русскоязычных там нет. И я так махнула рукой: «Да я свою открою, со мной Бог, программа шаги, все хорошо будет. Не переживай». Она говорит: «Ну, вообще, блин, лучше первый год ничего не менять, сначала закрепиться, чтобы появилась какая-то духовная опора». Я, значит, на выздоровлении, на Боге такая, все хорошо. И, в общем, я переехала и, конечно, очень сильно хапанула, потому что действительно, это тяжело даже обычному здоровому человеку, а я больная алкоголичка. И я по такому тонкому льду постоянно хожу.

Это болезнь, это такая тварь, она все время подстерегает рядом. Она все время ждёт тот самый момент, когда ты будешь в моменте этих дефектов, когда ты будешь в этих загонах каких-то или чересчур уверен в себе. И на тоненьком эти моменты, они все сразу же подстерегают реально. И когда я переехала сюда, действительно было непросто. И почему продолжать движение? Это то, что я хотела сказать. Я переехала, только закончила программу, сдала три «девятки», мне спонсор сказал: «Ищи спонсируемых». А я в Сербии сижу, в Белграде, говорю: «Где мне тут спонсируемых, что, как вообще, я не понимаю». Он говорит: «Ищи в чатике, пиши везде, давай свои контакты и так далее». Для меня это все было вообще непонятно.

Тогда я включила первый раз группу аа24.онлайн, она у меня работала как телевизор. Знаете, я служу сейчас на группе, знаю, что многие на чайных часто обсуждают. Я знаю, что многие так делают. Ребята, это классная штука, это прикольная тема. У меня это тоже сработало. В какой-то момент мне это очень помогало, мне очень нужно было быть полезной. Я не могла ничего отдать, я хваталась за все. Я спикерила в 6 месяцев трезвости на разных группах, я ходила, собирала голыми руками окурки по улицам. Мы жили на тот момент на одной из самых таких туристических, людных улиц Белграда. Сербки, они, знаете, все время такие нарядные, прямо с утра на каблуках, красивые причёски. И я такая в этой футболке растянутой, с пучком на голове, собираю окурки голыми руками просто для того, чтобы быть полезной. «Пожалуйста, Боже, оставь меня трезвой сегодня, оставь меня. Как мне ещё можно быть тебе полезной»? Этот вопрос не выходил у меня из головы.

И я начала делать то, что спонсор мне порекомендовал: «Если ты сейчас там, группы нет, постарайся найти какую-то группу онлайн, где ты сможешь быть полезной. Это была та палочка, за которую хватаются утопающие, вопросов не задают, и я за неё схватилась. И я пошла на группу, аа24.онлайн, прошла учёбу по модератору и начала модерить онлайн-собрания. Я это делала каждый день, иногда по нескольку собраний подряд. И это то, что мне дало то облегчение и чувство наполненности внутри. Ребята, тогда были такие сложные ситуации. Работа у меня была, но эти документы, все время ребёнок у меня был в стрессе в плане того, что переехал. Я была в плохой духовной форме.

У меня были такие друзья, мои коллеги, у них тоже были маленькие дети, мы так и сдружились, вместе ходили гулять. И это были такие любители очень красиво выпить, причём мой самый любимый напиток алкогольный. Так очень эстетично и так далее. И я помню этот момент. Я сидела у них дома, и они открывают этот напиток, в очень красивую посуду это все наливают, расставляют красивые какие-то там штуки, и говорят: «Просто, Юль, ты просто попробуй. Просто попробуй». И я никогда не забуду в голове эту мысль: «Просто попробуй. Ну, ты просто попробуй, ничего не произойдёт, если ты просто попробуешь». И вдруг следующая эта мысль сменяется моим сценарием, как я выхожу ночью из их квартиры, как я иду в круглосуточный магазин, как я беру сразу много. И это провал. И я так благодарна Богу за эту секунду здравомыслия, когда у меня получилось промотать сценарий до конца, увидеть то, что я просыпаюсь на следующий день. Куча этих документов, куча работы. Я «не алле», я хочу ещё. Когда мой ребёнок просит есть, я не могу встать даже с кровати. Я все это прямо представила, увидела, ощутила под кожей.

И для меня это было тот самый прямо пинок. Продолжать действие, ни в коем случае никогда не останавливаться, как бы тяжело не было. Это время пройдёт. Как темно бывает перед рассветом. Бог даёт по силам. Если я сейчас в этом моменте, значит, у меня столько сил, сколько потребуется, чтобы остаться трезвой. Если я в этот момент даю слабину и слушаю свою голову, то это может быть провалом, это может быть смертью. Сейчас я отдаю традиции, там Билл в книге «АА взрослеет» все время ставит вопрос жизни и смерти. И, наверное, я бы тоже хотела об этом сказать. Это вопрос жизни и смерти. Я больна смертельным, прогрессирующим заболеванием. Алкоголизм. Я больна шизофренией. Вы знаете, что алкоголизм раньше входил в разряд болезней, связанных с шизофренией? Я сумасшедший человек. Я не могу слушать эту голову. Она не может говорить мне правду. Правда только у меня и у Бога, а Бог хочет видеть меня здоровой, счастливой и радостной. И в его желание не входит, чтобы я бухала, чтобы мой ребёнок страдал от того, что я бухаю, в его планы не входит, чтобы я умирала в канаве. Очень хотела это подсветить, именно этот момент рассказать.

