Норвегия                                                                                    

Домашняя группа: Круг доверия

ТЕМА: Семья в выздоровлении

Спикер Артем. Меня Артем зовут. Я муж Иры. Ира моя жена. Да, мы алкоголики вдвоем. Выздоравливающие. Я о себе сейчас скажу. Я выздоравливаю 3,5 года. Перед выздоровлением немного о себе скажу. У меня за плечами лет, наверное, 25. Да, наверное, 25. Я сегодня на калькуляторе считал, сколько это было у меня: 25 лет, наверное, систематического потребления алкоголя и не только. И порядка 10 реабилитаций было всяких. Я пытался остановиться 3,5 года назад. Я попал в АА в Чехии на группу и начал выздоравливать. Зацепился, не знаю, как это. У меня все в голове, вроде как это? Бог поцеловал меня наконец-то. Я сегодня утром шутил: дошла до меня очередь. Бог сказал: «Артем, ты готов? Давай, пора тебе тоже». Потому что, ну, для меня непонятно на самом деле, как можно.

Я кучу усилий, мне казалось, прикладывал раньше, молился – ничего не получалось. Единственное, это то, что я не приходил в АА, я не брал Книгу в руки и я не делал то, что делаете вы, кто выздоравливает. Не шел по Программе, не делал Шаги, не было спонсора. Мне казалось, это вообще 1 процент из 100 даст какую-то пользу: эти группы, эта Программа какая-то непонятная. И 99 процентов я старался сделать всего остального, а усилия не туда прикладывал, как оказалось. Ну, в моем случае это так. Ну, ладно, у нас, там, чё? У нас же про семью спикерская, да? Я про себя немного сказал. И значит, я выздоравливал в Праге. А попал я на форум, пригласили меня на форум, на форум Анонимных Алкоголиков. И там встретились, познакомились с Ирой. И как бы так у нас получилось: не знаю, было четкое предчувствие еще пред форумом. В общем не знаю, почему такое было какое-то ощущение того, что я там Иру встречу, и это будет мой человек точно.

Отношений у меня в трезвости не было. Для меня это, конечно, все новое. Как-то мы так, понятно, чё: понравились друг другу, да? (Смеются. – Прим. ред.).

Спикер Ирина. Да, похоже, что да.

Спикер Артем. Похоже, что да, понравились друг другу. Ну, и все, там, зашуршало, засвистело. Знаете, как: в начале, там, казалось все это как шутки-прибаутки. Ну, чё, познакомились, там, на море. В Болгарии это было все. Сейчас день-два – и разъедимся. Полюбимся – и разъедимся. Но чё-то как-то зацепились мы, и вот сегодня у нас, наверное, 1,5 года, да? В августе мы познакомились. Через год почти мы еще женились. Сейчас еще больше, чем полгода у нас. (Смеются. – Прим. ред.).

Спикер Ирина. Все, как спонсор говорила: «Главное, не спешите».

Спикер Артем. Ну, мне такого спонсор не говорил.

Спикер Ирина. Ну, ладно.

Спикер Артем. Да. Я не знаю, странные спонсоры, которые говорят: «Не спешите». Нужно спешить. Куй железо, пока горячо. Вот так. Увидел – твоя. Берешь – и все, не отпускаешь. Вот. Чё, слушайте? Чё такое семейные отношения для меня? Для меня, короче, в жизни в моей у меня не было длительных отношений. Я как-то умудрился жениться по пьяни. Чё-то, там, лет 5-6 поболтались и даже у меня есть сын. Но ничего хорошего не получилось, понятно, в употреблении. А в трезвости я как-то не приближался, и я боялся, что ли. У меня была 100-процентная уверенность, что я этого не умею делать. И я не хочу даже начинать. И была уверенность такая, что с моей башкой, с моими претензиями, с моими, знаете, как, требованиями что ли: у меня какие-то требования, я, там, какие-то ярлыки, какие-то свойства должны быть у того человека, у второй половины, которых нет на земном шаре ни у одного человека. И я такого человека точно не встречу. Это не реально для моей башки вообще найти вторую половину. Я тут со своей головой еле уживаюсь, да?.. каждый день.

Ну, вот. Чё? Закрутилось-завертелось. И как Программа и спонсор говорят? Мне нужно быть последовательным: сказал «а» – отвечай за свое «а». И понятно, у нас, там, роман, и все как-то: забурлили эмоции и все. И мы решили жениться. И все уже – никуда не денешься. Ну, чё? Жениться так жениться. (Смеется. – Прим. ред.). Ну, это так все – ремарка была шуточная. В общем, прошел год, и мы женились. И у нас семья такая, знаете, как? На скорую руку лепим. И у нас есть, там, я точно понимаю, что у нас как бы есть одна цель: ну, вот идти по этому пути. Нелегко. Я точно скажу, мне нелегко, часто бывает нелегко. И бывают какие-то такие засады, из которых кажется, что в моменте тяжело выбраться. Но если открывать главу «Новые отношения в семье», там есть такие фразы, когда все возможно, если иметь терпимость и звать Бога в отношения.

Ну, чё? Как-то не знаю. Лучше спикерскую разложить – это можно все разложить, рассказать, как мы живем? Как у нас получается строить отношения – это долго, наверное, все будет? А вот вкратце хочется сказать: ну, как? Ну, вот живем да живем. Нормально все. Ну, конечно же, трудности бывают. Мне мешают, вот лично мне мешают убеждения какие-то мои. Мои убеждения, установки старые, которые я из своей семьи перенял что ли. Ну, понятно, когда маленький рос, я же видел систему ценностей и родителей, и их отношения. А папа у меня был алкоголиком. И я видел эти – ну, мне не нравились отношения. У меня в семье просто атмосфера была хорошая, но часто нехорошая. Да? Там, и до рукоприкладства доходило, и папа-алкоголик – ну, какая может быть семья? Да?

Когда человек – алкоголик. Понятно, что хорошего мало будет. И естественно из этого следует, что я не мог априори научиться строить хорошо отношения. Да? Даже если бы я хотел, но я просто не в состоянии был этого сделать. А сейчас все заново. Сейчас, в трезвости, у нас, знаете, я как в первый класс пошел. И для меня сейчас многие вещи удивительны. Многие вещи пугающие. Многие вещи, с которыми не хочется соглашаться. Много чему учусь я. Каким-то мелочам таким, знаете, когда, там, ну, нужно поднять задницу, когда я привык просто от своего «не хочу» не делать чего-то. Да? Сейчас мне приходится учиться делать это. Потому что все-таки семья – это симбиоз двух людей. А двух алкоголиков-эгоцентриков?.. ну, я за себя скажу как эгоцентрика – это уж точно.

Ну, я знаю, что со мной точно не легко. Я могу, знаете, здесь сказать, что глава «Новые отношения в семье», она начинается со слова «женщины». Да? И мне, конечно, не знаю: я сегодня готов низко поклониться своей жене за ее терпимость и за ее, ну, наверное, терпимость, да. Там, когда бывают какие-то, знаете? Мне кажется, что я мужик взрослый, состоявшийся. А по факту я часто замечаю потом, когда уже что-то происходит, и часто прокручиваю, там, кино обратно, и смотрю, что у меня поступки какого-то капризного ребенка могут быть, истеричного. И мне иногда кажется, что уже крах, и что невозможно, там, ничего вернуть. Точно не получится уже отношения наладить. И я встречаюсь с терпимостью жены и с ее любовью. Это ее проявления такие ко мне, что очень ценно, конечно. Подулетел немного. Я скажу, наверное, знаете как? Самое сложное в отношениях в семье для меня, это сразу развернуть.

Когда я себя чувствую плохо или мне что-то не нравится, мне сразу надо развернуться на себя и понять, что от меня зависит, как я себя чувствую. Не от людей от других. Не кого-то пытаться поменять, кого-то построить, рассказать кому-то, как нужно себя вести, знаете, кулаком по столу хлопнуть, сказать: «Я в доме хозяин». Ну, это все от непринятия у меня. Чтобы к принятию, наверное, прийти, это точно звать Бога, и тогда, наверное. Для меня это принятие сейчас – вот я, прям, сегодня думал про это. Принятие для меня – это еще и сжать, там, свои ягодицы, закрыть свой рот и взять паузу какую-то. Потому что в моменте мне, прям, хочется открыть рот и сказать: «Нет, должно быть по-другому». Но когда я набирался терпения и молчу, я пытался свое через какое-то время – знаете, прям, ну, как будто Бог прикалывается с меня. Подкидывает как будто ситуации такие, где мое старое лезет, а я как-то с ним уживаюсь.

Короче, меня отвлекают как-то телеграммы.

Спикер Ирина. Я попытаюсь его удалить вообще.

Спикер Артем. Лучше вообще ничего не делать, кажется. Вот, видите? Так вот и живем мы. Ну, просто монитор еще один рядом, и Ира там чё-то делает мышкой, и я отвлекаюсь туда. Извините, пожалуйста. Вот. Ну,

Спикер Ирина. Ну, прости.

Спикер Артем. Да. Бог простит, и я прощаю. Мне очень повезло, что Ира тоже выздоравливает. И мне, конечно, хочется сказать, что я себя хорошо чувствую – значит, все в отношениях хорошо. Нет. Понятно: есть второй человек. И мне важно понимать, что я женился и я живу с таким же человеком, как и я. Да? Который болеет болезнью такой же, как и я. Да? И мне нечего удивляться каждый день или через день, когда происходят какие-то неприятные события. Мне нечего удивляться этому. Мне достаточно только посмотреть на себя, как я себя чувствую. Стабильно ли я себя чувствую? Каждый день классно: каждый день улыбаюсь, каждый день я просыпаюсь утром, и иду с улыбкой в мир. Да? Ну, нет. У меня такого нет. Чего я могу сейчас ждать от отношений, от участия в отношениях, от семьи от своей. Да? И для меня это нормально становится, когда я понимаю это, что я не один такой. Но я чаще вижу все-таки, мне кажется, что Ира поадекватней, чем я. У нее побольше терпимости несмотря на то, что она женщина. Хоть и говорят, женщины покапризнее. Но терпимости у Иры не отнять. И это, конечно, дорогого стоит. Для меня это точно проявление любви.

И знаете, хочется все время научиться любить. Я ж понимаю, что я этого не умею делать. А мне кажется, что умею. Мне кажется, что я такой весь это: прям, любовь дарю, хожу. Но я вот замечаю – у Иры есть папа, и я замечаю, как он ее любит. И я вот на это обращаю внимание, знаете, на эту безусловность. И вот эта вот разница, когда родители любят ребенка безусловно, и как люблю я. Я люблю все равно чаще с условиями какими-то. Или вот, когда у меня плохое духовное состояние, у меня вот эти условия какие-то всплывают. А я сделаю вот так. Или не так. Или какие-то вот эти баги свои из старой жизни. Ну, чё: 25 лет быть в измененном состоянии? Ну, чё, там, может психика моя чё-то хорошего выдавать. Да?

И я вижу, как Иру папа любит. Да? Поэтому я готов в любую секунду все сделать? У нас спокойно и всегда с улыбкой? Нет. У меня этого пока еще нет. Классно, что в Анонимных у нас написано, что не все так и гладко со старта получается. И мне где-то спокойней от того, что, ну, у нас, там, есть один пульт на двоих. Да? Вот мы идем и стараемся не сбиваться с этого пути, как бы что ни происходило. Мы скандалим. У нас бывает разное. Мы, ну, проходим: у нас, не знаю, мне кажется, это у большинства семей так. Я не могу за других говорить, но почему-то кажется, что это у многих так. Да? Но мы вдвоем для этого все делаем. Стараемся, вернуться к этому механизму, когда, знаете, две шестеренки зацепляются, и это называется механизм. И мы все равно, даже если провал у нас есть какой-то в отношениях, каждый знает, чем ему заняться в этот момент: пойти делать Четверку, звонить спонсору, выводить сначала себя в нормальное состояние, а потом уже стараться коммуницировать, возвращать отношения в нормальную работу. Да? Вот.

Чё-то я хотел сказать еще, заумное вспомнить. А чё про детей мне говорить? Я не знаю, чё про детей сказать мне. У Иры есть трое детей. У меня есть тоже сын от первого брака. И он живет не с нами. Как-то Бог так дал нам такую ситуацию, когда я ж у Иры появился год назад в их семье, и я боялся столкнуться с этим непринятием детей. А тем более, там, пубертат: 14 лет ребенку, дочке старшей. И 11 лет, 6 лет. И как-то я, с одной стороны, переживал, с другой стороны, мне как-то: ну, как будет, так будет. Но я сейчас все больше удивляюсь, как вот Бог все укладывает, знаете, вот отношения складываются очень хорошо. Мне лишь нужно немного усилий прикладывать, убирать старого Артема и стараться пихать больше Программу. И я скажу, что «Новые отношения в семье» – это та глава, которая дает ответы на все вопросы, которые волнуют.

Я не верю, что может быть гладко. И опыт показывает впередиидущих, что сколько бы лет ни были трезвые, какие-то семьи есть, у кого-то классно. Я не знаю, правда. Я за себя скажу, что мы стремимся к совершенству, мы стремимся, чтобы у нас все хорошо было. Сталкиваемся с трудностями. И какие-то трудности, я думаю, что уже в конце спикерской по вопросам в этом лично, может быть, будет интересовать конкретно. Об этом, конечно, поделюсь опытом. Это, знаете, как, для меня открытие было сумасшедшее. Когда мы только познакомились с Ирой, я приехал в Норвегию. И сразу же здесь на какую-то временную работу устроился попробовать. А здесь погода такая дождливая. И я помню, я еду в машине. 6 утра, темно, идет ливень. И знаете, я в такой жалости к себе. Ливень, а у меня, там, еще 2 слоя одежды, потом комбинезон какой-то непромокаемый. Вот. И целый день под дождем работать.

И я вот еду в 6 утра и думаю: «Сейчас целый день работать под дождем. Еще какие-то доски таскать». Думаю: «Все, ненавижу эту жизнь. Все». И проходит год, и я еду на этой же машине, на этом же Фольксвагене, в эти же 6 часов на эту же работу. Идет такой же дождь, точно так же темно. Я в этой же одежде во всей. Ну, в такой же. Не в этой же, а такой же. Вот точно так же одет. Вот абсолютно все один в один. Просто второй кавер. И я еду, у меня улыбка до ушей. И я такой счастливый! Просто два состояния разных. Одна и та же фотография, но два разных состояния. И у меня сзади такой щелчок: бл*н, ну, это ж – ну все в моей башке. Вот абсолютно не влияет на меня ни дождь, да? Ну, чё-то, там, может повлиять. Да? Но если раньше в употреблении я на это все велся.

Я смотрел в окно: капли по стеклу эти капают, мне так грустно на душе становится. Жизнь такая какая-то ужасная. Депрессия какая-то, жалость, но сегодня, конечно же, всего этого нет уже больше. Ну, а опора все время на Программу. На Программу, на вас опора, на ваш опыт, которого нет своего. Опыт новый. Я сегодня беру каждый день какой-то опыт. Точно, я эту фразу запомнил тоже из «Новых отношений в семье», когда Генри Форд, там, сказал, что, там, типа ошибки можно совершать, и опыт – это наивысшая ценность в жизни человека, если его правильно применять потом. Понятно, если я буду каждый день, там, заходить и биться об дверь головой, да?.. об косяк двери, и каждый день потом удивляться, что у меня шишки на лбу, ну, открой дверь сначала тогда. Как-то так, наверное. Вот. Я, наверное, буду заканчивать. Я сейчас Ире слово передать. Ириш, ты готова?

Спикер Ирина. Я да.

Спикер Артем. Спасибо, ребята. Я, там, в конце на вопросы с удовольствием еще поотвечаю.

Спикер Ирина. Спасибо, Артем. Да, вам всем привет. Меня зовут Ира. Я алкоголичка. Спасибо огромное за возможность делиться опытом, за доверие. И, да, я извиняюсь еще раз, что без камеры. Я чё-то первый раз за много лет. Меня как бы смутила вся эта история. И я вот тоже думала, что там сейчас серия спикерских идет, и семейный пары делятся. И у них, там: уже 7 лет, 10 лет они вместе. Да? Я и такая еду в машине, считаю, что мы год и 5 месяцев вместе. Думаю: «Нет, ну, звучит, как бы мало. Да? А вот по ощущениям как бы, ну, столько было событий, что как бы уже и опыта очень много кажется». Мне вообще кажется, что Бог меня ведет экспрессом в этой Программе. Иногда мне кажется, что вот, ну, если бы я не зацепилась за этот шанс и не стала выздоравливать, то я бы умерла первая в семье нашей от этого заболевания. Очень близка я была к смерти и очень желала ее.

И вот свершилось чудо, и я стала выздоравливать. И когда я пришла в Программу, я разводилась с бывшим мужем, Царство ему Небесное. Артем вот говорил за детей, но он не сказал, что как бы вот они потеряли своего отца. Вот. И это тоже какое-то такое для меня было. Когда мы с Артемом начали отношения, да?.. его отношения с детьми играли для меня очень большую роль. Я очень сильно присматривалась. И мне было очень ценно то, как он общался с детьми. Изначально и то, как он общается с ними сейчас – это было очень важно, когда мы начинали наши отношения. И вернусь немножко в начало. Вот тогда, когда я пришла в Программу, я разводилась. Я была в процессе развода. И в общем-то начала выздоравливать. И Артем начал. У него не было отношений. У меня тоже не было отношений. И все, что я слышала про отношения, меня очень сильно пугало.