Я схватилась за те служения, начала служить на группе, сначала модератором, потом ведущим. Я до сих пор служу по четвергам в 2 часа ночи. Вы можете застать. Я до сих пор веду группы, до сих пор пытаюсь отдать долг за тот самый момент, когда мне группа аа24.онлайн помогла остаться трезвой. Я первый раз в жизни, когда закончила служение, ощутила, что мне хорошо. Я могла вздохнуть и выдохнуть полной грудью, когда я вдруг перестала чувствовать тревогу и эту бесконечную какую-то панику, состояние этой неопределённости, безысходности, подвешенности. Того, что все у меня плохо, что у меня хуже всех и так далее. Я почувствовала себя полезной, я почувствовала себя нужной, и для меня это было реальное настоящее решение в тот момент. Поскольку сама служу, я очень много слышу на чайных, когда ребята делятся: «Мне так плохо».

Ребята, я хочу сказать просто только свой опыт. Из любых ситуаций, из совершенно любых жизненных ситуаций помогает выйти Бог и действия, и шаги по программе. Это действительно работает. У нас даже в книжке написано, что там, где ничего не помогает, всегда помогает работа с другими. И можно всегда зайти на группу, зачитать шаги и традиции, сделать все, что угодно, если действительно накрывает, и это всегда проходит. Бог всегда хочет оставить трезвой, Бог за мою трезвость. Он всеми силами за это, он помогает из самых тяжёлых жизненных ситуаций пройти по касательной, в одно касание, не так проскрежетать ещё по дну, а выйти в одно касание. Коснуться всего лишь разок, вырасти в этот момент, понять какой-то опыт полезный, который могу передать дальше и выйти из этой ситуации.

У меня очень много было за этот момент. Большая часть трезвости у меня прошла здесь, уже в Белграде. Группа, онлайн группа, на которой я служила, дала мне необходимую духовную опору. Я почувствовала контакт с Богом, и дальше начали происходить чудеса. Я начала ходить на сербскую группу, там выучила их преамбулу по-сербски, чтобы просто тоже быть полезной. И там я встретила ребят. Одну девочку-алкоголичку и двое ребят из параллельного сообщества, и мы сделали группу на четверых сначала, и она была такая смешанная. Мы читали оба ежедневника. В общем, это был довольно интересный опыт. Мы встречались сначала в кафе, мы сидели на скамейках, но в какой-то момент могу сказать, что сейчас, находясь здесь, у нас три группы в Белграде. Три группы АА.

И мы недавно с группой, с моей домашней, переезжали из нашего маленького помещения в большое светлое, такое красивое, с электричеством. Бог столько дал нам возможностей сейчас развивать. И мои те самые слова спонсору, что я свою группу открою, они каким-то образом вообще заиграли в новом свете, благодаря помощи других людей, благодаря помощи, той возможности, которая у меня была на тот момент, когда было непросто. И все заиграло новыми красками. Сейчас это потрясающая группа, сегодня была группа, у нас потрясающая группа. И я всех приглашаю, у нас в сентябре ещё будет Ассамблея международная, ребят, приезжайте к нам в гости, будет здорово.

Но я к чему я веду? К тому, что тот самый момент, когда мне, как алкоголичке, хотелось хлопнуть дверью, забить на все, послать все нахер, пойти нажраться, это моё естественное желание, как алкоголика, все послать к чертям и пойти нажраться, в тот момент у меня получилось довести сценарий до конца. И как для меня это было важно, хвататься за все, что только возможно, за любые служения, за любую возможность быть полезной, за любые добрые дела. Я тут подметала всякие парадные, ещё что-то. Всегда есть возможность, куда применить, где найти, всегда можно спросить Бога об этом. И Бог точно находит, когда его прошу. Ко мне бабуля какая-нибудь подходит: «Как пройти, девушка куда-то»? И это все просто потому что я прошу, потому что у меня есть такая необходимость.

Только добрые дела дают мне наполненность эту самую внутри, которая мне необходима, чтобы отдавать это другим, которая мне необходима для моего хорошего самочувствия. Очень много чего ещё хотела бы сказать, наверное, по своему выздоровлению.

Как продолжать действия? Я уже начала про это говорить, что у меня очень сильное, большое желание всегда на все забить. И вообще, наверное, шаги — это то, что я довела до конца. Ну, ладно, я ещё высшее обучение закончила и школу, но все остальные дела, какие-то свои идеи, у меня всегда не было возможности закончить. Все, я ломалась прям на первой же какой-то неувязочке. Любое препятствие, и я прекращала. Думала: «Ладно, ну, нафиг». Так же, как в общении с людьми, в отношениях, в строительстве отношений. Как чуть что не по-моему, я «все, до свидания». Хлопнув дверью, я ухожу.

Сейчас программа даёт возможность не спотыкаться на этом, а идти дальше. Совершать ошибки теперь моя работа. И только из этого опыта я могу быть полезна другим. Как я могу передать что-то другим, если не буду косячить? Косякнула, поняла, что косякнула, сделала все необходимое после этого косяка. Обратила внимание, на то, что я сделала не так, постаралась в дальнейшем не допускать всех ошибок и передаю это дальше. И отдаю Богу результат, что самое важное. Мне очень хочется, опять же, моё естественное желание, как алкоголички, начать чувствовать вину, начать чувствовать себя отвратительной, ужасной, *овном и так далее и тому подобное. Это очень мне свойственно. И что мне тут очень важно понимать? Что это просто ещё один способ мне вырасти, еще одна ступенечка мне наверх, что мой духовный рост — это такая винтовая лестница, которая выходит наверх, и каждое болезненное ощущение, после чего-то, какой-то ошибки моей. Каждая эта ступенечка, она ведёт меня ещё выше, там только Бог.

Конечно, я никогда не стану совершенством, я никогда не смогу сказать, что никого не осудила за день, не смогу никогда написать в 11 шаге, что я никого не осудила, что была везде честна и что не была нигде эгоистична. Наверное, не смогу никогда. Это домашнее задание на всю жизнь, но, возможно, в следующий раз у меня получится сделать что-то лучше. И, возможно, в следующий раз я смогу ещё больше извлечь из этого опыта.

Хотела сказать про смирение. Это тема июля, 7 месяц и 7 шаг. Хотела немножечко сказать про смирение. Это как с ежедневником, последними ежедневниками. Смирение. В смирении у меня просветляется ум, ко мне приходит здравомыслие. Когда я первый раз послушалась спонсора и сделала, как она хочет. Первый раз я послушалась, потому что я нихрена не соображала. Мне кажется, мой уровень абстиненции был настолько зашкален, что я была, как этот… Просто буду делать и все, и ничего не могу, даже не смогу сформулировать этот вопрос. Но в каких-то этих вещах, в том, что мне говорит спонсор «звони», я, конечно же, начинаю сопротивляться, конечно же, начинаю ругаться внутри себя, но, стиснув зубы, я начинаю реально звонить, я начинаю делать это действие. Внутри меня все кричит: «Да, как это может быть тебе полезно, да как это может тебе помочь? Да кому я сейчас могу помочь? Кто бы мне сейчас помог? Да мне-то сейчас хуже всех». Это моё естественное желание, как алкоголика, мои естественные абсолютно фразы внутри меня, которые возникают.

Что я делаю? Жертвую этими естественными желаниями в пользу того, чтобы сделать эту рекомендацию. И в этом смирении, в этом послушании, я начинаю здраво мыслить. Просветляется мой ум. Я не знаю, как это работает и действительно приходит то самое облегчение, эта возможность выдохнуть. Потихонечку по этим шагам я начинала слушаться и начинала дисциплинировать себя. Я, как недисциплинированный алкоголик, не могу не опаздывать, не могу не забывать ничего и так далее. Мне очень важно даже в мелочах, в служениях, пытаться в каких-то вещах, которые в жизни применяю с ребёнком, стараться быть дисциплинированной. Расти до этого, я все равно не дорасту, мне кажется, но хотя бы делать шажочки в эту сторону, это для меня очень важно.

И дисциплина тоже приходит через смирение, потому что мне нужно принять, что теперь программа 12 шагов является моим образом жизни. Что почистить зубы для меня теперь не так важно, как сделать утренний 11 шаг. Что теперь для меня не так важно поесть, чем сделать какую-то «десятку» закрыть. Я не знаю, как это по-другому сформулировать, но мне было это сложно понять изначально, что теперь я, как человек больной смертельным заболеванием, должна изменить свой образ жизни. Ведь человек, которому нельзя что-то, какой-то продукт, он же не будет делать так, чтобы у него появлялись какие-то симптомы. Соответственно, у меня, как у человека больного, тоже должен измениться образ жизни. И сейчас для меня, например, сделать утренний 11 шаг важнее, чем почистить зубы.

В начале это сложно мне давалось, но как только я начинаю понимать, что в первую очередь я алкоголичка, а уж во все остальное — все остальное. Когда я понимаю это, когда я понимаю, что на первом месте у меня всегда выздоровление, Бог, а дальше у меня близкие, когда все так стоит, по своему порядку, все расставляется в моей жизни по местам. Тогда я могу сделать паузу, тогда у меня нет ничего срочного, и тогда я могу вовремя сделать рекомендации, тогда просветляется мой ум.