То, что я видела, что происходит с девочками, с женщинами, которые доверились идти по Шагам, когда они уходили в отношения на ранних сроках выздоровления, меня это пугало. Да? Я понимала, что очень легко запихнуть в эту дыру, да? У меня вот в душе дыра размером с Бога. В нее кайфовей всего запихнуть даже не деньги, не успех, ни власть, ничего, а вот другого человека. И вот на этом кайфонуть, да? То есть без подготовки, я так поняла, в трезвости в отношения лучше даже и не соваться. И я очень благодарна своим впередиидущим, и Бог меня вел: вот это где-то год был трезвости, начались вот эти потери в семье. Вот. И мама моя ушла от нашего заболевания. И в общем-то я помню, что когда-то мне казалось, что я вообще не хочу никаких отношений. Я боюсь.

Я смотрела на все это и думала: «Да ну его наф*г». Как ни посмотришь – ужас какой-то. Да? И в какой-то момент мы зашли со спонсором в Традиции. И она параллельно мне давала тоже Традиции в отношениях. И когда я эти Традиции в отношениях читала, смотрела, я понимала, что это какой-то такой гиперуровень духовности, что это сто на ноль, да? Что это про отдавать, это про терпимость, это про принятие. И я еще очень благодарна своему спонсору за то, что мы когда делали сексуальную инвентаризацию, я писала идеал отношений. Я его несколько раз переписывала. Каждый раз это было две колонки: что я хочу от партнера и что я готова дать? И потом как бы отдельно тоже: какого мужчину хочу? Причем она мне говорила все время: «Пиши, что хочешь. У Бога есть все». (Смеется. – Прим. ред.). Вот. И все равно я это писала.

И если были какие-то такие моменты, то типа: «Наф*г». А потом: «Ну, может, и надо?» Ну, вот это моя шизофрения. Вот. И когда я писала эти две колонки, каждый раз она мне говорила: «Ты посмотри на ту колонку, где ты наделила этого удивительного мужчину всеми этими качествам. Ты скажи мне: в тебе это есть?» Ну, я как бы закрывала, да? И стремилась к тому, чтобы у меня это было. И еще был такой момент очень важный для меня, так, вот если честно посмотреть на всю эту историю, там, до вот этих представлений, которые были вбиты в мою голову, что надо удачно выйти замуж, обязательно за богатого. А с другой стороны, у меня было такое представление, что все мужики, они думают, что женщины с ними только из-за денег. Да? И вот между этими двумя какими-то непонятными для меня установками, которые мне навязал тот мир, я двигалась по жизни и сходила с ума.

С одной стороны, я хотела быть независимой. С другой стороны, мне бы все-таки хотелось быть домохозяйкой. Я сама, короче, не понимала, а чё я хочу вообще от отношений. Настолько у меня было в голове забито всякими какими-то, ну, как Артем говорил, этими, ну, установками, какими-то, там, как принято, как надо, какое, там, веяние. Мне надо было от всего этого отказаться. И я училась Божией милостью, конечно, это все, благодаря Программе, полагаться во всем на Бога и на свои действия. И это касалось всех сфер моей жизни: финансовой, эмоциональной, психической, моего физического состояния. То есть Бог меня так вел, и это дало мне такую хорошую опору для того, чтобы все-таки, смотря на мужчину, видеть в нем ребенка Бога, видеть в нем душу человека, как оказалось.

Ну, потому что я уже в Программе поняла, что мужчина – им надо то же самое. Они хотят любви, они хотят принятия, заботы. И правда, что они хотят, чтобы их не любили за деньги. Они всего этого тоже хотят. И вот это то, что мужчина сильный, там, чё-то – ну, вот это, кто кому чё должен. А в общем-то когда-то это сильно мешало мне понять то, что я хочу в этой жизни. И когда я написала потом со спонсором еще Шаги эмоциональной трезвости, там опять я переписывала все эти идеалы и все остальное. И я могу сказать, что то, что Бог подарил мне встречу с Артемом. Я потом как-то думаю: «Дай-ка загляну, чё я туда понаписывала?» Он мне дал то, что я заказывала, можно так сказать. И Артем сказал уже, что мы познакомились на форуме. И это был первый раз. Во-первых, я туда не собиралась до последнего. У меня было очень тяжелое лето. Да? Там, отпуска, и мне очень тяжело по работе. Я очень сильно изматываюсь.

И моя подруга говорит: «Да, езжай, сейчас все уже выходят из отпусков». И я посмотрела, и за неделю до форума купила билет. И это первый раз. Я ехала, а у меня в башке крутилось только одно: увидеть там алкоголиков, сходить на живые собрания; это Болгария, это близко к моей Родине; это Черное море, там, покупаюсь. Я ехала туда именно с этой целью. И даже в первый день, я помню, там, все встречи, когда мы все разговаривали. А одна, там, была в разрыве в отношениях. Я на нее смотрела: ей так было больно. Я думаю: «Господи, да ну их, эти отношения». Сказала я за 3 часа до того, как Артем позвал меня на кофе. (Смеется. – Прим. ред.). Ну, так, я утрирую немножко, да? На самом деле где-то за год до…

Спикер Артем. Не за 3 часа.

Спикер Ирина. Да, за 4 часа. А за год до встречи с Артемом в июне месяца (то есть, там, год и 2 месяца), я стояла на коленях и, я помню, очень сильно просила Бога никого ко мне не подпускать и мне никуда не вляпаться, чтобы не сбиться с трезвости. Говорила: «Я не хочу. Боже, я так боюсь. Боже, я не хочу, прошу Тебя». Ну, вот, оберегай меня, да? И мы когда в Болгарию – оказалось так, ну, мне кажется так. Я надеюсь, что нам никто не подстроил это. (Смеется. – Прим. ред.). Но как я это вижу, я прилетела в четверг. И в субботу мы спикерили с ним. Сначала спикерила я, по-моему, а потом спикерил Артем. И я сидела и слушала его спикерскую, прям, очень сильно вслушивалась. Мне настолько было важно понять ценности этого человека. Конечно, услышать его историю. И я очень сильно как бы прониклась, и увидела в нем себя.

И знаете, вот традиция, когда мы шли со спонсором, там была такая фраза классная: быть собой рядом с тобой. Я не понимала, что они имеют в виду. Но я это поняла, наверное, где-то, там, уже, может, было полгода нашим отношениям, что я рядом с ним могу быть собой. Вот разной. Я могу эти маски на себя, да? Он, правда, очень сильно удивлялся, наверное, какой я могу быть. (Смеются. – Прим. ред.). Ну, потому что семья, эти новые отношения. Ну, мы, правда, экспрессом это все. Мы женились, когда мы еще год не были знакомы. Но нам по-другому не было бы быть вместе так, физически, рядом, да? Эти расстояния. Ну, в общем нюансы определенные. Но суть в том, что мы узнавали вот это все очень как бы вот таким экспрессом. Опять, мы не знали вообще друг друга: какие мы в быту, какие опять же проявления вот этой любви на этих пяти языках.

Я тактильная. Мне надо обнять, мне надо пощупать. А он вообще не тактильный. Там, прям, драма у меня была по этому поводу. (Смеются. – Прим. ред.). Я чуть отношения в начале пути нашего, там, это. Я думала: «Все, он меня не любит. Он меня отвергает». Ну, короче, там, прям, очень серьезную работу я проводила над собой. Я как алкоголичка не умею еще говорить о своих желаниях. А сейчас я анализирую, понимаю, почему так в отношениях. Меня быстренько может и понести. Во-первых, чего я боялась? Поставить его на роль Бога. Уйти в это употребление им. И понятно, что я в это употребление нырнула. Однозначно. Я это сильно, ну, я к этому готовилась. Я понимала, что такое может быть. И мне надо было делать очень много действий. Как только я слетала за мыслями, я сразу же останавливалась. Я звонила спонсору. Как только я начинала сидеть и ждать от него сообщения, контролить, я молилась, переключалась на следующее правильное действие.

Короче, я бы так еще для себя понимаю, что за эти 1,5 года я очень сильно духовно выросла. Мы как бы друг об друга духовно растем. И в Традициях, там тоже Первая традиция про единство. Там, единство целей. Я недавно у него спросила, говорю: «А у нас-то есть? Какая у нас главная цель?» И он такой подвис. А у меня уже в голове был ответ, потому что я думала об этом, и я не могла себе дать ответ кроме того, что я хочу пройти этот путь с ним. Ну, вот, что бы ни было, как бы то ни было, я хочу попробовать пройти до конца вместе. Он не знал этого. Да? Но он подвис. А потом и сказал: «Ну, не знаю, я хотел бы с тобой уже до конца пройти». И я поняла, что у нас есть это единство целей. И, конечно, важно вот это желание – быть вместе. И этот вопрос задавать себе честно в первую очередь. Понятно, что Программа переформатировала все мои представления о том, что такое любовь.