Не всегда получается, ребят, я косячу, это мой опыт. С годами могу сказать, у меня всего 3 года, 7 месяцев, но я могу сказать, что за эти 3 года, 7 месяцев моих ошибок уже стало гораздо меньше. Я уже не даю пустых обещаний каких-то, я меняю свою речь, я говорю не «обещаю», а «постараюсь». Все из мелочей этих складывается, но ошибок становится с годами меньше. И это действительно то, к чему стоит, наверное, стремиться, чтобы увидеть эти положительные изменения, то, как меняется моя жизнь, как изменились мои отношения с сыном, как мы по вечерам с ним болтаем. С ним просто вечером сидим у нас, болтаем, мы просто общаемся душа в душу. Как он может мне доверить какие-то вещи, которые я, наверное, маме не рассказала бы в этом возрасте. Как он открывается мне, как он больше не стыдится меня, как ходит и говорит: «Вот моя мама». Как он гордится, наверное, как он рассказывает обо мне своим друзьям. Как мы с ним обнимаемся.

Я сейчас воспитываю его и вижу в нём те же самые страхи какие-то, как я его хорошо понимаю теперь и как я могу теперь его любить, потому что в употреблении я не могла почувствовать эту любовь к сыну. Мне было реально очень тяжело понять, что это такое. И для меня это была прям проблема. Я очень сильно завидовала другим мамам. Мне казалось, что хотя была такая зависть через злость, я думала, что они все больные какие-то, эти мамочки. Я считала их сумасшедшими. А на самом деле я им сильно завидовала, потому что выходила на детскую площадку, у меня был такой стакан с алкоголем, и только так я могла пережить эту бесконечную невыносимую прогулку с ребёнком. И когда у меня появилась программа, у меня появилось это ощущение любви Бога, я наконец-таки поняла, что такое вообще любовь к сыну, через него. Это было настолько волшебно.

И как у меня появилась любовь к себе через него тоже. Такое было удивительное ощущение. Сейчас знаю, что могу это отдавать, потому что я уже сейчас настолько наполнилась, вышла из этого минуса, когда я только пришла, когда у меня сейчас есть внутри столько света, которым я могу делиться с другими людьми.

И ещё хотела подсветить, что когда внутри, те, кто сейчас на первых сороках, после срывов, я читала, там кто-то писал, что сложно сейчас, даже когда это ощущение пустоты дичайшее внутри, и если сделать этот звонок кому-то, найти того, кому хуже сейчас. У меня было столько опыта, ребят, когда я думала, что не смогу сейчас никому помочь, потому что мне так самой плохо, что никому вообще не смогу помочь. И когда я звонила человеку, потому что у меня была рекомендация спонсора, и она мне говорила звонить. Я звонила девочке, она говорила: «Слава Богу, ты позвонила, мне сейчас так было плохо». Начинала рассказывать мне свою историю, я понимала, что у меня ещё ничего, что гораздо хуже сейчас у неё. Я чувствовала, что могу в этот момент помочь. Поэтому это самооправдание, что мне хуже всех, жалость к себе, нежелание выводить это эго из комфортной зоны, этим я жертвовала для того, чтобы быть полезной. И через эту пользу это я наполнялась сама. И этот бесконечный процесс.

Хочу сказать, подведя итог, что для меня важно в течение программы было и сейчас, и каждый раз. Несмотря на то, как бы мне ни было плохо, вообще не отворачиваться ни в коем случае от Бога, не отворачиваться от того, что мне дали другие люди, что дало мне сообщество, потому что мой спонсор потратил на меня уйму времени, сил и вообще всего. И это чувство долга, которое у меня есть по отношению к сообществу, по отношению к вам, по отношению к моему спонсору… Что я могу сейчас отдать? Я могу только дальше это передавать. И как бы мне плохо ни было, всегда могу быть полезна. Всегда есть тот, кому хуже. Я очень буду рада, если что-то из того, что я сказала сегодня будет вам полезно, может быть, как-то поможет в непростой момент. Но всегда самое тёмное небо, оно всегда перед рассветом. И это мой опыт личный.

И иногда мне надо себя простить за то, что я сейчас такая, никакая. Иногда мне нужно и реально себя оставить в заботе о себе, побыть немножко одной, обнять себя, подойти к зеркалу, сказать: «Я тебя люблю. Я сегодня с тобой». Но иногда мне нужно просто сделать эти действия и выйти из этого состояния, когда моя голова готова меня убить. Я очень хочу поблагодарить вас за то, что у меня была возможность сегодня поспикерить, и я очень сильно надеюсь, что, возможно, кому-то было полезно. Ещё раз хочу сказать, что очень сильно всех люблю и благодарна безумно группе аа24.онлайн за то, что в какой-то момент она мне очень помогла остаться живой, трезвой, счастливой, радостной, свободной.