Я понимала, что эйфория пройдет и наступит жизнь, и в ней будет очень много нюансов. И вот что я готова сегодня для этого делать? Артем говорит, что ему кажется, что я более терпимая. Да я просто думаю, что я более сумасшедшая. И мне надо очень много работать над собой. На сегодня во всяком случае я готова дальше идти этот путь. Как он идется? Это каждый конфликт – это Десятка, это Четверка. Это опыт других. Это молитва. Это работа по Шестому-Седьмому шагу. Это повторять себе, что сейчас ему плохо, вот эта соза включается. Если мне сейчас плохо, то это потому, что я что-то не так. весь мир вокруг меня крутится, да?.. вокруг любимой. Это вообще не связано со мной. Да? И вот мне очень нравится, что в какой-то момент мы научились это говорить друг другу. Ну, не знаю, не помню точно, но это заняло время, пока мы доперли, что в эти моменты надо сказать друг другу: «Мне сейчас плохо, но это вообще тебя не касается». Чтобы другой человек мог идти заниматься своими спокойно делами. Ну, что, не так?

Спикер Артем. Так. (Смеются. – Прим. ред.). Какой ты еще ответ ждала? Конечно, так.

Спикер Ирина. Ты меня сбил с потока (Смеется. – Прим. ред.). И это вот такие мелкие, не то, что мелкие, это важные вещи такие. Как вот Артем тоже говорил по поводу утра, да? И я вот тоже смотрю на своего папу, но он у меня созик стопроцентный. Это человек настроения. (Смеется. – Прим. ред.). И вообще я сейчас услышала, это тоже для меня является важным моментом. Но это было и как бы у меня в каком-то понимании, когда я думала про Артема: «Почему, я не могу себе этого объяснить, почему я готова столько делать?» Но я думаю потому, что меня Бог к этому подготовил. Так вот утром я просыпаюсь алкоголичкой. И зачастую в разной степени я испытываю недовольство, раздражение. И вообще мне кажется, что у меня сил ни на что нет. И очень часто мы молча встаем и уходим каждый молиться, да? (Смеется. – Прим. ред.). Потому что, ну, мы такие люди, мы очень больные. Да?

И мне надо, прям, время пойти и помолиться, почитать Одиннадцатые шаги, попить кофе, покурить, посидеть. Короче, прийти в сознание. Да? Поймать вот этот контакт с Богом через определенные действия. И о! Каким-то чудом во мне появляются силы. Силы действовать, силы промолчать или силы сказать: «Доброе утро». Вот если я раньше встала, я, прям, напоминаю себе: «Ир, ну, скажи ему доброе утро. Ну, обними его». Но у меня плохо это получается. (Смеется. – Прим. ред.). Но, как бы, мы работаем в этом направлении. Ну, я. Давайте я за себя буду говорить. Работаю в этом направлении. Ну, потому что больная, да? И очень часто мне надо напоминать себе, что и он нездоровый человек. И мне надо помнить это, когда я начинаю тоже в обидки какие-то впадать, еще чё-то. Еще очень часто мне, прям, язык чешется подкорректировать его выздоровление.

Здесь вообще держите меня семеро. Ну, то, что мне сказали в самом начале старшие семейные пары, которые мне нравятся: «Ни в коем случае. Самое последнее, что ты можешь сказать, это иди к спонсору». Но, вот это тоже я еще увидела. Я подумала: «Я вообще немстительная. Я ж такая добрая. Я незлопамятная». Вот именно с Артемом я увидела, что я злопамятная, мстительная. Я обалдела. И когда он мне замечание сделал по поводу моего спонсора недавно, я думаю: «О! Он же мне сделал один раз. Значит один раз я могу ему предъяву выписать». (Смеется. – Прим. ред.). Ну, короче, я веду этот счет. И я так благодарна Богу, что Он мне это сегодня открывает и помогает мне делать правильные действия. Я помню еще такой момент был с этими обнимашками. Я уже достала своего мужа, конечно, с этими «пощупай мне спинку».

Но честно, уже сегодня я, когда он говорит «нет», у меня нет такой болезненной реакции. Но хотя он стал реже говорить «нет». (Смеется. – Прим. ред.). Но я помню, тоже это было недавно, когда я такая: «Можно обниму?» И вижу ж: ну, плохо человеку, чё ж ты сунешься. Нет! Вот, а мне надо, да? Он такой: «Я не хочу сейчас». Я сказала: «Да? Ну, ладно». И я такая: «Ну, чё? Нормально. Мне вообще не обидно». Вот это внутри: иду, с собой разговариваю: «Нормально. Не обиделась». Пошла, там, что-то делаю. И на следующее утро мы собрались. И тут он подходит ко мне и тянется меня обнять. Я такая: «Я не хочу сейчас». И в моменте останавливаюсь, смотрю на него и говорю: «Это я сейчас тебе отомстила. Ты меня прости». Эта болезнь, она настолько сильная. Она выскакивает быстрей меня зачастую.

Кстати, даже в этой ситуации я благодарна Богу, что в моменте я это ему сказала и признала. Мне надо видеть и признавать вот эти свои недостатки. Мне последние 2 недели казалось, что вообще у меня дзен полный. Так духовненько мы идем. И только я начинаю заигрываться в эту духовность – короче, вчера у нас случился конфликт, и я здесь такая духовная орала «нах*р-зах*р» с пеной у рта. И причем, знаете, когда это происходит, вот это чудовище орет, а внутри я такая сижу выздоравливающая. (Смеется. – Прим. ред.). «Ну, не надо, ну, не надо, Ира, не делай этого». Ну, бывает, то есть как бы это мне такой звоночек о том, что мы не излечились от алкоголизма. О том, что у меня отсрочка приговора. И у меня есть только сегодня. Что я сегодня могу сделать для этих отношений? Кстати, после вчерашнего конфликта я сегодня утром очень много молилась и медитировала, и дышала. И, прям, вот думала: «Тебе хочется идти выяснять это? Тебе хочется, чтобы что-то ему сказать?»

И потом я понимаю, что я прям к Богу: «Господи, пожалуйста, помоги мне. Я не понимаю. Я вроде и хочу, но я не могу понять, где выздоровление, где болезнь. Что мне делать?» И, прямо, мне пришел внутренний какой-то ответ: «Вообще не говори ничего на эту тему. Ну, вот оставь на сегодня. Ну, не говори. Зачем это поднимать? Придет время, вы договорите то, что надо». У меня бывает часто перекос по служениям. Я, правда, очень сумасшедшая. И мне надо очень много выздоравливать. Мне надо служения, мне надо – я работаю с другими. То есть я и со спонсором созваниваюсь, мне звонят алкоголики каждый день. И я помню, такой был момент, когда меня повело. И я, прям, еще приходила с работы и сразу наушник, там, семинар. Короче, и Артем подошел, мы начали эту тему обсуждать. И когда он мне что-то – у меня первая реакция этой гордыни: ты чего это, ниф*га себе?

А потом я такая: отошла, помолилась, пописала, посмотрела и поняла, что как бы, ниф*га себе, а он-то прав? Ну, меня увело как бы в запой такой выздоровленческий. И мы сели, обсудили, кого мы хотели проводить в это время. Там, оба возвращаемся с работы, да? Что надо же, ну, вместе его проводить, вместе иногда смотрим сериал какой-то. И вот это время, мы должны себе его находить. И это очень важно. Это выздоровление в семье. Что опять же либо семья сойдется на этой духовной основе, да? Мне надо учиться, напоминать: я эгоцентристка. Да? Бога об этом просить. За день спросить у каждого: да, что у кого сегодня? У кого какие планы? То есть как бы вот постараться во всяком случае двигаться в этом направлении. И понятно, что дети у меня, да? Они как бы анонимные пассивно-выздоравливающие автоматически. (Смеется. – Прим. ред.). Да?

Они были, они знают, они ездили со мной вот сейчас на форум. Они понимают даже, что такое Девятый шаг. Они тоже много чего знают. И очень классно, если мы говорим про семью, да?.. то, что мой прогресс такой за эти 4 года, я не знаю, я мама так себе, вообще не очень. Ну, я знаю, что дает результат у меня: с самого начала учили, что ты должна их любить, воспитывать себя. И я учусь просить помощи в каких-то ситуациях с детьми. Но я знаю совершенно очевидно сегодня, что если я не встану в конфликт со своей дочерью, в спор сразу, видя, что она завелась или что она сейчас не права, а тихо скажу, там, про себя: «Мне сейчас неприятно то, что ты говоришь». Или: «Прошу тебя, не говори со мной в таком тоне», – и все, больше не стану ничего делать, знаю точно, моя дочь придет и извинится. Это вообще удивительно. Да? И как бы дети, они считывают, они повторяют. Ну, и наследственность тоже никто не отменял, да? Что еще по отношениям такого сказать? Ну, да, я говорила, что очень достаточно быстро, быстро-быстро нас так… Нет, что-то другое? Съехала я с темы. Да, на детей перескочила и потеряла эту волну. Что еще добавить?

Спикер Артем. Мы точно, знаете, вот всегда (добавлю еще). Мы точно за это время, пока мы вместе, да?.. сколько? Ну, были эти моменты неприятные. Мы точно ни разу не сказали друг другу, что мы разводимся или наф*г это все, это не нужно, типа, дурная затея и это все в общем такое, там. У нас, прям, такой запрет у обоих. Не знаю, я просто это слышал, со мной этим опытом делились или я услышал где-то в спикерской, не помню, от впередиидущих. И я это правило, прям, применяю. От Иры я не знаю, ну, мы с ней не договаривались об этом. Но мы по умолчанию это не делали. Вот. Ну, это вот очень важный момент. Потому что я еще в начале спикерской сказал, что нужно быть последовательным. Это мое личное такое, вот для меня такое правило. Если я уже сказал, мне нужно отвечать за свои слова и делать, если я об этом сказал. Вот. Как бы потом ни хотелось вернуть обратно, да?.. и забрать свои слова обратно. Но для меня это не работает. Ну, мне сегодня помогает пауза, знаете. Пауза, чтобы лишнего не наговорить. Конечно, это дорогого стоит: эта пауза. Короче, все крутится вокруг выздоровления. Отношения без выздоровления – даже смешно представить, какие бы отношения можно построить. Я бы и трезвый не смог бы жить, вот честно, без Программы, без вас. И есть что дополнить?

Спикер Ирина. Да. Я вспомнила. Ты сказал, что ничего не будет. Да, если не будет Бога, Программы на первом месте, ничего не будет. То есть я это совершенно четко осознаю. Вот. То есть, ну, это просто это для меня это дорога в ад. Ну, я не хочу в этот ад. Мне нравится идти этот путь, нелегкий путь к счастью, как написано в нашей Книге, трезвой. Быть трезвой с Богом мне нравится. Я хочу поделиться: вот вспомнила, что здесь русскоязычной группы нет. И слава тебе, Господи, даст Бог, все хорошо: на следующей неделе у нас будет первое собрание с Артемом. Вот появился, да?.. второй алкоголик в моей жизни, и мы откроем эту группу. Это, прям, для меня это чудо чудное. И еще хотела тоже добавить, ну, мне 44 года. То есть мы познакомились, мне было 42, да?

Короче. Я к чему это скажу? Мы познакомились уже в зрелом таком достаточно возрасте. Да? И я вообще, когда думала, допускала какие-то отношения, я вообще не представляла себе, как построить отношения с неанонимным, да?.. с человеком, который не знаком с Программой. Потому что в моем случае выздоровление и Анонимные Алкоголики – это часть моей жизни неотъемлемая, просто встроенная, да? Тут как бы рядом анонимный, и то меня перекашивает, подтормаживает. Для меня это было так важно: вот эта основа тоже. Ну, это в Традициях меня спонсор, там, подраскручивал, пока я все не понимала, что вот эта привлекательность… это очень важно, чтобы для меня был человек интеллектуально, эмоционально и сексуально привлекательным.

И Артем мне таким сразу и показался, таким и является на сегодняшний день для меня. Это очень важно. То есть я поняла, что вот эти сферы, когда они совпадают в быту, вот это все – это гиперважно. Ну, я очень сильно присматривалась к этому. Но я верю, что это Бог нас подбирал друг под друга. Но эти вещи, они важны для меня. И мне легко находиться рядом с ним. И это свобода такая. И еще, наверное, очень важно для меня лично: это недавно, но, я к этому готовилась… Но, что я хочу сказать? Давать свободу другому человеку. То есть если бы я все свои чувства на него вывалила, он бы сбежал просто наф*г. Я бы его удушила просто, если бы мне нечем было в жизни кроме него заняться. Или как-то пытаться переложить на него ответственность за какие-то всякие свои состояния – ну, эта схема нерабочая.

То есть я очень благодарна Богу сегодня, что стараюсь во всяком случае дать ему свободу вот эту. То есть мне есть чем, там, заниматься. Он занят, я занята. Мне очень важно, что, когда я говорю, у меня, там, спикерская или я читаю – это вообще без вопросов. Да? Все понимается. И самое, наверное, важное еще, главное – то, что я с ним могу свободно говорить о Боге. Да? Вот это, прям, не смущаясь и понимая, что он понимает, о чем я говорю. Так что главное – это Бог, выздоровление, мой контакт с Высшей Силой. И тогда Бог мне дает вот этого терпения. Это удивительно. Артем отметил, но это только благодаря Богу. Я очень эмоциональная, я очень вспыльчивая, я очень обидчивая и, как оказалось, еще и мстительная. (Смеется. – Прим. ред.). Поэтому если бы не выздоровление, то ничего как бы этого не было. Но мне нравится идти этот путь. Это очень больно, да? Вот в отношениях вот эта боль, она очень острая. Но как бы Бог делает то, что я не могу. Вот. Я думаю, вот это, наверное, все, что я хотела добавить. Еще что-нибудь?

Спикер Артем. Мы сейчас ехали, перед спикерской ехали с другого города, добавлю чуть. Ехали, и темно в машине. Знаете, музыка так тихо играет. И мы вдвоем ехали, разговаривали, разговаривали, там, чё-то. Ну, а едем, там же все это: к вам успеть, там, приехать, сесть, поспикерить, поделиться опытом. Едем, там, музыка играет. Мы разговариваем, разговариваем. Чё-то: раз – замолчали вдвоем, и минут, наверное, 10-15 такая тишина в машине. Ира поворачивается ко мне, говорит: «Чё, спикеришь?» (Смеются. – Прим. ред.). И мы вдвоем как начали ржать. Знаете, мы уже, короче, спикерим часа 3, наверное, с вами.

Спикер Ирина. Да, да, да, готовились. Ну, это классно, что есть такие базовые вещи, которые, ну, другой человек может принять. Ну, недавно я тебе, там, крякнула, что у меня Бог и Программа на первом месте и все. Ну, другой бы мог обидеться. Но я думаю, что на этом вроде бы все. И по регламенту тоже смотрю как раз, где-то так было время нам. Тогда, если будут вопросы, мы ответим. Если нет, то послушаем.

Ведущий. Ира, Артем, спасибо, дорогие, что нашли время, что пришли, что поделились. Очень полезно. Значит, ребят, ставим единички, я буду давать вам микрофон. Или пишите вопросы. Так, Никита поставил. Сейчас я найду. Не вижу, Никиту. Никита, сам себе включай микрофон.

Вопрос. Никита, алкоголик. Бл*н, гипер. Неожиданно, шокированно, приятно и удивительно оф*генно. Там такой спектр эмоций – зашкаливает на самом деле. Слышать и тебя, и твоего супруга. Я очень счастлив искренне за то, что у вас семья. Это круто. Это большое чудо света на самом деле. Потому что я просто помню свой опыт. Я очень благодарен за спикерскую. Доф*га, на самом деле, чего вы мне открыли на слуху, искренне. Доф*га мне чего разжевали, положили на ладошку. И мне Бог такой сказал: «Бери! Забирай». Но вопрос такой все-таки мне интересен. Я вначале, когда знакомился с противоположным полом, с партнером, при общении, когда я начинал писать сообщения, когда начинал общаться, меня очень крыша съезжала. В плане чего? Я эмоционален. В плане эмоционального контроля. Как будто бы в идеале я так думаю: «Боже, я тебе отдал все. У Тебя результат».

А такое чувство, как будто бы мне где-то все равно ожидаю чего-то. Вроде бы сообщений не ожидаю, но все равно такое ощущение, как будто меня куда-то несет. Я думаю: «Я здесь и сейчас. Все в порядке». А потом через полчаса примерно, решаю, там: «Ну, поставлю паузу, давай я возьму паузу, подумаю и все». Беру паузу, удаляю чат. Меня хлоп – обратно возвращает. Как будто я в осознанное состояние попадаю. Чё, развод такой? Будто в начале знакомства у меня такое состояние, как будто непонятно: захватывает такое чувство, что я бухнул. Но я не бухнул. Я не бухаю. Спасибо большое.