Вопрос: как часто ты делаешь 10 шаг и как именно?

Ответ: для меня такая непростая была штука. Но зато через 10 шаг я поняла, что это теперь мой образ жизни. Я очень сильно сопротивлялась именно «десяткам». Для меня это было самое, наверное, непростое в программе. Это десятые шаги. Я хочу сказать, здесь момент такой подсветить, что как только я прохожу программу 12 шагов, у меня остаётся на ежедневной основе мои 10, 11 и 12 шаги. Это все, что меня оставляет в программе. Я сейчас очень много работаю с девочками, которые в какой-то момент вышли из программы, находятся в сухой трезвости. Я могу точно сказать, что, к сожалению, появляется очень, очень сильная такая толерантность к боли. И когда я спрашиваю: «Все хорошо»? Они отвечают: «Все хорошо». Но человек страдает. Поэтому, как часто делаю «десятки»? Я делаю их по необходимости.

Если у меня возникает такое возмущение, негодование, злость, раздражение. Что я делаю? Как часто это происходит? Где-то, наверное, раз в два дня. Иногда, чаще, иногда по две в день, это все варьируется, наверное, от моего контакта с Богом, потому что для меня это всегда показатель, это такой индикатор моего внутреннего состояния. 10 шаг для меня, раздражение, возмущение на других людей — индикатор моего внутреннего состояния. Если я в плохом контакте с Богом, меня будет все раздражать. Иногда это может быть по 2-3 «десятки» в день. Иногда это не одной. Но это не значит, что я какие-то моменты не обсуждаю с Богом. Я очень часто сажусь на колени, если у меня что-то появляется, я прямо молюсь Богу. Так научил меня мой спонсор, обращаться к Богу, вставать на колени и обращаться к нему за помощью, за тем, чтобы он избавил от каких-то моих ощущений.

Я пишу «десятку» обычно письменно, но пишу сначала спонсору, могу ли я позвонить. Если она занята, то пишу письменно её. Пишу в чатике, она мне пишет обратную в основном какую-то, либо мы с ней созваниваемся, и она мне тоже говорит обратную в телефоне. Но «десятки» — это моя большая проблема. Наверное, все-таки у меня есть моменты, когда я замыливаю какие-то моменты, вижу эти свои несданные «десятки» вижу уже в 11, и я пишу перед 11 ещё и десятый. Так у меня ещё бывает, когда я задаю вопросы в 11 шага и понимаю, что я забыла или пропустила, или отвлеклась. У меня бывают и такие моменты. Я косячу, ребят, с этими с вещами, стараюсь исправляться, как могу.

Вопрос: скажи, было ли в истории твоего выздоровления разочарование в людях и программе? Если да, то как нашла силы вернуться?

Ответ: было. Это была самая первая моя трезвая пятница, которую я рассказала, про которую сегодня рассказывала. Мне очень понравилось, как на собрании… Когда начала звонить по номерам, одна девочка сказала, что я прервала очень сейчас важный звонок с другой страной, она теперь вообще не знает, как ей этот звонок восстановить и что это ужасная для неё проблема. Я положила трубку, подумала: «Вот лицемеры, эти алкоголики, какие же они лицемеры, это они только так такие добренькие, а на самом деле они просто лицемеры такие». Это был такой первый момент. Я не знаю, что тогда меня вело, но я продолжила звонить, я не стала на этом обуваться и идти в магазин, а просто продолжила звонить, продолжать действия, возвращаясь к этому всему.

Возможно, у меня бывают такие моменты негодования, когда я, например, слышу какие-то не совсем мои методы выздоровления. Но это все решается 10 шагом. Разочарований конкретно в программе не было, были обиды на Бога. В какой-то момент это точно было негодование по отношению к тому, что «я не понимаю, зачем ты это делаешь». Такого плана. Но они проходили, какие-то возмущения по поводу рекомендаций спонсора и так далее. Мы сдаем «десятки» по ветке, сдаем «десятку» на спонсора спонсору спонсора и все такие спорные моменты со спонсором, спорные с моей стороны, они решались таким образом. Поэтому в программе у меня всегда, знаете, побеждала благодарность, потому что ощущение того, что у меня 2 ноги, 2 руки, я живая и не пьяная, а трезвая, у меня квартира. Эта меня всегда возвращает история.

Вопрос: сколько времени у тебя прошло на изучение 12 шагов, а именно на то, чтобы проходить программу?

Ответ: как я понимаю, чтобы именно пройти, наверное, 6 месяцев. Я сказала, что переезжала, я уже на это время прошла шаги. Я в Белград уехала уже. Но мы тогда ещё со спонсором две главы не дочитали, мы их дочитывали уже онлайн. Но шаги я прошла, уже в этот момент делала 12 шаг активно. Помимо десятых, одиннадцатых, у меня я ездила на детоксы, спикерила в реабилитации и в Белграде начала искать спонсируемых. Шесть месяцев мне понадобилось. «Четвёрку» тоже писала долго, тоже отлынивала максимально долго, пока не прижало. «Четвёрку» надо просто сесть и написать.