Ответ Ирины. Да, Никит, спасибо большое. Рада тебя слышать. Артем, ты?

Ответ Артема. Говори.

Ответ Ирины. Я немножко, честно, не совсем догнала вопрос. Ты имеешь в виду, что в начале как бы, ну, потребляешь, бухаешь отношениями? Да? И тебя туда-сюда мотыляет?

Вопрос. Когда, допустим, общаешься с человеком, он чё-то не отвечает. Я этого не ожидаю, хочу встречи с человеком. Пытаюсь. Но внутренне контролирую. Знаю, что только сегодня, там, и так далее. Но меня как будто что-то разгоняет. Ощущение такое есть. То ли чувство, то ли разговор. Я уже знаю, что у меня есть план дня, знаю, что есть день, знаю, что есть тренировки, пятое-десятое. Я как будто улетаю в нее. Чё это такое? Я не понимаю.

Ответ Ирины. Да. Ну, да, это эмоциональный запой и контроль. И еще это контроль. Я хочу контролировать. Понимаешь? То есть у меня в начале такое было, Я очень сильно это отслеживала. И я немножко сказала об этом в спикерской, что, ну, во-первых, все время хочется, чтобы все время человек был рядом. Ну, мне так хотелось. Но мы рядом не могли находиться, там, физически. Поэтому моя голова как обычно и в этой ситуации заточена под какие-то не очень хорошие ситуации, да? Что он делает, пока я его не вижу? Ну, это контроль. Я хочу контролировать, и я хочу все знать. И я хочу получать тогда, когда я этого хочу, в то время, когда я этого хочу. И конечно же, допустим, если я чего-то жду, то я уже ничего не могу сделать. Я уже начинаю туда лететь. А время-то летит. Ну, то есть, допустим, я очень отслеживала это по времени.

Вот, допустим, я приезжаю на работу и написала ему: «Доброе утро». Вот это вот. А он не отвечает. Да? Ну, вот он не отвечает, чё-то по работе. А через полчаса глянула – ответа нет. И вот я начинаю контролить. И мне становится плохо. Да? Вот. Это проявление болезни. И я себя буквально за шкварник возвращала в то, что я должна сейчас делать. Потом проходило еще пару, допустим, там, или час-полтора. А он не пишет. Я начинаю звонить, а он не отвечает. Ну, все. И с этим мне приходилось работать как с Шестым-Седьмым шагом. То есть я просила Бога: «Господи, избавь меня от контроля. Помоги мне ему доверять». И только через это. Через остановку, через следующее правильное действие. И постепенно я от этого отошла. Постепенно. Очень постепенно. И я бы так сказала.

Ответ Артема. Я добавлю. Привет, Никита, спасибо за вопрос. Слушай, ну, мне то, что я услышал, для меня это то, что у меня похожее было, это, наверное, было, когда я строил ожидания какие-то по поводу чего-либо. И я ж такой, это, раньше был поклонником РЦ. Еще эта тема была, понятно, проходилась, вот. И я тогда еще научился, и для меня это, прям, знакомо, когда я строю ожидания. И я их больше не строю, стараюсь не строить. Потому что для меня строить ожидания, это равно получить разочарования. Потому что если я строю ожидания, ну, если, так сказать, в общем уже если себя на пьедестал ставлю, на уровень Бога: я знаю, как будет в будущем у меня в какой-то ситуации. Сегодня я этого стараюсь не делать. Я могу попредставлять сегодня. Но я точно не ухожу в эту мечту, не ухожу туда, не начинаю бухать этими моментами, потому что я знаю, что может быть больновато потом, если потом как-то не по-моему произойдет. Не так, как хочется. Сегодня я допускаю, что, может быть, да, а может быть, нет. Может быть, будет так как я хочу, а может быть, совсем по-другому как-то. И если я себя в начале останавливаю, то я себя спасаю от разочарования в итоге. Спасибо.

Спикер Ирина. Да, спасибо.

Вопрос. Спасибо, Ира, спасибо, Артем, за ответы. У меня вопросик есть такой к ребятам. Один вопрос, но, надеюсь, вы по очереди ответите. Артем, вот, зачем тебе жена? И Ира, вот, зачем тебе муж?

Ответ Артема. Вопрос от Паши. Паш, ты задаешь вопрос, да? Просто, обращаться к кому?

Ведущий. Да, да, да.

Ответ Артема. Вопрос интересный: зачем мне жена? Слушай, моментами мне кажется – ух ты, какой вопрос ты задал? С подковыркой, да? (Смеется. – Прим. ред.).

Ответ Ирины. Самой интересно теперь. (Смеется. – Прим. ред.).

Ответ Артема. Зачем мне жена? Слушай, ну, я не буду уходить в эти какие-то свои установки, которые, там, раньше, да? Хотя их тоже не убрать. Есть же потребности у человека, и у меня – точно, если базовые какие-то брать. Пирамиду, там, которую Ира помогает закрывать. Но у меня точно не в потребностях одних дело. Потому что, ну, если учитывать, что только в потребностях дело, тогда их может любой человек другой закрывать. Вот. Но я не хочу, чтобы их закрывал другой человек. Я хочу, чтобы их закрывала Ира. И так, как Ира их закрывает, мои потребности. Да? И если брать их, какие-то по пирамиде Маслоу, да? Пирамида Маслоу есть такая: потребности. Если взять эти их все, разобрать, то, наверное, только вот находясь в отношениях с Ирой, да?.. вот в семье, наверное, закрывается большинство моих потребностей, которые не закрытые. Типа так. Спасибо.

Ответ Ирины. Я? (Смеются. – Прим. ред.).

Ответ Артема. Я поумничал.

Ответ Ирины. Зачем мне муж? Да? да, Бог послал.

Ответ Артема. Я пошел.

Ответ Ирины. Не, ну, на самом деле я как бы я ни отрицала: да, ну, зачем мне отношения? Но Бог так создал, да? Ну, нас.

Ответ Артема. Каждой твари по паре.

Ответ Ирины. Каждой твари по паре. Да. В нашей паре я тварь? Да? (Смеются. – Прим. ред.). И, ну, понятно, что хотелось бы как можно чаще видеть, чтобы Артем рядом со мной улыбался, радовался. Я сегодня только ему об этом говорила. И он так засмеялся искренне. И мне это: радость такая, когда ты смеешься. Я не могу это так объяснить до конца. И Бог послал нам эти отношения. И понятно, что когда со мной рядом находится мужчина, то я чувствую физическую безопасность рядом с ним.

Ну, вот я чтила это, кстати, достаточно в первые дни нашего знакомства с тобой. Я какую-то силу такую в нем почувствовала на каком-то уровне, что я почувствовала себя женщиной. И вот это, ну, первые те ощущения. И мне правда очень хочется, ну, максимально сделать его жизнь со своей стороны, да?.. женской, дать ему вот эту женскую заботу, поддержку. Такое вот участие женское. Ну, которое, я бы хотела, и я этому училась, да? (Смеется. – Прим. ред.). Перед тем, как зайти в эти отношения, училась, что, прежде чем от человека что-то ждать, научись это отдавать. И поэтому, ну, и вообще, конечно, я думаю, что это очень полезно для моего духовного роста. Очень. Потому что я хочу очень много брать, а Программа меня учит отдавать. И вот здесь получается такой интересный момент и поле непаханое для этого духовного роста.

И пока мы находимся, ну, почему говорю «пока»: я не знаю. Я хочу, конечно, прожить с ним всю жизнь. Но говоря о том, что, там, самый высокий пилотаж – это, там, еще и отпускать. Да? Если человек хочет, если кто-то из нас, ну, там, не захочет быть в этих отношениях, то надо отпускать. То есть, это вообще для меня не про борьбу, ни про что-то такое. Это про взаимное желание быть вместе. И, конечно, же вместе легче идти этот путь. Это безусловно. Я очень-очень ценю в нем очень многие мужские качества как хозяина в доме. Для меня кажется, что это мужчина из Красной книги на сегодняшний день, у которых руки растут из правильного места. Меня это восхищает. Меня очень восхищает это. Это я что сейчас: признание в любви начала? (Смеются. – Прим. ред.).

Ответ Ирины. Да. Ну, вот, зачем мне муж? Чтобы быть женой достойной? Да? И я учусь этому. Ты меня сбил своими грушами. Так что, да, Паша, классный вопрос, на самом деле. Очень. Зачем мне муж? Затем, чтобы любить его. И служить ему. Верой и правдой. (Смеется. – Прим. ред.). Да, спасибо.

Вопрос. Спасибо, Ира, спасибо, дорогая. Вообще, потрясающе: «Мне нужен муж, чтобы быть женой». Я, прям, записал. Я даже не ожидал. Аж, до слез, понимаете. Спасибо. Я чё еще хочу спросить? Вы знаете, есть такие вот: встречаются люди, женятся. «Ну, он же не дурак. Он же понимает, чё я за него выхожу замуж». То же самое думает и этот: «Она ж не дура. Она знает, так сказать». То есть, не договариваются ни о чем. И есть второй вопрос. Когда это превращается, знаете, в такую вот, ну, бывает иногда такой вот брачный контракт, где все прописано: делай раз, делай два. Как у вас было? Вы договаривались о том, кто будет какие обязанности делать? Или вы какой-то контракт составляли, где делите, так сказать, ну, все обязанности и какие-то, там, другие дела? Спасибо?

Ответ Артема. Спасибо, Паша. Да, слушай, мы составили контракт. У нас есть контракт, там, на 480 страниц. (Смеются. – Прим. ред.). В котором прописано 12 тысяч пунктов. Нет. Ну, это так, пошутить. Ничего мы, серьезно: какой контракт? Двое сумасшедших: встретились, влюбились, конфетно-букетный период – завертелось, закрутилось. Мы через месяц приняли решение жениться после знакомства. Поэтому о каком контракте? И как бы, ну, и все. И как бы начали готовить документы и делать. И переть в эту сторону вдвоем: пхнуть с одинаковой силой. Каждый делал: я был в одной стране, Ира была в другой стране. И каждый на своей позиции чё-то выполнял все, что нужно. По максимуму, там, сжать пытались время, чтобы съехаться, переехаться и жить уже вместе, быть женой и мужем и не расставаться.

Поэтому на сегодняшний день как у нас происходит? Ну, есть у нас, да, договоренности у нас есть какие-то. Все равно есть у меня, там, по умолчанию какие-то – я для себя нарисовал. Ира про это не знает – я для себя нарисовал. Вот. Сейчас вы тоже об этом узнаете. И Ира тоже. Есть, значит, двор и дом. Да? Мы живем в частном доме. Да? И это моя территория. Моя территория – моя ответственность. Там: гараж – ну, вот это все приусадебное. Да? Вот. Есть кухня, где я вообще не подхожу к плите и не рассказываю, как и что делать. Это точно для меня табу, и я не лезу туда и не говорю, как и кто неправильно готовит или нужно добавить соли или еще чего-то. Знаете? И точно Ира этого не делает. Ира не рассказывает, как в гараже должно быть: где должно что лежать или, там, беспорядок, или где-то порядок. Нет, когда где-то порядок, она замечает. Она говорит: «Чистенько». И хорошо.

И, ну, есть какие-то такие вещи, знаете? И мы здесь не упираемся ни в какие стены. Поэтому здесь мы как-то сейчас больше по наитию идем. Нам некогда об этом думать, там, сильно серьезно. Нет запятых на этих моментах. Вот. Таких серьезных, чтобы, там, какой-то контракт или еще чё-то делать. Там, договор какой-то письменный. Но если, наверное, встанет вопрос, то это не проблема будет договориться. Ну, по крайней мере можно будет получить точно какой-то опыт. Да? Перенять у кого-то. У нас же классное выздоровление. Чего? Берешь чью-то инструкцию по жизни, у кого отношения получаются, у кого хорошо в отношениях, нравятся. Ну, есть же у нас такие пары, да?.. в выздоровлении. И звонишь, советуешься. А как в этой ситуации? А как в этой ситуации?

У меня этот человек спонсор, например. И мне очень важно в ситуации, когда я не могу чё-то разрулить, я всегда это делаю. Я сегодня знаю, что у меня точно есть выход, когда человек не вовлечен в эмоции. Когда человек знает меня уже с самого начала выздоровления. Близко знает. Дружим мы. И он может, там, дать или (не буду матерится), или пенделей дать, или разъяснить, объяснить. Но, как правило, всегда находится выход из любой ситуации. Ну, мне для этого обязательно нужен спонсор: человек, к которому можно обратиться. Все касается Программы. Спасибо.

Ответ Ирины. Да, Паш, спасибо огромное. Такие вопросы классные у тебя. Да, контракта никакого нет. Мы по ходу пьесы, как говорится, все это дело учимся обсуждать и договариваться. Да? И это тоже прикольно. Вот, Артем сказал, а я как-то не задумывалась об этом. Но на самом делу, это, видимо, как-то по умолчанию у нас получилось. Ну, я видела все задатки вот этого всего. И он это все с удовольствием – не знаю, но мне так кажется, что ему нравится все это делать. Но я хочу сказать, что, допустим, для меня чудо чудное, что я на сегодняшний день всегда, ну, если дети не успели засрать, у меня всегда чистая машина. Такого у меня никогда в моей жизни не было. Для меня это очень ценно. И вот он сказал: «Я кухни никогда не касаюсь». На самом деле, может быть, ты не замечаешь, но он не делает, но он всегда это предлагает. Да?

Мы оба работаем с ним. И если, там, не помню, я знаю точно, что он пару раз у меня спрашивал. Наверное, я где-то задерживалась. Он меня спрашивал: «Приготовить что-то покушать?» То есть это не значит, что он сел такой голодный и сидит там. (Смеется. – Прим. ред.). Вот такого нет. Но и я точно знаю, что, там, и машины ты эти чистишь, и мусор я просила. Ну, то есть договариваемся. Мне сегодня просто надо просить. Я вот привыкла все это сама, все сама. Я лошадь. И сегодня, там, допустим, я когда стирку внизу разберу, там, сумки тяжелые. Он мне просто даже не разрешает тяжелое носить. Это, допустим, молчим, да?.. не говорим, на паузе, то раньше я типа (кому назло – непонятно, но понятно, что мне) тащу, там, это все сама, то сегодня независимо от того, чё мы, там, сейчас: пишем Десятки, Четверки или разговариваем.

Ответ Артема. А сумки тащишь ты.

Ответ Ирины. Да, а сумки тащишь ты. То есть я подхожу и говорю: «Артем, там две сумки, пожалуйста, поднимешь?» Он может сказать: «Сейчас?» Я, там: «Нет, когда тебе удобно, тогда и подними». И для меня это прогресс очень большой на самом деле. И так же в отношении детей: там, отвезти, привезти. То есть я прошу, учусь сегодня просить его помощи. Он помогает. И мне кажется на самом деле, если бы я попросила его что-то сделать, там, как он сказал, у него, там, разделено в голове, он бы сделал. Да? Если бы я попросила. Спасибо большое. Классный вопрос.

Ведущий. Спасибо, дорогие, спасибо за ответ. Оля задает вопрос. Оля, включай, пожалуйста, микрофон.

Вопрос. Привет всем ребятам. Я алкоголик. Спасибо большое за спикерскую. Первый раз присутствую на таком формате, когда супруги делятся опытом. Присоединилась не с самого начала. Может быть, вы уже отвечали, тогда прошу простить заранее. У меня такой вопрос просто созрел интересный: «А вы Десятые шаги друг другу сдаете?» Такой вопрос. Спасибо.

Ответ Ирины. Спасибо за вопрос. Шикарный. Но нет. (Смеется. – Прим. ред.). Не сдаем. И мы вообще друг другу ничего не сдаем. Одиннадцатый только шаг практикуем.

Ответ Артема. Ну, слушайте, вот я когда-то в Праге услышал на группе, знаете, выражение: «Люди обычные живут обычной жизнью. И только мне как алкоголику нужно присваивать моим поступкам номера какие-то». Да? Вот эти шаги – номера какие-то. слушайте, сложно извиняться, там. Да? возмещать ущерб. Ну, сложно это делать. Для обычного человека это нормально: подошел и извинился, если, там, чё-то это, какой-то ущерб нанес. Не знаю, мне нужно для этого провести, знаете, спецоперацию целую: задействовать 300 человек спецназа, чтобы в моей башке разобрались, куда, там, чего, кому. И потом еще эти 300 человек должны толкать меня в спину, чтобы я пошел извиняться. Ну, правда. Это, прям, трудности какие-то. Мне проще пойти снег почистить, там, 2 часа, мокрым выйти, разгрести пару тонн снега, чем подойти и просто извиниться. Ну, вот так вот у меня.

Ну, это касательно того, что выздоровление точно у нас как-то у каждого свое. Мы ходим вместе на группы. Ира чаще ходит на группы, я реже хожу на группы. На одну группу какую-то мы реже попадаем. Я на какие-то свои хожу, где я больше привык, там. А сейчас мы открываем группу, вот в следующее воскресение тоже будет группа. Попробуем презентацию прислать, если что. Ну, если получится все сделать, будем рады поддержке вашей. А так, ну, как-то Бог нам дал так, что у нас, мы знаете, как это, болезнь похожая, одинаковая болезнь, но каждый должен справляться с ней сам. У каждого есть свой спонсор, и каждый выздоравливает, делает, закрывает свою сторону подметает отдельно. Когда касается какого-то момента совместного, то, конечно, подойти, там, чё-то извиниться. Ну, я скажу, что важно, конечно. я начал замечать, что мне важно каждое слово, которое роняю из своего этого: скворечника. Все, что вылетает, говорю – раньше я был любитель просто открыть, там, варежку и болтать. Сейчас я понимаю, что держи ухо востро. Вот так вот как-то так.