Вопрос: расскажи про отношения. У тебя они есть? Они у меня были после программы?

Ответ: они у меня были после программы, но как-то у меня пока взаимоотношений, которые такие на долгосрок, на новой духовной основе, чтобы это все было, соответствовало моему секс идеалу, пока такого не складывалось. У меня были не очень долгие отношения с молодым человеком, но я очень хорошо из них ушла. Знаете, он мне предложил свободные после этого отношения. Я сказала, вспомнив всю свою «четвёрку», всю свою 4 колонку 4 шага, сказала ему в лицо: «Я это больше не выбираю». И на этом это все закончилось. Это больше не мой выбор. Я не готова. И как-то получилось поступить по-новому. Я вообще не сильно страдала по этому поводу. Наверное, у меня сейчас самая главная задача, я стараюсь выстраивать отношения с сыном, который подрастает, ему уже 13. И у меня сейчас, наверное, больше первая задача с ним, чтобы все было хорошо у нас, были счастливые с ним вместе.

Посмотрим, что Бог даст в дальнейшем, возможно, и даст мне какие-то долгосрочные отношения. Посмотрим. Я поняла в программе, что, во-первых, ничего нет срочного. Во-вторых, если сейчас нет, значит это для чего-то нужно Богу и Бог даёт по силам. Поэтому, возможно, я бы сейчас не выдержала просто ещё отношения с мужчиной.

Вопрос: про 4 шаг. Было ли такое, что ты возвращалась к одному и тому же человеку в «четвёрке»? Ты писала 4 шаг несколько раз на одного человека, потому что после первого не отпустило?

Ответ: конечно, это вообще нормально. Самые близкие — это вообще, это, блин, база. Я очень благодарна моему спонсору. Я когда писала свою первую «четвёрку», и у меня там было, по-моему, 25 человек, не очень много. И я знаю, там кто-то говорит по 100 писать нужно и так далее. Мой спонсор не настаивал, он сказал: «Это не последняя твоя инвентаризация, ты просто в следующий раз допишешь, если кого-то забыла, и кто-то там останется». Конечно, у меня бывший муж, он с первой по последнюю «четвёрку» присутствует. Надо сказать к этой программе выздоровления, надо упомянуть обязательно, что из целого разворота такого, где не было места, куда писать, я переходила на другую страницу, чтоб там где-то ещё дописать, превратилось в две строчки. Это всего за три с половиной года. Я считаю, это огромный прогресс.

Я помню, мне спонсор сказала, когда первый раз с ней обсуждала тему бывшего мужа, мы с ней очень много тогда прорабатывали, чтобы отделить мою территорию от его, чтобы как-то нас это разделить, чтобы я не была зависима от его состояний. Было такое, в работе со спонсором решалось. И сначала я ходила, реально убить хотела вообще. Машина его стоит у меня во дворе, я так хочу ему слово из трех букв нацарапать. Спонсор говорит: «Юля, это такой прогресс! Ты раньше его убить хотела, а теперь просто нацарапать три буквы. Ну, ерунда какая-то». В общем, это прогресс, поэтому я считаю, что, конечно, люди остаются, и много кто, близкие наши самые, мой сын тоже из каждой «четвёрки» в «четвёрку». Но это моя проработка этих отношений, моя работа над собой и этими отношениями, когда я беру, сажусь и прописываю человека по четырем колонкам, эта задача нужна мне, чтобы мне в голове от этого человека освободиться.

Вопрос: поделись, как делала 6 и 7 шаги.

Ответ: после пятого был час тишины, и я каждый раз, когда пишу инвентаризацию, слава тебе, Господи, вышла на раз в год, раньше писала каждые полгода инвентаризацию, было во мне много всего. И сейчас вышла на один раз в год. И каждый раз после того, как я сдаю «пятёрку» спонсору, ухожу на час тишины. В этом часе тишины я провожу такую медитацию, пропускаю все эти ситуации через первые три шага, смотрю, что я не могла делать по-другому, смотрю, как я бессильна в этой ситуации, смотрю, что я больше не могу чем-то управлять, что я во втором шаге вообще передала все это управление, и в третьем шаге попросила. Я провожу такую медитацию сама с собой час, сажусь на колени, говорю молитвы 6 и 7 шага и прошу Бога избавить от этих недостатков. Это то, что касаемо именно конкретно шестых седьмых шагов.

Плюс, каждый раз, когда у меня в течение дня возникает непонятное для меня раздражение или злость, если я, сдав «десятку», допустим, или не сдав «десятку», если это какая-то ситуация, которая не пойми откуда вообще взялась, раздражение взялось непонятно откуда, я просто прошу Бога забрать. Я прям сажусь на колени. Колени — это самая крутая вообще штука, что только может быть. Бог освобождает сейчас очень быстро. Это сдавленное состояние внутреннее, сжатое, такое, когда очень душит злость и душит какое-то возмущение, очень сложно дышать в этот момент, как будто все сжато, как пружина. И это душит. И прошу Бога избавить от этого. И у меня раскрывается грудная клетка, я могу после этого дышать. Приходит это ощущение, только когда я могу сделать вот так. И могу взять нормально эту паузу, обратиться, как-то промолить. Молитва злого человека тоже очень помогает из четвертого шага.

И каждое утро я говорю молитву 7 шага. Это входит в утреннюю часть моего 11 шага утреннего. Молюсь молитвой седьмого шага. Мой создатель, избавь меня от каких-то дефектов. Перечисляю. Мне ещё нравится их перечислять, чтобы я их вслух проговаривала, мне это как-то больше, как будто я их чувствую лучше.

Вопрос: какие медитации практикуешь? Насколько часто дисциплинированно? Что практикую, какие медитации?

Ответ: спасибо за вопросы. Я забываю благодарить тех, кто задаёт вопросы. У меня было очень много вопросов к спонсору, когда я только пришла в программу: как это медитировать, что делать, как это происходить должно? Она мне говорила: «Наверное, ты просто с Богом разговариваешь». И я начала разговаривать с Богом. Я прям сажусь, молюсь, зову, прям, его, зову. Я говорю: «Боже, приходи ко мне на молитву или на медитацию». Спрашиваю: «Ты тут»? И жду этого отклика изнутри себя, потому что Бог живёт в глубине моей души, и я жду оттуда такой отклик. И начинаю просто с ним разговаривать, могу пожаловаться, попросить позаботиться. Могу попросить помиловать меня, мою душу, позаботиться о нас с сыном, попросить избавить меня от каких-то моих дефектов, если я их наблюдаю, спросить какой-то вопрос, который для меня сейчас важен. Попросить его создавать и творить через меня, говорить за меня. Для меня это такой процесс.

И плюс я ещё практикую медитацию любви. Если вы слышали когда-нибудь Ската Ли в спикерской, у него есть такая медитация любви, когда он отправляет любовь всем. Я практикую. Это мне это очень нравится делать, поскольку мои близкие, моя мама, она сейчас в России живёт, и мои близкие люди, которые там, поэтому я как-то могу хотя бы издалека отправлять любовь. И для меня пожелание им какого-то счастья. Я пытаюсь отправить это, сконцентрировать все самое хорошее и прям отправить это. У Ската Ли есть такая медитация любви. Если кто-то хочет, можно прям на YouTube, она есть, послушать, посмотреть. И просто разговоры с Богом. Бесконечно говорю с ним, просто с ним разговариваю. Моя была первая рекомендация спонсора – это звать Бога во все свои дела. Поставить иногда будильники, чтобы я не забывала это делать. Я практикую такой подход, и поэтому у меня только к Богу сразу. Если что-то происходит: «О, Господи, а тут как? Боже, помоги. А здесь что? А здесь как мне поступить? А тут что делать? А как мне тут сказать? А здесь как написать»? Я все к нему.

Мне нравится ощущение какого-то потерянного ребёнка, когда я в этом нахожу такое ощущение бессилия своего, когда я к нему, как к родителю могу обратиться за чем угодно. И в этом моменте моего бессилия присутствует очень много Бога. В моменте моего бессилия всегда очень много Бога. Спрашиваю вообще обо всем. И разговариваю с ним постоянно тоже обо всем внутри себя, на коленях люблю поговорить. Я очень хорошо сейчас в последнее время слышу прям голос, мне это очень нравится просто с ним как-то разговаривать.

Вопрос: у тебя появились новые отношения с родственниками? Устанавливаешь свои границы?

Ответ: могу сказать, что появились. И, скорее всего, у меня просто появилась моя территория, наверное, назову. Моя сторона улицы, наверное, будет даже понятней. Когда я больше стараюсь на себя не навешивать того, что мне не принадлежит. А это чужая злость, чужое раздражение, чужой страх, который не мой, в котором я не участвую. Мне помогает разделиться с этим «десятка» обычно. И сейчас уже появилась на таком немножко интуитивном уровне. Пример. Ко мне приходит Данька, и он такой какой-нибудь взъерошенный весь, он что-то там начинает ворчать, и я понимаю, что так. Стоп. Значит, он у меня покормлен, он одет, у него все хорошо. Он только что вернулся из школы, он ходит в школу, все в порядке. Все, что от меня сделано, все выполнено. Я сейчас не ругалась, не злилась. Ничего. То есть, никаких поводов как-то его разозлить нет. Соответственно, что это может быть? Что на меня ворчит? Ну, скорее всего, может быть, что-то в школе у него произошло, возможно, ему сейчас страшно из-за чего-то, возможно, у него впереди какая-то предстоит важная игра на футболе, на которую он сейчас поедет, и он поэтому нервничает, переживает, и на самого близкого человека, на меня, срывается. Мне это очень хорошо, понятно.