Ответ Ирины. Да, я просто скажу. (Смеется. – Прим. ред.). Если мы находимся рядом, то большинство моих Десяток были направлены на него. Поэтому дабы не наносить ущерб, у меня есть близкие люди, да?.. доверенные, спонсор, кому я могу это дело проговорить со стороны. Поэтому да, я тут мужа не задействую в своих Десятых шагах. Да, спасибо огромное. Тоже классный вопрос.

Вопрос. Спасибо огромное за ответ. Значит, Славентий спрашивает: «Спасибо Богу и вам за то, что вы есть». О себе пишет: «Мы женились, у меня было 2,8 трезвости, у жене 6. Я ушел в срыв в пандемию. Родилась дочка. Отошел от Программы. В итоге разошлись. Все сферы в плачевном состоянии, хотя я трезвый 8 лет 11 месяцев. Я хочу у вас спросить: как бы сложно вам ни было, вы разговариваете друг с другом?»

Ответ Ирины. Спасибо, Славентий. Поддержка тебе огромная. Замыкает меня периодически. Вы знаете, там есть такая рекомендация, чтобы ни случилось, спать нужно ложиться вместе. Я не могу. Ну, меня когда замыкает, то мне лучше как бы своего этого демона увести спать в другую комнату. Ну, я же буду и сама копытом дергать, да?.. и ему не дам покоя. И нет, ну, вот когда, прям, сложно, я сначала должна разобрать это со спонсором. Я должна пойти к Богу. Я должна попросить у Него, у Бога, мужества поговорить на эту тему с любовью, без претензий, да? Чтобы он мне показал, когда будет удобен этот момент. Ну, в эти моменты мы же оба высокочувствительны. Я же, прям, чувствую, когда ему плохо, когда он закрывается, я не в состоянии – я, прям, считываю с человека.

Если я пойду к нему, когда он в плохой духовной форме, все, что я получу: я выхвачу еще больше, разгоню себя еще больше. Поэтому я могу идти разговаривать, когда нам сложно, только проделанной такой работы серьезной над собой. Вот. Но я очень не люблю вот эти вот наказания молчанием, да? Это очень жестко, это очень болезненно. Стараюсь избегать таких моментов. И все-таки, мне кажется, сейчас мы побыстрей немножечко отходим. Паузы вот в эти дни на разговаривать, они становятся короче. Я заметила прогресс, кстати, Артем. И были затяжные в начале периоды вот этого неразговаривания, да, которые сводят с ума. Но благодаря тому, что, ну, Программа есть, я переключаюсь на пользу другим. Я иду больше на собрания. я больше служу. Я служу детям, уборка. Я могу переключиться куда-то, чтобы не вариться в своей голове. Сложно, но мы разговариваем. Ну, потому что если не поговорю, то потом уже на другой волне, уже видя свою сторону, свои косяки. И, ну, как бы я вообще всегда за компромисс. Спасибо огромное за вопрос.

Ответ Артема. Когда сложно – я предпочитаю рот на замке держать, когда мне сложно. Потому что я знаю, что это какая-то точно эмоция есть, когда я бухучий от нее. Да? И уже слово сложное. Мне если тяжело, я точно не в своей духовной форме, хорошей, привычной. Ну, как бы нормальной, да? И я точно ничего хорошего там не выроню. Когда я разбираюсь с собой, я стараюсь себя привести в хорошую такую форму. Как физически к какому-то собранию подготовиться, нужно потренироваться и нужно привести себя в порядок для того, чтобы там что-то сделать. Тоже, когда какой-то разговор предстоит, мне нужно точно себя сначала в порядок привести и быть сытым, и быть отдохнувшим, и смотреть вечер или не вечер. И смотреть тем более на Ирино состояние, в каком она состоянии. Уставшая ли она? А готова ли она сейчас к этому разговору? Ну, я ж не только про себя должен думать. Я вот подойду, может, если мне сейчас важно, я собрался, я такой красавчик, духовный, с улыбкой на лице буду сейчас: «Давай поговорим?». Она мне скажет: «Да, нахр*н мне твой разговор нужен сейчас?» Мне х*рово, там, да? У человека тоже что-то свое. Вот такие обычные вещи элементарные, мне до этого нужно доходить. Нужно доходить до этого. И только благодаря опыту вашему, вот к этому пришел я. Ну, вот это мое вот так вот работает.

Ответ Ирины. И еще знаешь, я вот тоже в последнее время, это я заметила, про себя точно знаю, я лучше у него спрошу: «Ты сейчас готов говорить?» И, кстати, да, ты тоже у меня спрашиваешь. Мы спрашиваем друг у друга: «Готов ли ты сейчас поговорить?» Это тоже очень важно. Ну, потому что как? Я же ему сейчас вот сразу: «Вот ты сказал…» А так не работает на самом деле. Но я знаю точно сегодня, что я это еще внутри очень хорошо чувствую. Если я испытываю злобу, какое-то чувство доказать, услышать то, что я хочу, ну, я точно не с Богом. Да? Ну, я хочу верить, что я точно хочу служить Богу Любви. И уж точно, если я честно проделала Десятый, там, или это уже Четвертый шаг, да? И если я честно просила Бога помочь в этой ситуации, то Он вот эту тяжесть, когда решить сложно, Он убирает. Да? И делает обстоятельства так, что что-то происходит, и либо мы говорим об этом, либо говорим позже.

Ответ Артема. Да, помолчать тоже нужно. Ну, без пауз никуда. Без пауз никуда. И пока я не нахожусь в духовной форме, пока я не уверен, что мы в этом, пока не услышишь какой-то готовности от Иры на этот разговор, и пока я сам себя не вижу, не понимаю, что я нормальный, хоть ближе чуть-чуть к адекватности, да? Могу улыбаться. Я просто более восприимчив к какому-то исходу событий в разговоре не по моему плану. Да? Я же все равно планирую, как разговор пойдет? Я, там, извинюсь, а мне Ира скажет: «Да, хорошо, я тебя прощаю. Давай любить друг друга дальше. Все классно». А может же не так быть. А я если в плохой духовной форме, тогда будет попадать в меня это все. Ну, поэтому для меня это, знаете, как – иногда это происходит как у хирурга, мне кажется. Я себя в роли хирурга чувствую. Мне, прям, нужно подобрать время: и когда поели, и как бы вроде как мелочи, но это важно тоже. У меня вот вчера был важный разговор вечером, и я со спонсором созвонился: «Должен быть сытым». Ну, и все, окей. Я не думаю о том, что у меня аппетита не было, что я не хотел. Я заехал на заправку, два хот-дога в себя просто впихнул. Потому что я знаю, что я через 15 минут могу чувствовать себя по-другому совсем. Для меня это немаловажно почему-то. Поэтому правило HALT, не знаю, почему-то для меня железно работает. Я, прям, ему придерживаюсь. Для меня это большое значение имеет какое-то такое в выздоровлении.

Ответ Ирины. Ты вчера хотел поговорить?

Ответ Артема. Не с тобой.

Ответ Ирины. А. (Смеется. – Прим. ред.). Спасибо большое. Да. И еще написали: «У жены было больше времени. У вас нормальная разница в трезвости была». И я вот тоже – у меня на год больше трезвости. И на самом деле меня научили это брать во внимание тоже. Очень часто себе это повторять. Я думаю, что тоже какое-то есть значение небольшое. Спасибо большое за вопрос.

Вопрос. Спасибо огромное за ответы. Спасибо огромное, что вы пришли, делитесь опытом. Я еще раз напоминаю, что у нас Ирина и Артем, трезвые: Ирина с 15.08.21 и Артем трезвый с 14.08.22. Норвегия. Домашняя группа «Круг доверия». Спикерская тема была: «Семья в выздоровлении». Ну, алкоголем отношения максимально разрушены, поэтому, может быть, сейчас я зачитаю необходимые объявления. У меня к вам вопрос: вы можете остаться на чайную?

Ответ Ирины. Да, мы еще здесь.

Ведущая. Вы будете, да? Хорошо. Тогда, ребята, можете подумать над вопросами. Совершим прыжок без парашюта: попробуем включить микрофоны. Но, надеюсь, справимся мы с троллями общими усилиями. А сейчас давайте напомним себе о Седьмой традиции, в соответствии с которой мы содержим себя сами благодаря нашим добровольным пожертвованиям. Запись выключим.