И вот у меня появилась эта моя территория, я стараюсь за неё не заходить и стараюсь, чтобы ни какой-нибудь человек не оказывался на ней. Как это происходит? Когда я начинаю о ком-то очень сильно думать в своей голове, что-то рассказывать ему, объяснять, доказывать свою правоту, это значит на моей территории какой-то другой человек. Что он здесь делает, это тоже важно узнать. И это тоже помогает. Обычно «десятка».

Новые отношения с родственниками. Наверное, тоже помогла программа. У меня есть «девятка» маме. Сейчас мы с ней каждый вечер созваниваемся. Не сказать, чтобы я прям каждый вечер горела желанием с ней разговаривать. Но это моя «девятка». «Девятку» я делала для неё. Эти «девятки» мы делаем для других людей, не для себя, чтоб полегчало, а для других людей, чтобы действительно возместить какой-то ущерб и так далее. Мне нужно понимать, что всем своим родственникам я нанесла тот или иной ущерб. Я не знаю, в какой мере, в каком количестве, но точно, что я пока бухала, была занята, у меня не было на них времени, у меня не было времени на то, чтобы там с ними общаться, что-то для них делать и так далее.

И мне тут важно понимать, что мне просто именно моё желание возместить для них ущерб должно составлять какие-то вещи, например, проявлять к ним интерес. Что вообще происходит. Например, общение с сыном, возможно, как-то помогать, не вести себя как раньше, вот это точно. И сейчас этот процесс в программе, он включает в себя и эти все моменты тоже. И помнить, что наши все семьи, они очень сильно страдают, пострадали от алкоголизма. И у нас в книжке написано, что если есть один алкоголик в семье, то, скорее всего, болеет вся семья. Держать в голове обязательно. Это что, скорее всего, могут быть какие-то непонятные претензии. Мне очень важно уходить из этих ситуаций. Мне очень важно не наносить ещё больший ущерб, максимально сглаживать такие процессы.

Очень помогает Бог в этом всем. И без Бога никак не наладить эти отношения. Особенно если дело касается каких-то непростых взаимоотношений с родственниками. У меня, наверное, нет такого кейса, когда были непростые взаимоотношения именно с родственниками. С бывшим мужем я прям попотела, если честно, чтобы сейчас могла нормально просто на него реагировать. Это большого стоило. Но сейчас на все его попытки обвинить меня опять во всем, я вообще в этом не участвую. Я прям говорю это: «Слушай, давай поговорим об этом позже». Прямо из книжки эта фраза. Я максимально съезжаю с каких-то тем, благодарю его, если он действительно что-то сделал. Я стараюсь не подключаться к его этим волнам, а держаться на своём лав радио.

Вопрос: занимаешься ли планированием? Если да, то каким образом, может быть, в голове? Или прописываешь? Ставишь ли новые цели? Или только здесь и сейчас?

Ответ: да, у меня есть такие какие-то планы, которые появляются тоже с Богом. У меня есть иногда минуты вдохновения, когда совершенно незапланированно, я начинаю вдруг чем-то творческим заниматься, и получается что-то очень интересное. Но да, я планирую, если касаться именно конкретно дня, я пробовала составлять план дня. У меня один раз получилось тик-тик-тик по плану, как я составляла с Богом в 11 шаге. На второй день у меня получилось не так, как я составляла. Я решила опять в этом препоручить все Богу, потому что подумала, что лучше он распланирует день, чем я сама буду этим заниматься. Но я всегда держу в голове какие-то задачи.

Начала вести ежедневник. Не то, что ежедневник, а как это называется, календарик, где пишешь дела, задачи. Я забыла, как называется штука. Начала, чтобы у меня не накладывались какие-то встречи одна на другую, допустим, потому что я знаю, что Бог, конечно, это разруливает. Как-то все это двигается, и все равно в итоге все получается как нужно. Но стараюсь, чтобы быть честной перед людьми, в этом плане стараюсь как-то следить за этим. Я планирую отпуск. Бывает, какие-то дальние поездки планирую, планирую какие-то дни совместно с сыном. Это мы иногда соберёмся: «Давай мы в следующее воскресенье с тобой пойдём есть мороженое туда». В общем, тоже маленькие какие-то планы. Есть долгосроки. Планирую для себя изучение, у меня есть в планах, что хотела ещё поизучать программу. Мне нужно ещё какие-то вещи для своего творчества сделать. Фифти-фифти. И так делаю, и Богу препоручаю, раз на раз не приходится. Может быть, в дальнейшем Бог даст возможности как-то все более дисциплинированно к этому подходить. На сегодня где-то как-то так полупланово. Не знаю. На самом деле, препоручение Богу, даже если план, то все равно. Если не его воля, то не получится.